Лила Каттен – Не предавай меня (страница 6)
Была ли она права, я выяснять не хотела.
Возможно, второй причиной моего бездействия стала безвозвратность. Ведь если сейчас я позволю сомнениям победить, то все будет окончательно разрушено.
В этот раз речь шла о ревности. Я ревновала мужа ко всем, кто мог его видеть, быть рядом, и завидовала. Но терпела.
Свекровь, как и обещала, приехала на следующий день после работы.
Мы погуляли, хоть погода и оставляла желать лучшего, выпили кофе и поужинали у нас дома.
Она рассказывала о том, как справляется в одиночестве. Как скучает по мужу. Когда несколько лет назад умер отец Артема, он переживал, что его мама не справится. Но, думаю, у нее не осталось выбора. Он даже раздумывал забрать ее к себе, если станет совсем тяжело, но она на корню запретила рассматривать такой вариант.
Общаться со свекровью - отдельный вид удовольствия, так как она очень образованный и умный человек со своим видением многих вещей.
Прошло еще несколько рабочих дней, наполненных суетой. Общение с Темой по телефону продолжалось, когда мне вечером позвонила Роза «просто поболтать». Но почти сразу пошла в атаку с расспросами и попыткой оказать помощь.
- Слушай, ну как ты там? В последний раз ты выглядела так, словно тебя сейчас стошнит.
- Разве? Не припомню такого.
- Лика, - сказала она строгим голосом «учительницы», - я не стала в тот вечер и после него навязываться, потому что ты как цербер охраняешь свою семью от лишних ушей и носов, но я не дура.
- Никогда не считала тебя дурой.
- Спасибо, но я не об этом.
Я стала раздражаться, что она все-таки завела этот разговор, но решила выслушать.
- Вадим видел Тему в клубе в прошлую субботу. Сначала подумал, что вы там вместе тусите. Подошел, а оказалось - тот на входе стоит в фирменной футболке охранника. Что у вас творится?
- Роза, - предостерегающе произнесла ее имя.
- Анжелика, я все понимаю. И я не враг, блин. Просто поговори со мной. У меня у самой забот выше крыши - как без этого в семье? Но если бы Вадим свалил из дома, я бы его пинками гнала до границы с Казахстаном.
- Прекрати, - рассмеялась я, ощущая, как в глазах скапливаются слезы.
- Все из-за ребенка?
Сделав вдох, я не знала, что сказать. Казалось, что если я признаюсь в проблемах с Артемом, то все резко усугубится. Но дело в том, что я была на грани. Я была готова взорваться, как мыльный пузырь. И одно дело - взорваться наедине с собой и затопить соседей слезами. Другое - рассказать подруге и услышать ее мнение, потому что я была не в состоянии мыслить объективно.
Что, если я упускала нечто важное? Нечто такое, что просто не видела за стеной боли и сложностей между нами с мужем?
Поэтому я впервые решила приоткрыть дверь.
Рассказывать много не пришлось. Роза знала о проблеме зачатия, так как пару раз приходила со мной в клинику за анализами и однажды - на прием. Она не знала, как эти сложности влияют на нас с Артемом, но могла догадаться.
Я не винила мужа. Не выставляла его виноватым. Я просто сказала, что у нас кризис и он на время переехал к маме.
- Да уж, подруга, - вздохнула Роза и замолчала, что было на удивление странно.
Я ожидала бурной реакции, согласно ее характеру и манере высказывать свое мнение. Но не тишины.
Неужели сказанное настолько ее поразило, что лишило дара речи?
- Ты еще тут? - аккуратно дала о себе знать.
- Ага, - отозвалась она, словно злясь. - Просто думаю, какого черта он творит.
- В смысле?
- В смысле - почему ушел? Зачем бросил-то? Да, тяжело, да, дерьмово заниматься сексом и париться из-за беременности. Ему что, сложно понять, что это ты не можешь забеременеть, а не он? - ударила она меня прямо в грудь основной причиной. - Может, вообще вся проблема как раз-таки в нем, а не в тебе.
- Роза, - устало попросила я ее.
- Что, Роза? И ты его еще защищаешь. Будь Вадим на его месте, я бы его обратно не пустила. Ушел - все. Первая кочка - и сразу в кусты. Я просто в шоке.
- Мы все обсудили.
- Что именно? Продастся квартира, сделаете ЭКО. Ты беременна - и жизнь сразу стала лучше? А как же «в болезни и здравии»? Почему сейчас надо сдаваться и сбегать, когда самое время взяться за руки и ждать продажи? Обратились бы к семейному психологу, в конце концов.
