Лидия Мун – Князь Немертвый (страница 10)

В новом пышном платье, сшитом по последнему слову моды, она выглядела нелепо. Я боялась, что гости не примут её, но князь заверил меня, что все будет хорошо. И я ему поверила.

Перед входом в бальный зал мы разбились по парам. Улыбающийся Генрих взял под руку Лиззи, которая с трудом скрывала свое недовольство. Англичанин ей явно не нравился, но я ей вовсе не сочувствовала, а скорее немного завидовала – ведь за ней ухаживает такой красивый мужчина.

Данияр учтиво предложил свою здоровенную ручищу моей матери, и та, кажется, даже немного покраснела.

По левую руку от меня мрачной темной фигурой застыл князь. Я нерешительно посмотрела на его лицо и перевела взгляд на его правую руку, согнутую в локте. Князь едва заметно кивнул, говоря тем самым, чтобы я взяла его под руку.

Я осторожно коснулась шершавой ткани черного сюртука. Даже в праздничные дни князь не изменял своей любви к черной одежде. Как-то за ужином он сказал, что последние несколько столетий каждый день его жизни – это траур.

Бальный зал поразил меня ярким светом и количеством гостей. Как только мы вошли, взоры всех присутствующих сразу же обратились к нам. С князем здоровался каждый, и каждый поздравлял меня с днем рождения. От всего этого у меня закружилась голова, и я крепче ухватилась за руку князя.

Не дойдя до середины залы, где сосредоточилась большая часть гостей, князь свернул налево и подвел меня к столику со стульями.

– Отдохни, – шепнул он мне, выпуская мою руку.

Я с благодарственно ему кивнула и села на стул. Данияр подвел ко мне мать и усадил ее рядом со мной. Я расправила веер и принялась обмахиваться им. В зале было душно и шумно.

– Освежись. – Князь протянул мне бокал шампанского.

Я с натянутой улыбкой приняла его и сделала глоток. Прохладный напиток мгновенно освежил меня. Я подняла взгляд, чтобы поблагодарить князя, но он уже стоял чуть поодаль и разговаривал с губернатором.

– Так много людей пришло поздравить тебя, – восхищённо прошептала мама. – Моя дочь – настоящая леди! И все благодаря его сиятельству.

– Да уж, – хмыкнула я, не сводя взгляда с фигуры князя.

– И после этого ты думаешь, что он видит в тебе только племянницу? – усмехнулась мама. – Готова поклясться всем на свете, что вскоре он сделает тебе предложение. Кстати, сколько ему лет? Выглядит очень молодо.

Я и сама не знала точный возраст князя, как и не знала, сколько ему было лет, когда его обратили в вампира. Может, он и доверял мне свои дела, но свои тайны – нет. И от этого мне было неприятно на душе.

– Софья Андреевна!

Я с неохотой оторвала взгляд от князя, но, увидев, кто подошел меня поздравить, сразу же улыбнулась.

– Рада вас видеть, Алексей Петрович!

– С днем рождения! Желаю как можно больше радостных мгновений в вашей жизни. – Терехов поправил свои очки и застенчиво улыбнулся.

– Благодарю. Как вам праздник?

– О, чудесно! Зал такой красивый, но вы гораздо красивее! – Щеки Алексея порозовели.

– Спасибо за комплимент. Надеюсь, вы хорошо проведете вечер.

– Если вы подарите мне танец, то это будет лучший вечер в моей жизни!

– Разумеется. Первый танец ваш. – Увлеченная беседой, я забыла о том, что князь еще не знает, что я ослушалась его и пригласила Терехова на праздник. Да еще и согласилась на первый танец с ним.

Как назло в этот момент объявили первый танец – кадриль.

Приняв руку Алексея, я направилась с ним в центр зала, то и дело оглядываясь в поисках князя, которого нигде не было видно.

Первый танец прошел быстро и легко, однако удовольствия от кадрили я не получила, потому что то и дело ощущала на себе пристальный взгляд темных глаз.

Поблагодарив Алексея за танец, я поспешила вернуться на свое место, но была перехвачена Дмитрием.

