Лидия Рыжая – Я подчиняюсь (страница 8)

Я ощущаю его мягкие губы. Язык скользит по моему рту, не встречая никакого сопротивления. Распахиваю от удивления глаза, только сейчас осознавая, что это Матвей меня целует. Нагло сминает мои губы, не давая увернуться, пока я нахожусь в прострации от очередного воспоминания.

— Ты чего? — отталкиваю его от себя.

Мы оба дышим учащенно, поглядывая друг на друга.

Я в панике, а он омерзительно спокоен.

— Ты тогда говорила про поцелуй настоящего мужчины, — улыбается Матвей, возвращаясь к бокалу с вином. — Захотелось узнать, в какой класс ты меня определишь.

— К классу придурков! — отвечаю я возмущенно, подскакивая на месте в поисках сумки. — До свидания, Матвей.

Я разгорячена и зла на него. Неужели он думал, что накануне своей свадьбы я пересплю с ним? Что за глупости!

— Ты не любишь его, — выдыхает мужчина, провожая меня взглядом.

— Пффф, ага. Поэтому я согласилась на его предложение.

Я возмущена до глубины души. Психотерапевт называется! Напоил, затащил меня домой… Жалобу на него стоит написать, чтобы лишили возможности так совращать своих пациенток!

— У тебя стокгольмский синдром, девочка, — говорит он убежденно.

И этот его ответ припечатывает мои ноги к полу. Я словно врастаю в него.

Во-первых, я реагирую на то, как он меня назвал. Во-вторых, мне непонятно, зачем он говорит про любовь к маньякам. Кир никогда не запирал меня, не бил и не заставлял ничего делать против воли.

— Ты ошибся, — отвечаю ему, сверкая глазами. — Кир меня и пальцем не трогал.

Мне хочется его чем-нибудь огреть, настолько сильно мое негодование.

— Это ненормальное отношение к своей женщине, поверь мне.

Матвей смотрит на свой бокал, поигрывая вином на свету. Он сидит за столом, явно не спеша мен догонять и продолжать начатое.

Но я не верю. Нет уж.

— Вернись, объясню, — искушает меня дьявол.

Он видит мои сомнения и ухмыляется.

— Приставать не буду.

— До свидания, Матвей, — говорю я ему твердо и прохожу к двери.

Мне больше нечего здесь делать. Этот прохиндей слишком многое о себе возомнил.

— Кир очень опытный мужчина, следовательно, уже знает рычаги давления на женщин. После неудачного брака он взял юную девочку под опеку, обучил ее своим привычкам и после того, как она прошла посвящение, решил взять ее в жены, — говорит тот громко, что в коридоре все его слова слышны.

— Смешно, — выдаю я, открывая наконец входную дверь и выбираясь из квартиры на лестничную клетку.

— Как поймешь, что я прав, звони, — доносится до меня его ответ.

Матвей только показывается в коридоре с бокалом в руке.

Я не удостаиваю его больше ни словом. Спускаюсь по лестнице, негодуя и ненавидя его, Людку, Кира и весь свет в эту минуту.

Хочется поговорить с родным человеком и доказать этому докторишке, что он ничего не смыслит в наших с Киром отношениях. Каждый случай индивидуален.

Я вызываю такси до дома, которое прибывает буквально через минуту, подбирая меня от подъезда и по дороге звоню Киру. Мне хочется изменить конечную цель моего направления, но сначала мне нужно его согласие.

— Да, — говорит тот сонным голосом.

Спит?

— Прости, ты спишь? — спохватываюсь я.

— Да, — отвечает мой жених.

И я отчетливо в тот же момент слышу женский голос на заднем фоне. Судя по всему, пьяный. Визгливый. А затем он быстро затихает. То ли его рука добирается до ее рта, то ли он показывает ей знак заткнуться и она беспрекословно его выполняет.

— Кто она? — спрашиваю я.

Мой голос меняется, превращаясь из нежного в стальной. Нет сомнений, что это та же девица. Нет сомнений, что они делают в полночь или около того … Или уже сделали, раз его голос сонный.

— Ты о чем? — не понимает он.

И я не скрываюсь.

— Светлая миниатюрная блондинка, чей голос я только что услышала. Кто она?

Мне страшно. Меня подзадоривает алкоголь в моей крови, делая более храброй и истеричной, чем обычно. Я не готова мириться с таким отношением. Тем более накануне свадьбы.

— Ты напилась что ли? — спрашивает он грубо. — Где ты?

Я молчу. Вместо ответа нападение. Я впервые это замечаю.

Если бы не Матвей, то не обратила бы внимания. И впервые, зарождается мысль, что он мог быть правым относительно Кира…

— Кто она? — повторяю я вопрос, не скрывая раздражения.

Кир выдыхает. Чувствуется напряжение.

— Ты ошиблась, — наконец отвечает он.

Не так, как я хочу. И это значит, что я не отстану от него.

— Я приеду? — спрашиваю я быстро. — Я в пяти минутах от тебя. И докажешь мне, как я ошиблась.

Я не в 5 минутах, а в 15. Но, если эта шлюха дорога ему, то он не выгонит ее и за 15 минут. А если не дорога, то успеет выставить и за 5. И это меня на данном этапе устроит.

Я вдруг понимаю, насколько это важно для меня сейчас.

— Нет, — отвечает он и сбрасывает трубку.

Я не ожидала, что он так поступит. Это выбивает почву из-под ног. Не дает дышать.

Я пялюсь в экран телефона и не могу в это поверить.

Кир разбивает меня на тысячи осколков и слезы катятся по моим щекам, доказывая, что Матвей прав.

В любом случае я не собираюсь ему звонить. А Кир мне завтра позвонит и мы помиримся. Я в этом уверена.

Глава 11

Проходит несколько дней в затишье, где я запираюсь дома и отказываюсь от встречи со всеми. На работе сообщаю, что заболела. Если не хватит времени разобраться, то смело возьму отпуск. Я давно там не была.

Мне нужно хорошенько подумать и переосмыслить свою жизнь. Видимо, время пришло.

Я все время возвращаюсь к Киру, нашим с ним воспоминаниям, пытаясь проанализировать его отношение ко мне с точки зрения Матвея, выуживая все больше моментов, напоминающих психологическое давление.

Звонит Люда и я беру трубку. Я рада ей. Вот, кто мне поможет разобраться в ситуации.

— Люд, у меня правда стокгольмский сидром? — спрашиваю я ее после приветствия.

Подруга раздумывает несколько секунд.

— Да, — отвечает она весело. — Псих промыл голову? Ты начала замечать то, на что я те указывала все это время? Как его зовут? Я ему позвоню и поблагодарю от себя лично.

— Ага, — выдыхаю я. — Особенно чужие языки в своем рту научилась замечать.