Лили Лэйнофф – Мушкетерка (страница 69)

Однако теперь дальнюю стену украшала самая большая фреска, которую мне доводилось видеть. В углу стояла стремянка, окруженная пустыми банками из-под краски. В резких мазках черной краски на ярко-белой стене было что-то такое, что лишь подчеркивало сходство. Мы вчетвером стоим полукругом, шпаги направлены вниз, руки вытянуты так, что наши клинки встречаются в середине. Сталь, скрещенная со сталью, скрещенной со сталью, скрещенной со сталью. Мои глаза увлажнились, и Анри поспешно сказал:

— Я схожу на рынок, поищу какую-нибудь подходящую цветную краску. Это недешево, но…

— Нет. — Я протянула руку. — Не надо ничего менять. Это прекрасно.

— Ну это было нетрудно. Я сначала сделал набросок вас четверых, а потом обвел его краской. А потом заполнил очертания углем. И закрасил поверх. Потом просто добавил теней с помощью угля. Вообще ничего сложного!

— А вы, — я повернулась к мадам де Тревиль, — неужели вы ему разрешили?

— У меня не было никаких планов на эту стену, — ответила она и чуть задрала голову, разглядывая работу племянника. — Полагаю, здесь есть некоторое сходство.

На лице Анри отразилась такая радость, словно она назвала его Симоном Вуэ, главным живописцем Людовика XIII.

— И вы все знали? — спросила я у остальных.

— Я узнала только утром. И хорошо, потому что я успела указать ему на некоторые недоработки в тенях. А вот она еще несколько дней назад увидела, как Анри выходил из зала посреди ночи. Напугала бедного мальчика чуть не до смерти. — Портия многозначительно посмотрела на Арью.

— Откуда мне было знать, чем он там занимался? — парировала Арья. — Я обязана была его допросить.

Мадам де Тревиль покачала головой, увидев выражение ужаса на лице Анри:

— Видишь, племянничек, кажется, тебе не светит большое будущее в качестве шпиона — боюсь, этот факт разобьет тебе сердце. Что же касается твоего будущего в Ордене… полагаю, последняя линия обороны Франции всегда найдет применение хорошему дешифровщику.

Портия подтолкнула Арью ко мне и Теа и расставила нас так, что мы зеркально отразили наши собственные увеличенные портреты.

— Смотрите, четыре мушкетерки! — воскликнула Портия. Она заколебалась, словно подумав, что этот титул может показаться мне слишком болезненным, слишком напоминающим о папе. Но я улыбнулась. Было удивительно видеть себя такой, какой меня видят другие, — сильным, прекрасным созданием. Знать, что нас всех видят именно такими: сильными и прекрасными… Я наконец-то прочно стояла на земле. Раньше я была неустойчивой, неуверенной, нечеткой, словно облако.

Но это изменилось. Мы нашли друг друга. Мы были вместе.

— Четыре мушкетерки, — пробормотала я. — Одна за всех, и все за одну.

Я ошибалась по поводу очень многих вещей. Теперь, глядя на нарисованную Анри фреску, я поняла кое-что: я верила, что один танец, один поцелуй — самое близкое к полету, что я смогу испытать.

Но стоя в окружении «Мушкетерок Луны», я поняла, как на самом деле ощущается полет.

Я чувствовала на себе взгляд Анри, словно прикосновение солнца. Видела гордость в глазах мадам де Тревиль. Могла слышать папин голос, все еще звучащий у меня в ушах.

Таня. Таня. Таня.

Я очень медленно и протяжно выдохнула.

И улыбнулась.

От автора

«Мушкетерка» — это вымышленная история, но хроническая болезнь Тани существует на самом деле.

Синдром постуральной ортостатической тахикардии (ПОТ) был впервые диагностирован в 1993 году, но пациенты с его симптомами наблюдались задолго до этого. Судя по ранним свидетельствам, к примеру о так называемом синдроме солдатского сердца, который описывали еще во времена Гражданской войны в США, ПОТ и подобные ему заболевания возникли задолго до 90-х годов XX века. Неизвестно, сколько пациентов страдали ПОТ в предшествующие столетия, особенно с учетом того, что жалобы женщин на свое здоровье долгое время списывали на истерию, а также того, что ПОТ чаще всего диагностируют у молодых женщин. Девушке, подобные Тане, были повсюду, и они есть повсюду, хотя их не встретишь на страницах учебников. Таня, живущая в вымышленной Франции XVII века, и ее болезнь — наиболее реалистичные элементы в сюжете этой книги.

Симптомы ПОТ могут быть очень индивидуальны. Опыт Тани — лишь один из тысяч возможных уникальных вариантов. Она не может и не должна олицетворять каждого пациента, страдающего ПОТ, — или, если на то пошло, каждого пациента с хроническим заболеванием. Но она олицетворяет меня и мой личный опыт жизни с ПОТ. Я не росла во Франции XVII века, мне не приходилось драться на дуэли в бальном платье… но я училась в старшей школе, и мне приходилось прятаться в туалете между уроками, чтобы незаметно принять лекарства. Мне доводилось быть девушкой, которую выталкивали из школьного лифта, потому что я не выглядела достаточно больной, чтобы им воспользоваться, мне приходилось сидеть на скамейке во время уроков фехтования, потому что голова у меня слишком кружилась, чтобы стоять, и в ночь перед отъездом в колледж я пообещала себе, что я никому не расскажу о своем состоянии, потому что, если люди узнают правду, из этого не выйдет ничего хорошего — кто захочет дружить или встречаться с больной девушкой?

