Лика П. – Тигран. Украду себе жену. (страница 6)

– Ты даже не спросил, почему я отклоняла твои звонки, – бросила она, стараясь звучать твёрдо, но голос предательски дрожал.

– А был ли смысл спрашивать? – Тигран чуть наклонил голову, его губы изогнулись в едва заметной усмешке. – Я и так всё о тебе знаю: самочувствие отличное, на работу ходишь, курьера с букетами от меня разворачиваешь с порога, а на звонки не отвечаешь. Думаешь, я не в курсе?

Катя замерла, её глаза расширились от удивления.

– Выходит… ты следил за мной? – выдохнула она, не веря своим ушам. – Всё это время?

Тигран небрежно убрал выбившуюся прядь волос с её щеки, и его пальцы задержались чуть дольше, чем нужно, заставив её сердце участиться.

– Разумеется, – ответил он, словно это было само собой разумеющимся. – Думаешь, я позволю, чтобы моя женщина принадлежала кому-то другому?

– Не прикасайся! – Катя попыталась оттолкнуть его руку, но её голос звучал неуверенно, а в глазах уже блестели слёзы. Она ненавидела себя за эту слабость, но ничего не могла с собой поделать.

– Хм, – Тигран невесело усмехнулся. – И всё это из-за того, что ты поверила каким-то сплетням?

Слёзы наконец скатились по её щекам, оставляя горячие дорожки. Катя смотрела в его пронзительные глаза и чувствовала, как тонет в них, теряя всякую способность сопротивляться.

– То, что мне сказали, не может быть сплетней, – прошептала она, горло сдавило от боли.

– Ну вот, выходит, тебе всё-таки наплели чушь, – сказал Тигран, и его тон стал чуть мягче. – Иначе с чего бы ты так от меня бегала?

– Я не хочу делить тебя с кем-то! Мне так не надо… не надо, Тигран! Лучше я одна буду, чем так…

Он смотрел на неё, и уголок его губ медленно приподнимался в тёплой, почти нежной улыбке. Кончиками пальцев он осторожно вытер слёзы с её щёк.

– Ты собственница, – произнёс он с лёгкой иронией, но в его голосе чувствовалась искренняя теплота. – Как и я, любовь моя. Ты – моя и ничья больше. Все женщины, что были до тебя, давно в прошлом. Тебе стоило просто поговорить со мной, довериться мне, а не слушать чужую болтовню. Гордость – хорошее качество, но не в делах сердечных. Подумай, Катя, что ты можешь потерять из-за своего упрямства.

Не давая ответить, он одним ловким движением подхватил Катю на руки как пёрышко и направился к спальне, которую приготовили для неё. Катя, не в силах сопротивляться, прильнула к нему, судорожно вдохнув знакомый запах его парфюма. Она закрыла глаза, чувствуя, как её сердце бьётся в унисон с его.

– Интересно, – начал Тигран, пока нёс её через гостиную, – если ты заглянешь в интернет и начитаешься всей той чуши, что обо мне пишут, мне что, искать тебя на другом континенте придётся?

Катя слабо улыбнулась, всё ещё прижимаясь к его груди.

– Убегу, – тихо ответила она, но в её голосе уже не было прежней решимости. – Если выяснится, что ты и правда мне изменял… с какой-то там Никой.

Тигран мысленно прищурился. «Ника? Какая ещё Ника? Надо будет выяснить, что за пигалица», – подумал он, но вслух лишь хмыкнул.

– Выкинь это из головы, – сказал он, чуть жёстче. – Я тебя везде найду.

Глава 8.

Катя уснула мгновенно, едва её голова коснулась мягкой подушки. Тигран осторожно уложил её в постель, стараясь не потревожить. Он наклонился, чтобы снять с неё туфли на высоких каблуках.

«Создатель каблуков явно хотел посмотреть, насколько сильна женская выдержка», – подумал он, качая головой с лёгкой усмешкой. Его пальцы задержались на её щиколотке чуть дольше, чем нужно, и он поймал себя на том, что невольно любуется её спокойным, почти ангельским лицом, освещённым мягким светом ночника.

– И как вы только ходите на них целый день? – тихо произнёс Тигран едва слышным голосом. Катя не слышала его вопроса. Её день выдался нервным, и сейчас она устало потянула стопы, вытягивая пальцы как балерина, и, сонно вздохнув, глубже провалилась в сон.

Тигран замер у кровати, не в силах отвести взгляд. Её безмятежность притягивала его, в особенности после сегодняшней перепалки. Он чувствовал, как внутри него борются раздражение и любовь – два чувства, которые Катя вызывала в нём с пугающей регулярностью.

– Какая же ты глупая, им сер*, – тихо сказал он, обращаясь к ней, хоть и знал, что она его не слышит. – Любовь моя… Вместо того чтобы просто рассказать мне, поверила какой-то меркантильной особе. Женщины… – Он поджал губы, покачал головой и, бросив последний взгляд на спящую Катю, вышел из комнаты. Направляясь в свою спальню, он думал: «Надеюсь, завтра – точнее, уже сегодня – она пожалеет о том, как потрепала мои нервы. Но, чёрт возьми, Катя… Я готов простить тебе всё, потому что ты моя любовь, моя слабость».

