Лика Русал – Убить кролика (страница 12)

— Нам дают плюс два часа на отдых, если укрытие не будет найдено другими игроками или повреждено извне.

Подачка. Жалкая, но такая необходимая нам всем подачка вырвала истерический смешок. Мин Джи с настороженностью посмотрела на меня, и я отмахнулась, словно говоря: «Всё норм. Я не свихнулась». Оставалось надеяться, что мы действительно сможем передохну́ть, а не передо́хнуть за подаренные часы.

Вытянув острыми ноготками большую часть осколков, Мин Джи развела руками.

— Остальные только пинцетом, придётся подождать квалифицированной помощи или поискать что-то подходящее в отделе с косметикой.

— И так сойдёт, — машинально на русском ответила я, принимая из рук девушки йод с соседней полки и заливая ладонь коричневой жидкостью. Резко выдохнув, начала дуть на кожу. — «А ведь раньше именно папа дул на мои ранки и ссадины», — промелькнуло горько-сладкое воспоминание.

Мин Джи нахмурилась, но перевод требовать не стала. Вместо этого поднялась на ноги и обронила:

— Подожди, я поищу лёд в морозилке персонала и вернусь.

Согласно моргнув, я устало прикрыла глаза. Сомневалась, что время прикладывать холод к поломанной переносице не вышло, но не могла лишать девушку видимости деятельности. То, как она дрожала на ступенях эскалатора, в какой-то момент испугало меня даже больше возможного падения вниз. Одно дело умереть, перестать существовать. А совсем другое — стать пустой оболочкой себя прежней. Я боялась, что психика Мин Джи не выдержит, но, видя её сейчас собранной и даже с привычным колким взглядом, внутренне успокоилась.

Минуты шли, Мин Джи не возвращалась. Однако в аптеке всё так же было тихо. Лишь где-то в отдалении, насколько я могла судить — на нижних этажах — раздавалось гулкое эхо шагов и отдельных выстрелов. Похоже, как и предсказывал Кан Хён, большинство игроков устремилось поближе к «Кролику».

Сон не шёл. Адреналин продолжал разгонять кровь. Однако я понимала, что его действие временно и стоило занять себя делом, пока веки не начали стремительно тяжелеть, а израненное тело просить отдыха.

Оглядев некогда любимые светлые брюки, купленные на распродаже в Ёнхидон прошлым летом, я, не раздумывая больше, сжала лёгкую ткань и резко дёрнула. Штанина подалась с громким треском. Спустя минуту я уже наблюдала рваные края подобия шорт и свои содранные колени.

Вылив остатки антисептика, шикнув от резкой боли, я откинулась назад.

Судя по приглушённым разговорам, Мин Джи остановилась около Хан Соля. Улыбнувшись, заслышав уже привычное протянутое «оппа!», я позволила себе улыбку. Значит, пока что всё и со всеми в порядке.

Тихая поступь заставила открыть начинающие слипаться веки.

— Россия-аджумма? — позвал голос Кан Хёна. Парень опустился на одно колено напротив, всматриваясь из-под очков.

— Придумаем что-нибудь более приятное? — хмыкнула я, устав от роли «тётушки». — Мне всего двадцать три.

Наверное, было глупо цепляться за прозвища местных. Особенно когда в любое мгновение от меня могло остаться лишь оно. Но минуты нежданного покоя и угасающий адреналин возвращали психику в обычное, более стабильное состояние. А за словом в карман я никогда не лезла. Профессия, да и характер не тот.

— Двадцать три? — переспросил Кан Хён, с неким удивлением. — Тогда прости, однако и до тонсен28 мы недостаточно близки, — он позволил себе улыбку, на один взмах ресниц милое лицо преобразилось. Лисье лукавство скользнуло в практически чёрных глазах. — Тогда буду звать тебя Алисса-сси.

Я кивнула. Подобное обращение вполне устраивало. Однако то, что «цветочный мальчик» оказался старше меня, удивило. Миловидное лицо дышало свежестью даже под пятнами пыли и чужой крови.

— Как там Хан Соль? — спросила, оглядываясь на хлопотавшую вокруг него Мин Джи. Девушка закрывала обзор своей спиной, но, судя по тихим ответам парня, он пребывал в сознании. — Пулю удалось вытащить?

Кан Хён осмотрел свои пальцы. Под миндалевидными ногтями кое-где сохранились разводы засохшей крови. Хан Соля? Или того стрелка? А как же тот, что успел занести надо мной нож?.. Он ведь умер от пулевого ранения…

Поток размышлений оборвался, так и не укрепившись.

— С Соль-сси всё будет хорошо. Пуля прошла насквозь, не задела ключицу и артерию. Руку я убрал на перевязь, неудобно, но… — Кан Хён пожал плечами. Пальто грузно дрогнуло жёстким воротником. — Придётся научиться стрелять левой. Я отдал ему тот пистолет, что успел вырвать у стрелка.

Я выдохнула. — «Зря напридумывала себе невесть что». — Кан Хён развеял все мои опасения и смог раздобыть Хан Солю новое оружие. Кажется, нам везло…

— Давай помогу, — не дожидаясь ответа, парень потянулся к моему плечу. — Вывих нужно вправить. Иначе скоро поднимется температура.

