Лидия Степ – Булочка с корицей (страница 4)

Сегодня Силья придумала бежать к подсолнухам, чтобы щелкать семечки. Есть целое поле подсолнухов, но до него бежать далеко, а у дома дедушки Панаса растут отличные большие подсолнухи с крупными семечками. Подсолнухи были выше роста девочек, а если присесть на корточки, то даже макушку не видно. Силья рассказала, что дедушка Панас не разрешает детям грызть его семечки, так как после сбора подсолнухового урожая у него получается самая вкусная халва в деревне и самый сладкий козинак. Но было один раз такое, что дети втихушку сщелкали все семечки с подсолнухов, и деревня осталось без сладостей к чаю на целый год. Но если немножко и незаметно – то можно, говорила Силья. В глубине души Исса все же переживала, что делает что-то запретное. Беспокоилась, что бабушка будет переживать. Но как велик интерес! Поле подсолнухов, приблизиться к пчелам в ульях – такого в городе точно не встретишь, а бабушка не разрешала подходить к ульям близко.

– Ну как, вкусно? – отщелкивая зубами все новые и новые семечки, спросила Силья. Оказалось, что Исса не умеет грызть зубами, а умеет только расковыривать скорлупу ногтями. Силья взялась учить подругу, потому что зубами – в сто раз быстрее и удобнее. И вообще, ногтями чистить было не принято.

– А у вас в городе растут подсолнухи?

– Не припомню, но точно у нас в парках растут розы в клумбах. Они пахнут, как духи во флакончиках. Но не так классно, как у бабушки в саду. У бабушки даже из дома чувствуется запах роз с палисадника.

Грызть семечки у Иссы выходило уже лучше, у нее получалось продеть ловко язык между шелухой семечки и достать лакомство, но количество шелухи не сравнится с горкой у ног Сильи – она точно была профессионалом своего дела.

– А как ты тогда узнала про булочку с корицей?

– Я видела с улицы, как ты долго смотришь то на улитку, то на булочку с корицей. А когда сделала выбор, не переставала глазеть на коричную булочку. А булочки нужно есть в охотку, иначе какой в них смысл?

На руку Сильи приземлилась божья коровка, Силья начала шепотом отпускать ее на небко, где ее детки.. что-то про вкусные конфетки.. и божья коровка улетела. Получается, Силья была просто крайне наблюдательной. Хорошо, что она не колдунья, как сначала подумала Исса.

– Розы, подсолнухи с семечками, букашки – много всего придумала природа..

– Это все математика. – Силья одернула подсолнух вниз, – цветок растет по строгой математической схеме. Золотое сечение. Видишь, такую спираль? Этот узор, который повсюду в природе. Например, шишки, галактики и даже ты!

Силья поражала своими познаниями. Она знала что-то о галактиках, подсолнухах и даже умела грызть семечки без ногтей. С того момента Исса решила каждый день проводить с Сильей, чтобы тоже узнать все о том, что ее окружает.

– А у вас в городе есть шишки?

– Да, шишки точно есть. Но они растут в лесу. Тоже недалеко.

– Вот это круто! У нас их очень мало. Там тоже есть вкусные семечки, ты пробовала?

– Да, они сладкие и пахнут лесом, – Исса что-то глубоко начала обдумывать. Будто бы в ее мире что-то перевернулось. Или нашлось то единственное, что она не знала и не пробовала.

– Привези мне тоже шишки попробовать в следующем году!

Скрипнула дверь, и дедушка Панас вышел из дома в сетке пчеловода. Силья показала знак «молчать».

Дедушка Панас в руках нес какой-то чугунный чайник, из которого шел дым. Девочки затаились в подсолнухах, тихонько наблюдая за процессом. Дедушка Панас подошел к улью, открыл крышку и направил дым прямо в пчелиный дом. Пчелы загудели громче паровоза и полетели во все стороны. Иссу удивило то, что руки пчеловода не были защищены перчатками – он совсем не боялся своих пчел. Выглядело завораживающе, когда дедушка Панас достал раму с медом и руками стряхнул оставшихся пчел. У Иссы даже забилось сердце, вдруг Панаса сейчас кто-то укусит. Исса так внимательно наблюдала за движениями рук дедушки Панаса, что даже вздрогнула. Подсолнухи встрепенулись.

– Тихо ты! Иначе нам конец!

Из дверей дома вышел еще один пчеловод, только поменьше ростом, на его руках были огромные резиновые перчатки. Кажется, это был какой-то мальчик.

– Минька, неси уже дымку, где ты там возишься?

Мальчик подошел, взял чугунный чайник, который назывался дымкой, и направил его внутрь улья. Дедушка Панас немного даже закашлялся с глубоким свистящим хрипом. Один кусочек с прозрачным тягучим медом норовил отпасть от рамы с сотами. Минька засунул его за сетку на голове и положил себе в рот. У девочек даже слюнки потекли, представив, как ему сейчас вкусно! Потом достал пережеванные соты и кинул их, как назло, в сторону, где сидели девочки. Кусочек упал недалеко от Алисы. Она снова громко отшатнулась, и подсолнухи зашелестели.