В самые тяжелые периоды моего взросления я пряталась от реальности в книгах, хотя не могла отыскать на их страницах себя. Я думала, это означает, что истории вроде моей, о людях вроде меня не стоят того, чтобы их рассказывать. Что девушки с хроническими заболеваниями и инвалидностью не могут быть главными героинями. Что из-за болезни я никогда не стану главной героиней собственной истории.

Я не могу вернуться в прошлое. Я не могу прийти к той девушке и сказать ей, что она хорошая, что она многого достойна и может доверять другим. Что ей совершенно, абсолютно нечего стыдиться. Зато я могу сделать то, что хорошо умею, — превратить слова в историю, которая поможет читателям не чувствовать того, что я чувствовала тогда. Я не Таня, но Таня — часть меня.

Больная девушка, храбрая девушка, девушка, которая учится любить себя. Героиня собственной истории.

Я дарю ее вам. Она теперь ваша.

О синдроме постуральной ортостатической тахикардии (ПОТ)

ПОТ характеризуется резким падением артериального давления в сочетании с учащением сердцебиения при смене положения тела (например, при вставании на ноги). Частота сердечных сокращений увеличивается при этом по крайней мере на 30 ударов в минуту у взрослых и 40 ударов в минуту у подростков. Такое учащение сердцебиения возникает как реакция организма на снижение артериального давления: сердце пытается качать кровь быстрее, чтобы обеспечить кровообращение во всем теле. Наиболее распространенные симптомы ПОТ включают головокружение, спутанность сознания, усталость, головные боли, тошноту, ощущение сильного сердцебиения и многие другие. Врачи считают, что симптомы ПОТ наиболее схожи с симптомами застойной сердечной недостаточности.

Сегодня многим пациентам с ПОТ приходится посетить множество врачей, прежде чем им удастся получить диагноз (среднее время постановки этого диагноза составляет 5 лет 11 месяцев). Больше половины пациентов с ПОТ слышат от врачей, что их симптомы «у них в голове». Более четверти пациентов обходят не менее 10 врачей, прежде чем узнать правду.

Благодарности

Я боялась момента, когда нужно будет писать благодарности, так же сильно, как ждала его. Выражения признательности всем, кто помог мне в этой работе, могли бы занять еще одну книгу. Но также я знаю, что непременно забуду поблагодарить кого-нибудь, потому что так всегда и бывает, и за это я заранее прошу прощения.

Спасибо моему агенту, Дженнифер Уиллс, у которой хватило силы воли внушить мне веру в себя. Мы это сделали. Мы наконец-то сделали это! Спасибо Николь Ресцинити, которая спасала меня и разгребала запросы.

И конечно же, спасибо моему редактору Мелиссе Уортен: после трех лет ожидания и неудач мне повезло наконец-то встретиться с тобой и FSG. Не могу поверить в свое везение!

Я благодарю всех сотрудников FSG и MCPG, в том числе Рича Деаса и Кевинга Тонга, хотя далеко не только их, за то, что придержали красивых девчонок в модных платьях на обложках подростковых книг и дали место девчонкам с ограниченными возможностями здоровья. Джейми и Изабель, потрясающих стажеров. И отдельное спасибо Илане Уоррелл и Джону Нора, благодаря которым эта книга удалась на сто процентов, а также Синтии Лигуичужка, Анджеле Джун, Кэтлин Брейтенфелд и Молли Эллис.

Спасибо Эстель Паранке за экспертное мнение и внимание к деталям.

Помимо энциклопедий и справочников, я многим обязана блогу This is Versailles, а кроме того, ресурсу World4.eu за информацию по истории моды и костюмов, сайту Dancetime Publications (где я провела много бессонных ночей за просмотром реконструкций менуэта), Party Like 1660 (Боже, храни Аврору фон Гёт и Жюля Харпера) и, конечно, JStor — несравненной базе данных. Merci beaucoup всем учителям французского за 13 лет. В особенности преподавателям из Йеля, которые научили меня любить язык, приносивший мне столько страданий с тех самых пор, как мне исполнилось шесть. И спасибо Александру Дюма, с которого все это началось.

Я безгранично благодарна всем писателям, которые прочли раннюю версию «Мушкетерки» и/или поощряли мою работу над ней, в том числе Тане Миллс, Джессике Джеймс, Бриттни Арена, Миранде Асебедо, Точи Онэбучи, Кэти Гарднер, Ли Бардуго, Мелиссе Си, Каре Лейбовиц, Гейбу Мозесу, Рэю Кастору, Бетани Мэнгл, Лоре Дженн, Кесс Косталес, Алейне Лири и К. Л. Пеннингтон. Моим товарищам по группе 22 Debuts: я невероятно рада, что мне довелось встретиться с вами.