Лика Семенова – Любовница N2358 (страница 13)

— Банальное ограбление, мисс. Ограбили квартиру этажом выше, а вашу, видимо, не успели — что-то спугнуло.

Сердце колотилось так, что, казалось, Мартинес услышит его стук:

— Вы уверены? Простое ограбление?

— Без сомнения мисс. Вам ничего не угрожает, но советник Фирел против того, чтобы вы возвращались в эту квартиру. Это его решение.

Я приветливо улыбнулась, хотя внутри все просто задеревенело:

— Благодарю вас, агент.

— Это моя работа, мисс. У нас не было описи вашего личного имущества. Если вы обнаружите какую-то пропажу, достаточно сообщить советнику Фирелу, — он развернулся, собираясь уходить.

Я снова улыбнулась:

— Благодарю, Мартинес. Доброго дня.

Едва за агентом закрылась дверь, я прислонилась к стене и бессильно осела. Если я поспешила со звонком Фирелу…

Как в горячке, я кинулась на пол и принялась потрошить содержимое коробок, в надежде отыскать только одно.

16

Больше всего места занимала одежда. При выпуске из Центра нас «одаривали» вполне приличным «приданным», чтобы не позорить своего партнера, пока он не станет делать подарки. Если станет… Если нет — обновки пополнялись с зарплаты. Шубы, платья, туфли, средненькие драгоценности — все это было. И кто-то весьма аккуратный разложил мое шмотье по коробкам. В самых больших — одежда. Я прощупывала все до самого дна. Потом будто опомнилась. Если Фирелу или его охране придет в голову просмотреть камеры слежения, это будет выглядеть очень странно. Что-что, а холл, наверняка, под наблюдением.

Я перетащила коробки в спальню, которую заняла в самом конце коридора. Пока спускалась и поднималась по лестнице, прокляла все на свете. Наконец, уселась на пол, на ковер, и взялась за самые маленькие коробки. Ерунда… Белье, перчатки, расчески. У меня были драгоценности. Несколько золотых колец с камнями, пара колье, броши. Бросовая штамповка, но, все же, ценность. Футляров нигде не было. Я вновь и вновь перебирала коробки и, наконец, увидела дутые бархатные крышки. Но тахильского футляра среди них не было.

Я едва не ревела. Наивно было думать, что можно что-то скрыть. От департамента, от Фирела. Какая несусветная глупость! Нет, я не выросла. Все еще верила в сказки, в везение. Слова Мартинеса о том, что это банальное ограбление, все же успокоили. Я выдохнула. И решила, что и дальше повезет.

Я смотрела на разбросанные вещи. Из самой большой коробки торчал краешек чернобурковой шубы. Конечно, не соболь, но для девчонки из Муравейника и это несказанная роскошь. Такие вещи заберут, когда снимут с должности. Драгоценности и мех. А я ее даже еще не успела надеть. Даже ярлычок не оторвала. Я потянула шубу в глупом желании накинуть на плечи. Поносить хоть немного, хотя бы здесь. Мягкий мех выскользнул из коробки, и я услышала глухой удар, что-то упало.

Из почтовой плексокартонной коробки, скрытой в мехах, выскользнул знакомый футляр.

Я не верила глазам. Просто сгребли, не интересуясь, что внутри? Я отбросила шубу, открыла красную крышку. Камни были на месте. Я потянулась к коробке — записка тоже.

Неужели так бывает? Меня почти трясло. Руки заледенели, ладони стали влажными. Я была просто уверена — под безупречным маникюром сиреневые ногти. Я торопливо сунула футляр в коробку и сжала проклятую записку в дрожащем кулаке. От нее надо избавиться. Я разорвала записку на мелкие клочки, долго комкала в руках. Выкинула в унитаз и с затаенной радостью смотрела, как вода уносит мой обрывки бумаги.

Но записка — лишь полдела. Вчера я уже сделала ошибку, не вернув камни. Сегодня я должна это исправить. Немедленно. Я порылась в коробке с сумками, выбирая ту, в которую влезет футляр. Переоделась, накинула распашную норковую курточку. Волосы не идеальны, но сейчас было плевать. Я завязала элегантный узел, подхватила сумку и побежала к выходу. Главное — запеленговать адрес, чтобы вернуться раньше Фирела.

Фирел. Меня будто прошибло током. Я сама назначила Фирелу разговор. Но если дело складывается в мою пользу — я не самоубийца. Я покачала головой: я не стану откровенничать без особой необходимости. Фирел — потом. У меня впереди целый день, чтобы хоть что-то придумать. Сейчас нужно избавиться от проклятых бриллиантов.

Я вышла из квартиры, сняла на коммуникатор номер и расположение, чтобы найти без сложностей. Спустилась на первый этаж и пошла к выходу мимо огромного «аквариума», в котором миссис Гросвел просто затерялась бы, утонула. За стеклом сидели трое. В сером. До странности похожие на агента Мартинеса.

— Мисс Абьяри.

Я вздрогнула от неожиданности. Инстинктивно прижала сумку рукой. Они знают мое имя… какая честь. Я остановилась, задрала подбородок.

— Подойдите к окошку, мисс. Будьте любезны, — голос гремел через усилитель.

