Лика П. – Моя без выбора (страница 10)

Я нахмурился:

– Лёш, ты глухой? Её не развлекать надо, а следить за её манипуляциями, и если она рискнёт покинуть комнату, докладывать мне!

– Арслан Валиевич, я всё понял, а если она через окно вздумает вылезти? Если Вы меня приставили к ней, значит она не хочет находиться у Вас?

Я сложил руки на груди, вздохнул через ноздри морозный воздух, нахмурил брови у переносицы. А я об этом не подумал. Мне даже стало интересно, рискнула бы? Кто знает? Но проверять точно не буду, тем более зимой.

– Молодец, Лёш, проконтролируй, чтобы окна закрыли, там фигурный ключ. У Феди спроси? Он по хозяйственной части. Она в бирюзовой на втором этаже, в комнату заходят только женщины.

– Принял.

– Работай, Лёш.

С этими словами я развернулся и направился к машине. Все расселись по машинам, выезжаем за пределы моего особняка.

– Паш, когда инфа по девчонке будет? Два дня – это долго. Она что, террористка? Сегодня к вечеру, чтобы всё нарыл и принёс!

– Понял, сделаю.

– Сделай, Паш, сделай.

– Витя на кольце, давай, двигайся в сторону офиса.

9глава

Нина

Мурадов стоит голый по пояс, у него шикарное тренированное тело, не захочешь, всё равно заметишь. Грудь и часть живота в шрамах. Разворачивается своей мускулистой широкой спиной и скрывается за дверью, оставив меня одну.

Стою в середине комнаты, не могу отойти от шока. После всего, что я услышала, произнесённое грязным ртом Мурадова.

Этого просто не может быть, как так получилось, что я вляпалась не пойми во что? Я сейчас должна была пить чай, у себя в своей уютной маленькой комнате в общаге. А вместо этого нахожусь у человека, который решил, что по вседозволенности он вправе распоряжаться судьбами людей, а конкретно моей!

Сволочь, сволочь, какая же он сволочь!!!

Прихожу в себя. Слёзы катятся по щекам, стою, плачу, размазывая слёзы ладонями по щекам.

– Буржуй проклятый!!! – как говорила моя бабушка. – Для таких, как он, люди – ничто!!! Он всё меряет деньгами!!! Думаете, что всё продаётся и покупается?! Господин Мурадов!!! Нет, не всё, не всё!!!

Это меня немного успокаивает, вытираю слёзы. Видимо, надо было немного прокричаться.

Подташнивает и голова болит, подобрала с пола плед и пошла в кровать. Легла, прикрыла глаза, укрылась пледом с головой, а перед глазами картина – как это животное лапает и трётся об меня.

Боже мой! Меня так ведь никогда и никто не трогал за грудь. Сволочь! Грязное животное! Меня тошнит от него!

Его пошлости в голове не укладываются, которые фонтаном лились из его рта.

Я пропала, меня никто не спасёт! Никто не знает, где я! Даже если и узнают, это ничего не изменит. Против Барина не попрёшь. Этот толстосум меня не выпустит, я боюсь его! Мне страшно! А если он меня изнасилует?? Мне кажется, он и убить может.

Надо попытаться с ним поговорить, попытаться убедить, что никакая я не шпионка! Он же сказал, что он проверит, вот и пусть проверяет, надо только немного подождать.

Вопрос: когда барин придёт? Сегодня же новый год. Может, пирует уже? Кто знает, как барин проводит праздники?

Открылась дверь, у меня сердце в пятки ушло, думала, это Мурадов пожаловал. А это – женщина в белой униформе закатила тележку по направлению ко мне.

– Доброе утро. – обращается она ко мне.

– Доброе.

Настороженно слежу за движениями женщины лет пятидесяти пяти, немного полноватой, среднего роста, шатенка с добродушным лицом, светлокарими большими глазами, ямочками на щеках и мягкой улыбкой

– Меня зовут Вера. – обращается она ко мне.

– Очень приятно. – отвечаю ей.

Могу себе представить, как я выгляжу с растрёпанной косой, опухшим от слёз глазами и носом.

– Я – Нина.

Вера улыбнулась и сказала: “Нина, присаживайся, позавтракай.

– Спасибо, но я не голодна.

– Вот тебе раз? Как так, не голодна? Вон какая худенькая, кожа да кости. Надо покушать и таблетки выпить.

– Какие ещё таблетки? – встрепенулась я.

– Так те, что доктор прописал.

– Да, точно, он про лечение вчера говорил.

– Давай, деточка, вот смотри, я тебе блинчики приготовила со сметаной и с джемом яблочным. Сгущёнку вчера Федька всю съел, проглот.

– Блинчики? Моя тётя тоже мне блинчики по утрам печёт, когда я к ней приезжаю. – грустно проговорила я.

– Не надо грустить. – пыталась подбодрить меня тётя Вера.

– Разве ваш хозяин позволит мне?

– Нина, он хороший, но строгий, к нему подход нужен.

– Как же к такому найдёшь? – пробубнила я.

– Не думай сейчас ни о чём, ешь, пока блинчики тёпленькие. Ты с чем будешь?

– С яблочным джемом. Мне он больше по душе.

– Кушай, кушай, деточка. А я пойду пока, машину с продуктами встретить надо, я позже посуду заберу.

Я съела один блинчик, и тот назад просится, из-за стрессовой ситуации или от сотрясения, не знаю. Лекарства я выпила, болеть я не собираюсь.

Надо взять себя в руки, успокоиться, дождаться Мурадова и ещё раз попробовать.

Меня он не сломает!

Я спокойная, тихая, пока меня не трогают. В Рембо, я, конечно, не превращусь, а как бы мне сейчас, это пригодилось бы. Но и с закрытым ртом сидеть не буду, постою за себя!

Поворачиваю голову на звук – у меня снова гости, и снова женщина. Я присела в кровати. Высокая, стройная, около тридцати лет, симпатичная, с чёрными волосами, собранными на затылке в ракушку. Раскосые зелёные глаза, аккуратные маленькие губы, но выглядят жёсткими из-за того, что она их поджимает. В синем платье до середины икр.

– Здравствуйте, девушка. Меня зовут Маргарита, я являюсь управляющей в доме Арслана Валиевича.

– Здравствуйте, Маргарита, меня зовут Нина.

– Скажите, Нина, у вас сорок второй размер одежды?

– Да, а зачем вам мой размер?

– Ну вы же не будете ходить весь день в футболке Арслана Валиевича?

Меня от упоминания его имени передёрнуло внутри. Значит, одеть меня решил, пусть одевает, мою одежду он порвал! Значит, пусть возмещает ущерб!

– Полностью с вами согласна, Маргарита.

Маргарита кивнула и продолжила:

– Ваш размер ноги, размер груди? И если будут какие пожелания, говорите?

– Тридцать седьмой размер ноги. Да, у меня будет одно пожелание – утягивающий плотный топ первого размера.