Лика Верх – Дартмур (страница 47)

Он не заметил ее появления.

Она развалилась в кресле, перекинув ноги через подлокотник, положила голову на другой. Прижимая к щеке прохладный бокал, смотрела на языки огня, облизывающие поленья.

Треск дарил какое-то умиротворение. Кажется, слушаешь его и становится легче.

— Блять! — выругался Дейвил и саданул кулаком по диванной подушке.

Феликса посмотрела на него почти безразлично. Впрочем, сейчас она смотрела так на все. Словно погружена в черную меланхолию.

Ей плевать, что Дейвил злился. Она не чувствовала никакого интереса к его проблемам. Но тишина постепенно начала давить, и она бросила:

— Что случилось?

Вот так просто. Обычный вопрос, который в другом состоянии она вряд ли бы озвучила. Потому что они Фоукс и Дейвил. Отброс и высший. Которые не заполняют тишину в гостиной, они ее подкармливают.

— Свали, Фоукс. У меня от тебя передоз.

Перекатила голову по спинке, наблюдая, как он снова пристально вглядывается во что-то невидимое для ее глаз.

Кристаллическая сетка.

Она мечтала видеть. Но с неинициированным кристаллом это невозможно.

На его выпад хотелось пожать плечами, но… в другой раз.

— Меня от тебя тошнит, — она свыклась со своим едва слышимым хрипом, и теперь привыкала, что в нем не отражаются эмоции.

Снова уставилась на огонь, потягивая воду. Рык обласкал клыками уши.

— Взаимно. Месяц буду отмываться от ощущения твоего языка на коже.

Волнение слабо колыхнулось и затихло. Похоже, это действие какого-то кристалла, и когда оно пройдет, лавина эмоций прорвется и… будет плохо. Но сейчас она с этим ничего не сделает, ведь так? Значит, не стоит напрягаться.

— Ты отвратителен, ты знаешь?

— Какое ценное замечание. Еще что-то, или заткнешься и не будешь мешать?

Он впился взглядом в небольшой листок, сверяясь с кристаллической сеткой.

Зажмурился, постучал затылком о мягкий подлокотник.

Напряженная челюсть притянула взгляд. Представила, как проводит кончиком пальца по линии подбородка, едва касаясь ведет ноготком вдоль кадыка. Она почти видела, как он напрягается и вздрагивает, а она не останавливается и ведет дальше, к ямочке на шее, и ниже, расстегивая пуговицы на рубашке… Но он в свитере.

— Ты жрешь меня глазами, Фоукс, — раздраженно подметил он, не смотря в ее сторону.

— Нет, — возразила она, не отворачиваясь. — Слегка облизываю.

Он вздрогнул. Прям так, как рисовало воображение. Только теперь она реально видела напряженное тело и пристальный взгляд. От которого в обычное время хотелось удавиться, а сейчас она просто усмехнулась, покачивая головой.

— Знаешь, если бы ты мог убивать взглядом, я бы умерла семь лет назад. Представляешь? Ты бы сейчас жил с какой-то другой старостой, вероятно, из ваших. Возможно, это была бы Мими. Тебе было бы некого ненавидеть настолько сильно, потому что другой меня не существует. Только я могу ненавидеть тебя в ответ так же люто, Дейвил. Представил?

Она не понимала, зачем это говорит. Слова просто несло потоком, а она представляла возможную реальность без нее.

Повернулась к нему, закусив губу в качестве похвалы своей смелости.

Дейвил не шевелился. Он просто смотрел на нее, кажется, бесконечно долго.

Что отражалось в его изумрудных глазах? Или там пусто?

Нет, она готова поклясться — в них что-то было, только она не могла разобрать. Слишком далеко, и блики огня мешали всмотреться.

— Это было бы охуительно, Фоукс, — слегка хрипло выдал он, возвращаясь к своему занятию.

Немного кольнуло под ребра, и она зачем-то произнесла:

— Я бы не хотела, чтобы было по-другому. Ты привнес много эмоций в мою жизнь. По большей части негативных, конечно, но все же эмоций.

Он молчал, а она следила, как языки пламени играют друг с другом.

Скорее всего, она пожалеет о сказанном. Потом. Когда окончательно придет в себя.

— Не подлизывайся.

— Если верить твоим словам, я тебя уже облизала, — она слишком спокойна для слов, которые вылетали изо рта.

