Лика Верх – Дартмур (страница 130)
И сомнений в этом не должно возникать ни у кого.
Дуболом отвел взгляд, принимая факт, но сдаваться не планировал.
— Разрешения вас пропустить от вашего отца не поступало.
— Неужели? — приподнял брови. — Задержалось в пути. Пойдешь, поищешь?
Тот раздраженно вздохнул, смотря в сторону.
Да, у него такой же тяжелый взгляд, как у отца.
Кристалл незаметно для дуболома лег на ладонь, и отправился по назначению. Сетка растянулась, активируясь.
— Мистер Дейвил…
Замолк, уставился на него, почувствовав давление.
— Кристалл подчинения, — пояснил холодно и бесцветно. — Внимательнее надо быть, а не по сторонам смотреть.
Майлз неодобрительно покачал головой.
— Безмозглый ушлепок, как тебе охрану доверили?
Хороший вопрос.
У папаши на все случаи жизни найдется подстраховка.
— Найди Фоукс, — дернул массивную дверь, чувствуя, как затягиваются цепи.
Потолок обрушился тяжестью на плечи. Многотонной плитой, грозящей придавить к полу.
Замер на входе от накативших ощущений.
К ним невозможно привыкнуть. Каждый раз одно и то же.
— А ты?
Дверь захлопнулась за Маккинни и дуболомом, разнеся стук по коридору.
Звук ударил по перепонкам.
— А у меня, дядюшка Майлз, семейная встреча. Не могу же я вернуться
Злость не утихала все это время ни на секунду. Выжигала любые иные эмоции, обжигала вены расплавленным оловом. Ртутью растекалась, заполняя внутренние органы.
Демоны рыскали в поисках жертвы, давно покинув клетку.
За спиной раздалось:
— Веди меня, пока я добрый и не расхерачил твою мерзкую рожу.
Под кристаллом подчинения у него нет выбора. Он выполнит все, и стерпит все.
Жуткая штука на самом деле, но отчаянные времена требуют отчаянных мер.
Взбежал по лестнице, безошибочно влетел в нужную дверь.
Отец оторвал взгляд от своих записей, ручка на миг застыла в руке. Отложил ее медленно, прямо смотря на сына.
— Я тебя не ждал, — вольготно откинулся на спинку кресла.
Легкий наклон головы влево, всматриваясь в лицо человека, вызывающего отвращение.
— Ты уебок, — произнес спокойно, хотя внутри все требовало убивать.
— Следи за выражениями! — гаркнул в ответ, поджимая губы.
— На что ты надеялся? Что я закрою глаза и смирюсь?
Рык прорвался на свободу.
Армер недовольно покачал головой, потирая подбородок.
— Посмотри на себя, на кого ты стал похож? Растекся. Размяк! Сантименты не идут тебе на пользу, сынок.
Щека дернулась. Веки наполовину опустились.
— Я не позволю тебе загубить себя какими-то
Удар стал неожиданностью, пошатнув отца. Запрокинул голову, хватаясь за нос.
Поморщился от хриплого гнусавого смеха.
— Я подозревал, что ничего хорошего из тебя не выйдет. Твоя мать без конца твердила как она тебя любит, растила сопливого мальчишку. Я дал тебе все! И кем ты стал?!
— Не смей, — пальцы сомкнулись на вороте рубашки, а хотелось ими сжать его шею. — Слышишь? Не смей ни слова о ней говорить.
Кровь стекала по подбородку, капая на светлую ткань и попадая на руку Шама. Брезгливо поморщился, но не отпустил.
— Давно надо было ее продать, — протянул со смехом этот ублюдок.
Вторая рука метнулась наверх, сжимаясь под горлом, вырывая очередной хриплый смех.
— Ты нихуя ей не сделаешь, — усилил давление, заставляя его закашляться собственной кровью. — Ни ей, ни мне, ни Фоукс. Тебе не хватит смелости
Блеклые глаза всматривались в глаза сына, один в один похожие на глаза матери.
Он знал — Шам не шутит.
Знал, потому что все эти годы следил за ним. Знал о его жестокости. Безжалостности. И гордился этим. По-настоящему гордился.
Ему нужен такой наследник.
Он не смог бы его убить. В него вложено столько сил!
— Приди в себя! Ты защищаешь отброса? Постельную девку? Ты позоришь себя и меня!
Сдавил запястье удерживающей его руки, а Шам в ответ усилил давление на шею.
— Мои личные отношения никого не касаются, — прорычал, заглядывая в холодные блеклые глаза.
— Отношения? Ты слышишь себя? Что ты несешь?!
Сопротивление силой против Шама бесполезно.
Слабый болезненный укол заставил насторожиться. Несколько коротких мгновений, и боль заполнила все тело, вынуждая отступить.
Сцепил зубы, хватаясь руками за голову.