– Тихо! – снова скомандовала Силья.

– Минька, ну ты чего, как непутевый? Мы сюда не соты жевать вышли. И сколько раз говорить – не бросай соты в мои подсолнухи!

– Деда, не переживай, они все равно ничего не увидят, они к нам задом – к солнцу передом, – засмеялся Минька.

Алиса взглянула на подсолнухи, и заметила, что они все как один смотрят в одну сторону. Как солдатики по стойке «смирно!».

– Ох, Минька, ничего ты не понимаешь. Подсолнухи видят гораздо больше, чем ты думаешь. Они видят красоту солнца и неба. А ты сам много на небо смотришь, солнце видишь? Во так-то! Так что они поболе тебя то видят. А ещё они дарят радость всем жителям нашей деревни.

В этот момент из кустов раздался пронзительный девичий крик, Исса подскочила и схватилась за край платья, продавливая бедра вперед.

– Это еще что такое? – удивился дедушка Панас.

– Ну все, нам точно конец! – Силья тоже встала, чего уж терять, и кинулась на помощь своей бедовой подруге.

Оказалось, на лакомый кусочек с медом, который кинул Минька слетелись пчелы, одна пчела приземлилась прямо на ногу Алисы, когда та пыталась ее стряхнуть – безжалостно вонзила в нее свое ядовитое жало.

– Кто это тут у нас засел, как партизан? Силья, это ты что ли? Ну, босячка! Сейчас получишь у меня! Все матери твоей скажу, как семечки мои воровать бегаешь! А это кто у нас жужжит, как пчелка?

– Это моя подруга теперь, Исса.

– Ах, Исса, и ты тут? За атаманкой последовала.

Минька подбежал к Алисе, пока та захлебывалась в собственных слезах, взял ее на руки и понес в дом. Исса тут же и забыла про свою боль, все пыталась закрыть платье руками, чтобы трусики не было видно. И то, что подсолнухи глядели совсем в другую сторону никак не спасло ситуацию.

– Ты кого тут стесняешься, малая? Приезжая что ли?

– Я к бабушке приехала на лето.

– Как тебя звать то?

– Алиса.

– А по-местному?

– Исса.

– Исса, нельзя же открытыми к пчелам подбегать, когда мед из ульев достают.

Алиса потеряла способность говорить полными предложениями. У нее получалось выдавить только по одному слову. Ее впервые на руках нес мальчик. Минька. Всем всегда было интересно узнать, как звать ее коротким, придуманным именем. А Алисе же все не терпелось узнать полные имена соседей, как при рождении дали.

Минька положил Иссу на диван в доме и снял защитную сетку с головы. Иссе показалось, что она никогда не видела таких красивых мальчиков. Загорелая кожа и волнистые каштановые волосы от корня, выцветающие ближе к кончикам прядей. Сердце начало ускоренно стучать. Минька пинцетом достал жало и обработал укус перекисью водорода.

– Деушка Панас, пожалуйста, не говорите маме! Она заставит меня на горох коленками встать, и подметать дом и даже двор! А еще на море купаться не отпустит вечером!

– Как не скажу? Все так и скажу. А если у нее аллергия на пчел, у подруги твоей, и нога в три быка, так что – дедушка Панас виноват? Так и скажи матери, когда у твоей подруги полноги опухнет, что она ходить не сможет, что Панас тут не при чем! У Панаса своих дел выше крыши. Не могу же я вечно за вами следить, босячки какие. Опухнет и опять Кабато забота на голову – травы, мази, настойки. Ты этого хочешь?

У Алисы глаза на лоб вылезли после слов дедушки Панаса про опухшую ногу, от чего она даже ходить не сможет. Вдруг ей так поплохело, что Алиса упала на подушку и закрыла глаза, чтобы собраться снова с силами. Тут и красивый Минька, и пчела, и нога в три быка – слишком много впечатлений для одной маленькой прогулки.

– Что с тобой, красавица?

– Не ругайте Силью, не говорите ее маме, это я виновата. Я ее из засады выдала.

Дедушка Панас показался Иссе очень добрым. Только для виду ругается, а так очень добрый. Проверял укус, Миньку отправил с ульями закончить, а Силью чай заварить на кухне. Она тут все знала, как свою собственную кухню. Казалось, что она вообще все знала.

– Силья твоя, такая девчонка, что называется, каких мальчишек редко встретишь. Даже внук мой, Минька, познакомились уже? И то не такой смелый, как Силья. Ее пытать можно, она слово не выдавит про свои секреты. И все то она успевает – по приказу матери по хозяйству помогать, и книжки какие-то умные запоминать, и вот – семечки в подсолнухах щелкать. А красавица какая, вся в мать! Да та еще босячка, что называется.

Алиса тихонько приоткрыла глаза, и сказала только про Миньку. С Сильей и так уже все понятно. Как Минька несмелый? На руках ее нес, от пчел спасал. Самый смелый и самый красивый! Он, наверное, соты специально кинул, и пчел направил, чтобы спасти ее, и на руках до дома нести.