Лидия Рыжая – Адам. Ты моя тень (страница 4)
Адам встречался с Мией уже давно, насколько я успела заметить. Их связь становилась все прочнее, а набеги в поместье все чаще. Мне не повезло столкнуться с ней нос к носу в этот приезд. Казалось, она меня запомнила еще с прошлого раза. Девушка не сказала мне ничего, но на ее мордашке отчетливо проявилось недовольное выражение… А через день у Мии пропало ожерелье, которое нашли в моих вещах.
Все произошло так быстро и без меня, что я бы не смогла ничего сделать в любом случае. Меня поставили уже перед фактом, когда найденное ими украшение нашлось в моей постели.
Как не уверяла я своих господ, что не могу быть настолько глупой, чтобы украсть ценность и спрятать ее под своим матрасом, мне никто не поверил, кроме Бенджамина.
Все взирали на меня с брезгливостью, стараясь отойти подальше, будто я еще и прокаженной была. Только Адам смотрел с полнейшим равнодушием. Ему было все равно на происходящее. Не дождавшись окончания моего задержания и передачи в руки законников, поспешил уйти на обед. Проголодался… В то время как я была напугана до смерти.
Воровство каралось. И я уверилась в том, что меня теперь ждет нехилое наказание и лишения в ближайший год. Помню, как меня погрузили в сон до решения моей дальнейшей участи высшей судебной инстанцией. И теперь я здесь.
Легко и просто сломать жизнь человеку без связей. Достаточно лишь интереса и желания. Наш мир очень несправедлив. Зря я полезла в чужой город в чужую стихию и пыталась выжить среди нелюдей. Надо было держаться своих. Теперь я это понимаю.
– Тебя опрашивали, – говорит Адам потягиваясь и подтягиваясь к краю кровати поближе ко мне. Его рука хватает меня и тянет к себе. И я послушно повинуюсь, заползая к нему на постель.
На ковре удобно, но прохладно. От сквозняков, то и дело появляются мурашки, вызывая у меня дрожь.
– Прикройся, – бросает мне чье-то платье, которое я ловлю на лету. И я благодарна ему за такую малую милость. Быстро натягиваю на себя бежевого цвета одежду, пока адамант продолжает:
– Гибрид из Совета проводил опрос. Ты просила не налагать штрафы на семью…
Допрос происходил во сне, в который меня погрузили до решения Совета, потому как невозможно назвать ту мутную нереальность настоящей. Я плавала в каком-то бесконечном пространстве, не имея возможности даже встать на твердую поверхность. Умоляла инспектора, синеволосого гибрида, не трогать близких, трепыхаясь в свободном полете. Он рассказывал мне о моей незавидной участи, задавал попутно вопросы, удерживая стойкое положение передо мной, и я только диву давалась, как это было возможным.
Отвечала ему невпопад, пребывая в ступоре и кивала, когда мысли уплывали совсем далеко и я его не слышала.
– Ах, да. Я согласилась на все, что угодно, только без штрафов для семьи. – Заторможенно повторяю за ним, вспоминая наше общение с гибридом.
Сложно будет вспомнить этот допрос. Почти ничего не запомнилось.
Смотрю на поднос с едой. Рот наполняется слюной. Кажется, сейчас наброшусь на него. Сдерживаю себя с великим трудом.
Как же хочется есть!
Адам смотрит на меня внимательно, безотрывно, словно сканирует.
– И на что же я согласилась в итоге? – к моим коленям пододвигается злосчастный поднос, от которого я уже не в силах отказаться. Снова я испытываю благодарность к этому чудовищу.
Почти уверена, что он был в курсе подставы Мии. Возможно, они вместе это и придумали… Нашли новую забаву для себя.
Осторожно беру брускетту с красной рыбкой и откусываю ее. Голос Адама теряется на заднем фоне в миксе ярких вкусов и ощущений…
Божечки. Я никогда не ела такой вкуснотищи! Все такое свежее, поджаристое, тает во рту. Наслаждаюсь этим яством, забывая обо всем в этот момент.
Не проходит и нескольких секунд, как я теряю самоконтроль и набрасываюсь на еду, словно голодный зверь, который не ел месяцами. Животный голод, требующий срочного удовлетворения, сытости. Я не могу ему сопротивляться. Мои потребности вышли на первый план, затмив остальные…
Я уже полностью в его власти. Хотя бы поем по-человечески перед началом мучений, которые мне уготовил.
– Я тут поразмышлял, чем мне такая глупая человечка может быть интересна, – улыбается рыжий парень. – Ты так сильно не нравилась Мии… Она мне тобой всю плешь проела. Я даже удивился тому, как сильно она тебя невзлюбила. А потом я вспомнил тебя. – Его голос становится более угрожающим, что я невольно вскидываю на него свой взгляд. – Воровка.
В горле застревает ком, что приходится задержать дыхание, чтобы не закашляться.
Так это месть. Вот, что это такое.
А я тогда так радовалась, что осталась работать. Дурочка.