Я тоже думала о психологе, но у нас маленький город, и вряд ли можно найти толкового специалиста. А ездить в большой город слишком накладно. Одна поездка будет обходиться в десять и больше тысяч. Мы просто не могли себе этого позволить.
- Брось, а, - психанула я, не выдержав и пожалев о том, что решила с ней поговорить откровенно. - Мне тяжело, ему тяжело. Если бы он остался, мы бы вообще могли развестись. И он не просто ушел - он сейчас пашет в две смены, чтобы у нас были деньги на анализы и прочее, господи.
Я почти задыхалась, когда закончила свой монолог.
- Я сама злюсь на все это. Обессилила так, что порой ничего не хочу. Но в своем муже я уверена. Он меня не бросил.
- Лик, ты не обижайся, ладно? Я тоже психанула, потому что переживаю за вас. За тебя в большей степени. Прости.
- Ладно, ты тоже не обижайся. Я сама не своя.
- Оно и понятно, - фыркает подруга. - Он свалил, а ты сама не своя. Мой Вадим точно так не поступил бы. Стоит задуматься.
- Роза.
- Да молчу я. О, вспомнила его - явился. Слушай, - переходит на шепот, - он весь такой шухерится постоянно. Четырнадцатое-то уже скоро, вот сижу и думаю, что он там готовит. Знает, что я привыкла к празднованию с размахом, не скупится.
Дыхание застревает в горле, потому что я тоже постоянно думаю о празднике, который еще со школы был моим любимым, как только я влюбилась в Артема.
- В любом случае, будет что-то романтичное, - с трудом выдавливаю я.
- Я его придушу, если не будет так, как ты сказала.
Рассмеявшись и подавив боль, которая стала подниматься на поверхность, прощаюсь с подругой и откидываюсь на подушки.
Мне хотелось, чтобы ко Дню влюбленных он вернулся. Точнее, я почему-то была в этом уверена.
Но праздник через два дня, а в наших с ним разговорах нет ни намека на примирение и его возвращение домой. Одно заставляет надеяться на лучшее - вера. После того разговора я больше не спрашивала о его возвращении. Но продолжала ждать.
Признаться, наши беседы с мужем стали спокойнее, откровеннее. Без надрыва. Но темы, которые привели нас к этой разлуке, мы не обсуждали. Это нам еще предстояло.
Я перестала плакать, изнурять себя постоянными мыслями о плохом, о неудачах в зачатии и в целом успокоилась.
Я планировала длинный разговор в тот день, когда Артем вернется домой. Понимала его поступок, но не хотела бы, чтобы каждый раз, когда мы окажемся в кризисе, он уходил.
В ночь на четырнадцатое февраля мы созвонились. Муж казался загадочным, или я просто себе что-то надумала. Но, когда я засыпала, душа горела от ожидания.
С утра я получила не цветы, а СМС с поздравлением и весьма милым признанием в любви. Я сомневалась, что Артем появится у меня на работе, но периодически проверяла телефон на случай, если он напишет, что ждет меня на улице.
К обеду получила от Розы приглашение пойти в кафе, где она работает, чтобы встретиться с ней и еще несколькими нашими подругами.
И когда они начали рассказывать, кого и каким сюрпризом разбудили мужья, я могла лишь улыбаться и радоваться за них.
Искренне. Но немного тоскливо.
Глава 6. Когда все ожидания рушатся
- Значит, у вас все настолько плохо? - Роза поджимает губы, ожидая моего ответа. Благо девчонки уже разошлись, иначе я бы не простила ей такую тему для обсуждения на встрече с подругами.
Однако она спасла меня от ответа на вопрос: «Что тебе подарил Тема?» Роза сказала, что я даже с ней этим не поделилась, поэтому попросила встать в очередь. Это было горько.
Я не какая-то капризная жена. На самом деле я привыкла довольствоваться малым. Мы с Артемом из небогатых семей и никогда не купались в роскоши. Живем по средствам, иногда позволяя себе что-то приятное, но не более того.
К тому же, когда встал вопрос о ребенке, мы стали экономить, так как знали, какие это расходы. Правда, не предполагали, что они начнутся еще до того, как я сумею забеременеть.
Поэтому сегодня я не ждала чего-то грандиозного. Больше всего на свете я хотела увидеть своего мужа. Получить свой праздничный поцелуй и объятия с самого утра, чтобы весь день знать, что он ждет меня дома. Вот и все.
- Я хочу все исправить, Роз. Правда хочу. Но я не знаю как.