Трое «серых», три окошка. Я так и не поняла, кто из них говорил. Подошла к тому, которое было ближе.

— Доброе утро, мисс Абьяри.

— Доброе утро.

— Позвольте узнать, куда вы направляетесь.

Я опешила. Им не все ли равно куда? Истерить мне не полагалось по должности. Я приветливо улыбнулась:

— Конечно. Я хочу прогуляться и немного пройтись по магазинам.

— Где именно? Желательно точные координаты, мисс.

Я все еще улыбалась, чувствуя, как в горле стремительно пересыхает.

— Простите, мистер, я совсем не знаю этот район. Вблизи Центрального банка, полагаю. Там есть хорошие торговые галереи?

«Серый» кивнул:

— Есть, мисс. Когда вы намерены вернуться?

Я пожала плечами:

— Полагаю, через несколько часов.

Он едва заметно кивнул:

— Приятной прогулки, мисс. И не отключайте ваш коммуникатор, чтобы мы могли отследить ваше местоположение.

На меня будто вылили кастрюлю кипятка. Коммуникатор. Если бы не этот серый сноб, я бы о нем даже не задумалась. Хотела пройти несколько кварталов пешком, а потом вызвать эркар.

— Конечно, — я кивнула. — Доброго дня.

Я пересекла наземную парковку, не оглядываясь, неспешно. Не было никакого желания смотреть по сторонам. Главное – отойти подальше, отключить коммуникатор и ловить такси просто на улице или на стоянке. У торговых галерей они должны быть. Я посмотрела карту: «серый» не соврал, напротив банка громоздились огромные торговые павильоны. Я прибавила шаг, сверяясь с картой, дошла до торговых галерей. Выключила коммуникатор, наняла эркар и назвала свой прежний адрес.

17

Я слонялась в парке, недалеко от отеля «Факхир», и никак не могла решиться. Все мысли были только об одном: как отдать футляр? Идти самой — рискованно и глупо, но другого выбора просто не было. Единственный человек, которому я могла доверять — Кейт, но так подставить Кейт… Я даже не представляла, как все это можно ей рассказать. Никогда не прощу себе, если из-за меня у нее возникнут проблемы. А они будут, я больше чем уверена… Доверить курьеру? Слишком опасно. Если курьер исчезнет, я никогда не докажу, что не принимала драгоценностей. К тому же, мне придется оставить свои данные в службе доставки, а это еще рискованнее, чем оставлять их в отеле. И адресат… Нет, курьерская доставка невозможна. Выход один — отнести самой и зарегистрировать посылку на стойке на чужое имя. Слишком большая ценность. Только так я останусь спокойной. Сотрудники отеля не посмеют обмануть своего хозяина.

Я глубоко вздохнула, втягивая чистый утренний воздух, и решительно пошла в сторону пешеходного моста над наземной магистралью. Каблуки отбивали быстрый ритм по глянцевой плитке, слабо мерцающей в утреннем солнце белыми вкраплениями, похожими на кристаллы соли. Папа бы сейчас точно сказал, что это за минерал, и я бы выслушала длинную лекцию об его уникальности. Он считал, что каждый минерал уникален. Жаль, тогда я не ценила этого. Дети многого не понимают.

Наконец, я нервно сжала ремешок сумочки, глубоко вздохнула несколько раз и вошла в витражные двери. Казалось, биение моего сердца слышит весь отель. Не размышлять. Просто подойти к стойке и передать пакет — я предусмотрительно засунула футляр в хрустящий пакет из магазина, чтобы он не привлекал излишнего внимания. Я почему-то боялась увидеть Джафара с его презрительным гостеприимством. Казалось, стоит ему появиться, он все испортит.

Я решительно подошла к стойке, молодой тахилец, почти мальчишка, ослепительно улыбнулся и приветственно кивнул:

— Добро пожаловать, мисс. Желаете номер?

Я покачала головой и глубоко вздохнула, решаясь:

— Нет. — Я вытащила пакет и положила на стойку: — Я хочу, чтобы вы вручили этот пакет господину аль-Зараху.

Я готова была провалиться, осознавая, как бредово все это выглядит. Просто передать что-то аль-Зараху — совсем не то же самое, что передать через консьержку обычного многоквартирного дома, где живут самые обычные люди. Моя идея — совершеннейший бред. Но в этой ситуации нет верного решения. Любое решение неправильное.

Тахилец все так же улыбался, завозился в компьютере. По его идиотскому лицу невозможно было что-то понять. Наверняка, у них нарочно такие лица. Заученная маска, чтобы никто не смог понять, что творится под ней. Как и у Фирела.

— Ваше имя, мисс.

Дыхание замерло. Я знала, что меня попросят назваться, и не обдумала этот вариант. Я вообще ничего не обдумала! Ничего!

— Мисс Стоун.

— Полное имя, пожалуйста, мисс.

Я сглотнула:

— Эмилия Каролин Стоун.

Не думаю, что у простого портье есть доступ к данным, чтобы подтвердить мою личность. Мне нужно, чтобы он принял этот проклятый пакет, а что с ним будет делать служба безопасности — меня вообще не волновало.