Вновь посмотрела на диван под ощущением тяжести. Руки Дейвила зависли в воздухе. Она догадалась, что он держал сетку, только смотрел он на Феликсу. Сместила взгляд ниже, на напряженную шею, плечи, вздымающуюся грудную клетку, и ниже. Запнулась на внушительном бугре штанов, метнулась к его лицу. Слова вылетели сами собой:

— Ты хочешь меня?

И удивления в этом вопросе нет. Будто она уже спрашивала его, заранее зная положительный ответ.

Странные ощущения… такое внезапное, сильное возбуждение. Откуда? С чего бы ему…

Закусила губу, не сдержав стона. Зажмурилась от болезненного потока сменяющих друг друга фрагментов. Словно кто-то снял заслон. Острые эмоции, заглушенные прежде, вернулись вместе с воспоминаниями. Непроизвольно выгнулась, впиваясь лопатками в спинку кресла и запрокидывая голову назад.

Черт…

"Шам… стон в коридоре… подруги держат… она хочет к нему… рубашка на полу… Шам… жмется к нему… желание… почти болезненное… несет… облизывает его ухо… тянется к губам, но он не дает… хочется… очень… Ты хочешь меня?.. Стоны… ее… Хочешь?.. Напряжен… Ты даже не представляешь, что в твоих глазах написано "трахни меня, Шам Дейвил, я хочу только тебя"… терпит… Я хочу тебя… шепчет…  тело горит… Скажи мне это, когда пройдет действие кристалла, и, клянусь, я тебя трахну… больно… Слазь с меня. Слазь, Фоукс. Хватит на мне кататься… нет, не отпускай… Я не добрый и милый, я злой и охуенно возбужденный… хочется плакать, умолять избавить от этого…"

Распахнула глаза с протяжным глубоким вдохом. На языке металлический привкус. Облизнула рану на губе. Прокусила от напряжения и не заметила.

— Вспомнила? — бесцветный вопрос со стороны дивана напомнил, что она здесь не одна.

Черт… это… она… Он мог воспользоваться положением. Она сама просила.

"Дейвил, ты не такая сволочь, как кажется".

— Спасибо, — прохрипела, восстанавливая дыхание.

Стыдно. Немного. Перед друзьями, которые видели ее такой, пусть и не по ее вине. И перед Дейвилом… чуть-чуть. Он… натерпелся. Впрочем, как и она.

Она не ждала ответа. Да и нужен ли он?

Выбралась из кресла и, не глядя на диван, направилась к лестнице.

Листок Дейвил в задранной руке оказался над спинкой. Любопытство взяло верх и она задержалась, вчитываясь в символы.

Формула кристаллической сетки. Необычная. Сложная.

Так вот над чем он бьется. И явно что-то не сходится. Наклонилась, чтобы посмотреть поближе, и листок исчез.

— Не суй свой нос, куда не просят, — зеленые глаза впились снизу вверх.

Впервые она видела их так. И ничего не изменилось. Он даже из положения лежа вспарывал кожу одним взглядом.

Пальцы сами потянулись к линии подбородка. Как она хотела. Челюсть напряглась под невесомым прикосновением. Она стояла за спинкой дивана, слыша его частое, тяжелое дыхание и чувствуя маленькую, крошечную власть над ним в этот момент.

Упоительное ощущение, растягивающее губы в неконтролируемой улыбке. А он не отпускал ее взгляд. В зеленых глазах плескался вопрос: "Что ты творишь?".

Закусила губу, ведя коротким ногтем по шее, едва касаясь. Вздрогнул, когда подушечка пальца мазнула по выемке. Оттянула ворот мягкого свитера, запуская ладонь под него.

Дейвил сжал запястье, не сводя взгляда с ее лица. Дернул на себя. Вместо вскрика вырвался глухой хрип. Она уперлась свободной рукой рядом с его головой, чтобы не упасть на него. Одна нога задралась кверху, второй она пока могла стоять на носочке.

Когда его глаза так близко, они всегда вынимали душу. Будто хотели забрать ее себе. Всю. Без остатка.

— Ты хочешь, чтобы я тебя трахнул?

Отсветы огня на его изумрудных глазах — поистине невероятное волшебство. Они в самом деле показались ей драгоценными камнями, на чьих гранях любит играть свет.