Liisa – Осколки Джейн (страница 3)

Глава 3 Джейн

Я иду по привычному маршруту прямиком домой, уже предвкушая как проведу завтрашний день и одновременно шутливо жалея, что в сутках всего двадцать четыре часа. Улицы на окраине города были плохо освещены, поэтому я шла в потемках. Уже не в первый раз мне предстояло идти так, будто мои глаза завязаны, так что я была, если можно так выразиться, в своей тарелке. Но уже почти подойдя к дому, метров в тридцати от меня, стоял какой-то силуэт, так сильно напоминавший мне одного человека.

Тишина ночных улиц давила с неистовой силой, каждый шаг эхом отдавался от стен обшарпанных домов. Скрестив руки, я не сбавляю темп и не теряю надежду, что могла ошибиться. Но, к сожалению, моя догадка была верна. Это был отец. Снизив шаг, я стала подходить ближе и чувствовать жар, который исходил от меня. Дальше я не совсем контролировала себя:

– Что ты здесь забыл? – вырвалось из моих уст с неистовой злостью.

– Разве так встречают дети своего отца? – сказал он без малейшего намека на родительскую любовь. Впрочем, меня это ничуть не удивило.

– Ты мне не отец. – отрезала я. – Дай пройти.

Я пытаюсь обойти это подобие родителя, но он хватает меня за локоть и разворачивает к себе лицом. Давай, Филипп Стилс, покажи уже свою настоящую натуру.

– Дженни, я знаю, что я не пример для подражания, но это не повод так со мной обращаться! Я ведь немногого прошу, хотя бы сотню, чтобы дотянуть до получения пособия, позже я верну их.

Слушая это меня начало тошнить. Ком в горле от обиды, что нам в жизни повезло получить такую свинью в родители, перекрыл мне дыхание и я больше не могла говорить ровным тоном:

– Не повод так с тобой обращаться?! Не повод?! Может напомнить тебе, что у тебя есть маленькая дочь, которая страдает изо дня в день? Она лежит там и ждет пока ее папа придет навестить ее, но у него есть другие, более важные дела, не так ли? – ярость кипела во мне, словно вулкан. Слезы наворачивались от обиды за малышку Сюзи. – Я даже не буду спрашивать куда ты тратишь деньги. От тебя перегаром несет за километр. Не смей говорить мне, как я должна с тобой обращаться! И не называй меня Дженни! Ты мне никто. – вырвав руку из его хватки, отступила на шаг и смотрела в упор на отца. Все это время он молчал, мне даже показалось, что в нем проснулась совесть и раскаяние, но навозный жук никогда не меняет свою природу.

– Никто…Ты, неблагодарная, никчемная тварь! Ты должна быть благодарна за то, что все эти годы тебе было где жрать и спать. Если бы не я, давно бы по мусоркам шаталась, чертова дрянь!

Невесело рассмеявшись, я смотрела на него и пыталась уловить хоть каплю сарказма.

– Да лучше бы я на улице жила эти годы, чем терпела твои выходки! Из-за тебя мы страдаем всю жизнь! Из-за тебя Сюзи плачет по вечерам! Лучше бы тот автобус сбил тебя, чертов ты…

Я не успела договорить, потому что он схватил меня за плечи и отшвырнул в стену. От удара у меня зазвенело в ушах, а от боли в спине и локте полились слезы.

– Ты такая же жалкая, как и твоя мать. – отойдя от меня на пару шагов, он смерил меня презрительным взглядом. Долбанный псих.

– Проваливай сейчас же! – мой крик заполнил тишину района, я хотела продолжить проклинать его в ярости, но справившись с дрожью и выпрямившись, увидела только его спину, удаляющуюся куда-то далеко. Глаза разбегаются по разным уголкам темноты, сердце колотится с бешеной скоростью, а от прерывистого дыхания резко затошнило.

Постояв еще несколько минут и переборов начинающуюся истерику, поднялась в квартиру, закрыла дверь на двойной замок и облокотилась на стену. Физическая боль сейчас не так страшна, как то, что происходит внутри.

Филипп никогда не был примером для подражания. С детства я знала, что от него можно не ждать никакой поддержки. С ранних лет мне приходилось брать ответственность, когда мама была на работе или болела, а наш горячо любимый папаша в это время отдыхал в барделях или напивался до отключки в местных барах. Если бы мне платили по одному центу за каждую попытку заставить маму развестись с ним, то сейчас мне вряд ли приходилось бы работать, но Оливия Томсон была непреклонна, как гора.

Спустя еще двадцать минут, когда мое тело перестало трястись от боли и злости, я откинула все эти сопливые истории подальше, ведь завтра у меня встреча с моей маленькой звездочкой. Ни один ублюдок не сможет залезть мне в голову и испортить время с ней.