В своей комнате Тигран остановился у окна, глядя на тёмный сад, где в свете фонарей покачивались ветви деревьев. Он провёл рукой по волосам, пытаясь прогнать усталость. В голове крутились её слова, её слёзы, её упрямство. «Почему с ней всё так сложно? – думал он. – Но без этого она не была бы Катей». Тигран усмехнулся, представляя, как она завтра будет возмущаться, но всё равно подставит пальчик, чтобы я надел на него обручальное кольцо. Потому что, несмотря на все её протесты, он знал: она любит его так же сильно, как и он её.

Утро ворвалось в комнату Кати с громким возгласом Тиграна:

– Доброе утро, спящая красавица! – громко провозгласил мужчина. Он был бодр и полон энергии после утренней пробежки и пары кругов в бассейне.

Катя резко села в постели, её голубые глаза округлились, а причёска после сна растрепалась, придавая ей вид ошарашенного котёнка, который только что свалился с дивана. Девушка заморгала, пытаясь понять, где она и что происходит, а её сердце уже колотилось от внезапного пробуждения.

– Григо… Тигран… О боже, – опустив голову, Катя прикрыла глаза ладонью и тихо произнесла: – Я думала, мне всё это приснилось. Всё это… ты, лимузин, твои слова… я думала, это просто дурной сон. Или, может, очень странная сказка, где я попала в плен к какому-то властному принцу, – её голос стал тише, почти виноватым.

Тигран, стоя в середине комнаты, скрестил руки на груди и смотрел на неё прищурено. Он выглядел как человек, который точно знает, что держит всё под контролем, но и не может скрыть, как сильно ему нравится растерянный вид Кати.

– Извини, милая, что так резко, но медлить нельзя, пора вставать, – сказал он, смягчая резкий тон. – В ванной прислуга для тебя уже развесила халат и тапочки. У нас ровно полчаса, чтобы позавтракать, пока не привезут твой наряд невесты.

Катя подтянула колени к груди, обхватив их руками, и посмотрела на него со смесью растерянности и укора. Её сердце бешено колотилось: она любила Тиграна, любила сильно. И всё же… всё, что произошло со вчерашнего дня, начиная с того момента, как она очнулась в его лимузине, казалось неправильным, слишком поспешным, слишком… в его стиле. А она хотела, чтобы всё было иначе – романтичнее, нежнее, без этого его властного напора, который одновременно злил и заставлял её сердце трепетать.

– Я по-разному представляла себе предложение руки и сердца, – медленно начала она с лёгкой обидой в голосе, – но ты, Тигран, превзошёл все мои ожидания. И, знаешь, вовсе не в лучшем смысле. Это больше похоже на… на какой-то захват территории, а не на любовь!

Он изогнул бровь. Медленно прошёл к креслу у окна и сел, небрежно расставив ноги, словно готовился к очередному раунду их словесной дуэли.

– А мне кажется, это самое то, – ответил он с лёгкой иронией. – Особенно после того, как ты бегала от меня, как от чумы. Или ты думала, я буду сидеть и ждать, пока ты передумаешь?

– Тигран! – Катя бросила на него взгляд, полный укоризны. В этот момент ей не нравилось, как легко он выводил её из равновесия, но в целом его самоуверенность была частью того, что её в нём так притягивало.

– Что, Катя? – Он выпрямился в кресле, его тон стал жёстче, глаза выдавали осуждение, но в них чувствовалась забота. – Хочешь сказать, я не прав?

Катя опустила взгляд, её пальцы нервно теребили край одеяла. Она молчала несколько секунд, собираясь с мыслями, а потом тихо, почти шёпотом, призналась:

– Я была не права. Мне стоило… поговорить с тобой. Выяснить всё, вместо того чтобы слушать сплетни и строить из себя гордую дурочку. Это моя ошибка, прости.

Тигран смотрел на неё, и его лицо смягчилось. Он встал с кресла, подошёл и присел на край кровати, чуть наклонившись к ней.

– Вот именно, Катя. Мы же взрослые люди. Но я рад, что ты хотя бы это поняла. – Он протянул руку и легонько коснулся её подбородка, заставляя поднять взгляд. – Хочу, чтобы ты была со мной. Не с кем-то там, а со мной. Я знаю, что ты тоже этого хочешь.

Катя почувствовала, как её щёки вспыхнули. Его слова, такие простые и искренние, пробивали её оборону как стрелы. Она хотела возразить, сказать что-то колкое, но вместо этого лишь вздохнула.

– Люблю тебя, – пробормотала она с нежностью и уже не скрывала влюблённых глаз.

– Я знаю, им сер. Но какая же ты упрямая, – ответил Тигран, вставая с кровати и протягивая ей руку. – Пойдём, невеста моя. Время собираться. И не спорь – тем более что это бесполезно.

Катя приняла его руку, чувствуя, как её сердце предательски замирает от этого прикосновения, но нашла в себе силы сказать:

– Раз так, то моя бабушка должна присутствовать на моём бракосочетании.