– В общем, ты сама виновата. Нельзя было обманывать меня, – с сожалением констатирует он. – Но донорство мне без надобности. Я всего лишь хочу свою личную рабыню.
Я все же начинаю кашлять от такого заявления. Сказал это так легко, будто конфету просил передать…
Уму непостижимо. Никак не могу остановиться, кашель только усиливается, в то время как монстр лишь лыбится от произведенного на меня эффекта.
Личной рабыней! ЛИЧНОЙ!
И ему меня так легко отдали?
Из легких пропадает весь воздух. Полнейшая оторопь.
Мир останавливается прямо на моих глазах в этот момент. Замирает и быстро сужается до единственной точки непередаваемой муки.
Есть уже не хочется, поэтому с трудом дожевываю остатки хлеба во рту. Смотрю на лицо адаманта, полное задора, отчетливо отмечая, что передо мной всего лишь избалованный ребенок. Он не понимает, что делает. Ему хочется играться и он играется… моей жизнью!
– Я уговорил Совет подарить тебя мне на год в качестве моей тени, – его голос раздражает слух.
Вздрагиваю. Хочется убежать. Рвануть к двери и спрятаться в каком-нибудь углу подальше. Хочется побыть в одиночестве и переосмыслить сказанные им слова. Хотя бы в ближайшие пять минут. Переварить этот ужас…
Тени… Охранники в услужении своих господ.
В случае, как и с донорством, тенями могут быть только люди. Эти расы подстраховались со всех сторон, решив нас использовать во всех сферах.
Условия прописываются на берегу до заключения контрактов. Высокая оплата позволяет потом несколько лет жить безбедно, при условии, что до них ты доживешь. А в моем случае, в качестве моей оплаты – ничего… Вероятно, свобода, если повезет.
Тени следуют за своими хозяевами незримо по пятам, их невозможно заметить. Идеальный телохранитель, идеальный защитник. Моя задача теперь защищать моего господина, быть на чеку и подставить свою спину, когда придет нужный час. Прикрыть собой при необходимости или предупредить об опасности.
Что в данном случае может сделать обычная человечка? У меня нет ни сил, ни сноровки, ни опыта. Теней выбирают из тех, кто имеет соответствующую подготовку, прошедших обучение.
– Я не смогу тебя защитить, – кошусь на мужчину. – Зачем тебе такая тень?
– Хах, а мне это и не нужно. Последишь для меня кое за кем. А то, что это такое… демон в академии, тот с тенью, а я хуже него что ли? Радуйся, крошка. Меня не нужно защищать. У меня нет врагов, желающих моей смерти. Будешь послушно себя вести, все закончится для тебя хорошо и я тебя поощрю, – усмехается тот по-доброму.
Новая жизнь в качестве тени
Моя новая жизнь ознаменовалась тем, что я теперь неусыпно ступаю за ним следом. Куда бы он ни направлялся, мне приходится идти за ним. По ощущениям, будто мой мозг принимает некоторые решения за меня, забыв поставить меня о них в известность. И я лишь слепо двигаюсь в заданном направлении, не понимая до последнего, куда же иду. Мне приходится присутствовать рядом с адамантом, пока он ест, спит, умывается и развлекается… Вынужденно наблюдаю за его игрищами с девушками, не имея возможности покинуть помещение.
Со стороны, для всех всего лишь тень от солнца или лампы, скользящая по поверхностям интерьеров, а на самом деле – живой человек, запертый в ловушку и мечтающий о свободе.
За Адамом закреплен собственный дом, созданный из специальных огнеупорных материалов, расположенный на частной огороженной территории прямо в стенах академии "Чертополох тернистый", в которой он учится. В его соседях только высшее общество: адаманты и демоны. Остальным вход разрешен, только по специальным заявкам и пропускам. Усадьбы попроще находятся в расположении гибридов и светлоликих. Они расставлены также на территории академии косым рядком без какого-либо ограждения неподалеку от главного корпуса. Для всех остальных рас предусмотрено общежитие.
За стенами академии и ее витиеватым ограждением в виде черных пик, увитых змеями с зелеными переливающимися камнями вместо глаз, расположенной в густом лесном массиве произрастает своя огромная территория. Здесь размещаются не только учебные корпуса для совместного обучения в группах и индивидуальных занятий, но и боксы для тренировок, арена для битв, площадка для игры в шохбол, и разумеется, дома для проживания и общежитие.
Его дом могу с точностью назвать роскошным. Правда, со своей удаленной от роскошной жизни точки зрения. За входной дверью начинается огромная комната – нечто вроде гибрида столовой и зала, где в глаза сразу же бросается большой кожаный диван коричневого цвета. Обычно на нем он и проводит большую часть своего времени со своими друзьями, обсуждая академическую жизнь, свои планы и дальнейшие действия. На втором этаже располагается несколько спален для тех, кто остается на ночь. Есть подвальное помещение, которое уходит под землю и имеет собственную спальню, ванную комнату, сауну с бассейном.