Плечо действительно причиняло немало дискомфорта. И если к виду распухшей лодыжки я начинала привыкать, то обзавестись ещё одним дополнительным ранением оказалось, мягко говоря, неприятно.

Позволяя прохладным пальцам ощупывать сустав, я как можно отстранённее заметила:

— Перевязал Хан Соля, обезвредил сразу двух головорезов, теперь готов оказать помощь мне. Этому учат всех графических дизайнеров?

Шутку Кан Хён не оценил. Пальцы чуть сильнее нажали на повреждённую область, вырывая из моих губ сдавленный стон боли.

— Прости, — словно опомнившись, поспешил извиниться он. — По поводу твоего вопроса: мой диплом тут ни при чём, первой помощи обучают в армии. Хоть с того момента и прошло около пяти лет, кое-что я помню.

С каждым новым откровением Кан Хён удивлял всё больше. Помня, что в Корее подобный вопрос не считают за грубость, поспешно уточнила:

— Сколько же тебе лет?

— Двадцать семь. Успел оставить полтора года службы в морской пехоте давно позади.

Наверное, моё выражение лица оказалось слишком красноречивым. Я и сама чувствовала, как глаза буквально расширились, должно быть напоминая две плошки.

Кан Хён усмехнулся. Без злобы, а как человек, который привык к тому, что его вечно недооценивают.

— Алиса-сси, не прими за грубость, но… — улыбка пропала, как и ощущение пальцев на моём плече. Парень немного отстранился и сел с упором на оба колена, придвигаясь ближе. — Мне будет удобнее, если ты снимешь футболку.

Я расхохоталась. Нервно, с болью. То, что хоть кто-то ещё мог думать о навязанной обществом морали, буквально искупавшись в крови и увидев, как вокруг каждый готов превратить твою смерть в сумму на банковском счёте, отозвалось нездоровым весельем.

— Петрова-сси? — окликнул позади взволнованный голос Хан Соля. — С тобой всё в порядке?

Отсмеявшись, давясь слезами, я закивала, хоть парень и не мог этого видеть.

— Да-да, простите, просто… нервное напряжение, — заверила я и стянула футболку. Боль накатила жаром, опалив плечо и рёбра. Проморгавшись, я сглотнула тошнотворный ком в горле, еле выдавив для Кан Хёна: — Я готова.

Короткое движение парня, и его колени коснулись моих.

— Потерпи, Алиса-сси. Сейчас будет больно, но потом всё пройдёт, — голос парня звучал уверенно, но я видела, как напряглись его желваки.

Невовремя всплыло воспоминание о нашем совместном падении. К огню в повреждённом суставе добавился жар на щеках. Я просто сидела на полу, невовремя осознав всю минималистичность своего бюстгальтера, и старалась не смотреть куда угодно, но не на Кан Хёна. Надеясь, что парень не заметил моей реакции, закусила губу.

Он осторожно взял мою руку. Одной ладонью крепко обхватил запястье, а другой зафиксировал локоть, согнув его под прямым углом. Внутри меня всё сжалось от дикого страха.

— Смотри на меня, — каким-то новым, глухим тоном приказал Кан Хён. — Не на руку, на меня.

Ожидание боли всегда страшнее её прихода…

Помедлив, я подняла глаза, встретившись с взглядом.

Кан Хён глубоко вздохнул и плавно, но с невероятной силой потянул мою руку вниз, в пол. Боль оказалась настолько сильной, что у меня потемнело в глазах. Я хотела закричать, но из горла вырвался лишь жалкий сип. Будто весь воздух ушёл безвозвратно.

Не давая мне опомниться, Кан Хён начал медленно разворачивать моё предплечье наружу, прижимая локоть к моему же боку. Мне казалось, что кость внутри меня просто треснет. Тело на инстинктах попыталось вывернуться, уйти от источника мучений, но колени парня удержали на месте.

— Ещё секунду… — с сожалением во взгляде протянул он и резким движением подал мой локоть вперёд и вверх, перебрасывая мою ладонь на здоровое плечо.

Внутри сустава что-то глухо хрустнуло и встало на место.

Мир вокруг на мгновение просто выключился. Словно неисправный телескоп старого телевизора. В ушах протяжно зазвенело. А следом накатило долгожданное, оглушительное облегчение. Острая боль сменилась вполне терпимой ломотой.

Я обессиленно повалилась вперёд, утыкаясь лбом в плечо Кан Хёна.

— Всё позади, Алиса.

Я прикрыла веки, не обращая внимания на своё имя, сказанное в слишком личной форме. Тело продолжало потряхивать.

— У вас всё в норме? — сквозь навалившуюся сонливость я различила вопрос Мин Джи. — Почему Алис-са так кричала?

Кан Хён осторожно прислонил меня к стене, проверил, чтобы моё тело не соскользнуло, и отстранился. Вновь послышался знакомый шелест его пальто. «Такого тяжёлого и несуразного», — подумала я.

— Вправил плечо. Сейчас ей нужно поспать, — ответ Кан Хёна совпал со звуком его удаляющихся шагов.