***

Проспав уже десять часов, я еле заставляю себя встать с кровати. Как бы не хотелось пролежать весь день, укутавшись в теплое одеяло и смотря фильм, мне нужно встретиться со своей сестрой. Первого числа каждого месяца я должна вносить оплату по больничным счетам, поэтому я всегда беру выходной в этот день и провожу его с малышкой Сюзи.

Какого-то черта я просто сижу и пялюсь в стену, вчерашняя потасовка с отцом обрывками врывается в мою память, нагоняя прошлые обиды на единственного человека, который когда-то был для меня опорой.

Страх остаться одной затуманил маме голову, поэтому она постоянно придумывала оправдания для своей половинки. Она всегда выгораживала его, даже тогда, когда и слепой увидел бы, что он лишь вытягивает из нее деньги, при этом не стесняясь поднять на нее руку в пьяном угаре или просто от злости. Видя, какой груз она возложила себе на плечи, Господь, скорее всего решил, что ей будет лучше в его обители и забрал ее, к сожалению, именно в тот момент, когда она так сильно была мне нужна…

Заставив оторвать взгляд от одной точки, включаю телефон и смотрю на время. Черт, уже 14:36, а я все еще не начала собираться.

Я быстро оделась, забрала деньги со своего тайника и пошла в больницу. Уже наступил жаркий июль, поэтому на смену моим спортивкам пришли удобные спортивные шорты почти до колена. Прохладный ветерок удерживал прекрасный баланс такого жаркого дня.

Забежав в автобус и сев у окна, я потерялась в мыслях. Какого-то черта в моей голове возникает его самодовольное лицо. Невольно вспоминаю все, что они мне наговорили и злюсь уже раз так десятый. Если блондин, не понимающий слово “нет”, просто надоел со своими подкатами, то второй парень почти нарвался на реальную взбучку и от меня, и от Итана. Ему еще повезло, что он не услышал ту часть, где меня косвенно назвали… шлюхой? Ох, пришел бы сейчас этот красавчик, я бы выцарапала ему глаза. Спокойно, Джейн. Я уверена, он еще вернется и тогда мы посмотрим за кем останется последнее слово.

В тот день в порыве злости я разорвала лист с номером телефона, но сейчас поняла, что надо было позвонить ему и выговорить все, что я думаю о таких мудаках, как он. Перед глазами пляшет его ухмыляющееся лицо, завораживающие глаза – пронзительные карие, но в одной радужке, словно заляпанный холст краской, мерцает голубой цвет. Это необычно и по-своему красиво. Да и сам парень достаточно красив – ростом выше ста девяноста, черные, как смоль, волосы, спортивная фигура и… И отвратительно длинный язык.

Боже, Джейн. Что ты творишь?

Подключаю наушники и забываю о всех проблемах. Сегодня нет места для плохого настроения.

***

Стою перед больницей и затягиваюсь сигаретой. Так происходит каждый раз, когда я приезжаю сюда. Здесь пахнет умершими надеждами и разбитыми сердцами. Каждая затяжка ощущается, как толчок к неизбежному. Я должна быть сильной. Ради нее.

Потушив сигарету и сделав глубокий вдох, отправилась на встречу с моим главным страхом.

– Здравствуйте, мисс Стилс

– Здравствуйте, доктор Браун. Как моя малышка? – мы стоим в длинном коридоре, пропитанном запахом спирта. Руки невольно дрожат, тяжесть ожидания давит на меня, сжимает, словно в тисках, напоминая о том вечере, когда ждала маму после работы. Страх сковывал, но все еще жившая во мне надежда дала ему отпор.

– Она сильная, Джейн. Операцию проводить сейчас опасно, лимфоузлы продолжают увеличиваться. – осмотревшись, док положил руку мне на плечо и медленно повел в сторону палаты Сюзи. – Тебе говорили об… увеличение оплаты счетов?

– Да, я… оплатила счета за июнь, но новенькая медсестра на ресепшене сказала, что с этого месяца повышают оплату на 15 процентов. Почему раньше не предупредили об этом? Вы же знаете как сложно собирать…– я не успела высказать все, что было на душе, так как док слышал эту историю не раз и перебил меня.

– Джейн, я знаю. Приказ об увеличении пришел пару дней назад, я решил, что лучше передать тебе это лично в жизни. Мне жаль. – седовласый док, в белом халате и уставшими карими глазами, смотрел на меня с горечью. За последний год Браун стал моим другом, который знает о всей нашей семейное ситуации. – К сожалению, я не могу запросить для вас еще больше льгот, но может ты еще подумаешь о моем предложении?

Я понимала, о чем он говорит. Лишить отца родительских прав. Тогда государство будет выплачивать дополнительные пособия, а Сюзи получит статус ребенка, оставшегося без попечения родителей. Я могу оплачивать счета, но я не хочу, чтобы малышке пришлось столкнуться с проблемами судебных процессов. Сейчас ей нужен покой и только.

– Если операцию проводить опасно, то что будем делать? – док понял, что не желаю продолжать эту тему, поэтому вел разговор дальше, пока мы шли по коридорам детского онкологического центра.