– Поздравляю с днем рождения, Софья! – с придыханием произнес он. – Вы сегодня изумительно выглядите. Затмеваете своей красотой всех на этом празднике.

– Благодарю, – ответила я с колотящимся сердцем, которое так быстро билось вовсе не из-за Дмитрия. Князь был рядом, я это чувствовала.

– Не хотите ли подарить мне следующий танец?

– Охотно.

Меня снова увлекли в центр зала, и снова я не получила удовольствия от танца – англеза.

На протяжении часа меня перехватывали мужчины и увлекали в танец. Я не успевала даже сделать глоток шампанского и присесть хоть на секунду. Ног я уже не чувствовала, пить хотелось нестерпимо, но отказать в танце я не могла, потому что боялась гнева князя. Боже, где был мой разум, когда я отдавала приглашение Терехову?!

– Софья, ты устала, – заключил Генрих, танцуя со мной во второй раз.

Я отрицательно качнула головой.

– Не спорь со мной, я все вижу. – Он остановился и повел меня к столику, за которым, неловко обмахиваясь веером, сидела мама.

Сначала я упиралась, но, увидев желанный бокал с прохладным шампанским, позволила Генриху вывести меня из центра зала. Однако когда до заветного напитка оставалось всего несколько шагов, дорогу нам преградил князь. Сердце мое ушло в пятки.

– Если ты хочешь танцевать с ней, то не сейчас, – сказал Генрих. – Софья уже на ногах не держится.

– Нам с ней надо поговорить, – произнес князь тоном, не терпящим возражений.

Я нервно сглотнула. Генрих кивнул и отошел в сторону.

Князь сверкнул темными глазами и, схватив меня за локоть, потащил к бархатным красным шторам, за которыми находилось небольшое помещение с креслами и столиком. В его полумраке он прижал меня к стене и, обдав холодным дыханием, прошипел:

– Какого черта здесь делает Терехов?!

От испуга я потеряла дар речи. Рука князя замерла рядом с моим горлом, и я готова была поклясться, что он сейчас начнет меня душить.

– Почему ты ослушалась меня? – Рука князя дрожала, но не касалась меня. Он вообще старался никогда меня не касаться, будто это было ему неприятно.

– П-прости, – выдавила я из себя.

Князь шумно выдохнул и на секунду прикрыл глаза.

– Выгони его. Скажи, что ему тут не рады.

Страх начал постепенно отступать. Рука князя опустилась, больше не угрожая моей шее. Да и угрожала ли вообще?

– Я не могу, – мой голос стал уверенней.

– Тебе придется.

Я помотала головой.

– Он – мой гость. Желанный гость. Я не прогоню его.

– Прогонишь! А иначе…

– Что?! – выкрикнула я. – Что ты мне сделаешь? Запрешь в холодной комнате и оставишь без еды? Тогда я умру от воспаления легких, и тебе придется искать новую помощницу!

– Глупая девчонка! – злобно зашипел князь. – Если я сказал, что его нельзя приглашать, значит – нельзя!

– Но почему? – не унималась я.

– Тебе знать не обязательно.

– Вот так всегда! Ты никогда не объясняешь мне причину своих действий, а я не могу читать твои мысли, чтобы узнать ее, – в сердцах высказала я то, что мучило меня все эти годы.

Князь сощурил темные глаза и процедил сквозь сжатые зубы:

– У меня нет причины. Я же не человек. Просто беру и делаю, не думая ни о чем и ни о ком. Так что не пытайся меня понять. – Пристально глядя на меня, он на мгновение замолчал, а затем продолжил уже чуть тише: – Выпроводи отсюда Терехова немедленно. Или я сам сделаю это, но с шумом и с позором для него.

Мне хотелось плакать. Хотелось ударить князя. Хотелось сбежать.

Однако ничего из этого мне нельзя было сделать. Лишь выполнять приказы моего хозяина.

– Слушаюсь, – дрожащим голосам сказала я, опустив глаза.

Князь отстранился и, оправив сюртук, вышел из комнаты первым. На негнущихся ногах я последовала за ним.