Лидия Миленина – Золушка из подземелья (страница 4)
Мое сердце волной полилось в пол. Мечтала о спасении? Хотела вырваться отсюда? Мендер не отпустит просто так. Вещь. Я его вещь. И бессмысленно пытаться опровергнуть это. Он настигнет меня где угодно. Он найдет меня… И даже жизнь с новым хозяином не спасет от Мендера.
– Я поняла, – ответила я как можно спокойнее, стараясь не показать грусть. Мендеру не нравилось, когда я была недовольна своим положением.
– Хорошо, девочка, – с улыбкой ответил Мендер. – Я найду способ связаться с тобой… Нам нельзя терять связь… сладкая… – голос его изменился, он шагнул вплотную ко мне, притянул за талию и одной рукой начал задирать мне платье. – Как давно я тебя не брал, и этого еще долго не будет… Моя, ты помнишь? – задрав платье, резко усадил меня на письменный стол. Потянул на себя трусики. Ему всегда нравилось вот так, на столе, как бы мимоходом – напомнить, показать, кому я принадлежу.
Потерпеть.
У меня не будет свободы. Но на десять лет я буду избавлена от Мендера.
В этот момент в дверь неожиданно постучали.
– Да кого там несет! – зло прошептал Мендер, обдавая меня горячим дыханием. Резко отодвинулся, я спрыгнула со стола и быстро оправила платье.
– Войдите! – раздраженно сказал Мендер.
В дверном проеме стоял сэр Корвин.
– Я передумал, уезжаю прямо сейчас, – твердо сказал он, даже не заходя в кабинет. – Деньги перечислены. Тебе, Анна, – на меня он посмотрел куда доброжелательнее, чем на Мендера, – следует немедленно собраться. Через полчаса жду тебя у своей машины – думаю, ты видела ее.
***
– Вам плохо? – услышала я заботливый голос мужчины, сидевшего рядом на заднем сидении. Не мой новый хозяин, просто какой-то охранник или помощник. Хозяин ехал впереди, рядом с водителем, и толстое стекло отделяло заднее сиденье от него. А я чувствовала впереди его присутствие. Ощущение было настолько четкое, словно мы касались друг друга.
Голос охранника вырвал меня из прошлого, из картинок, напоминавших, с чего именно все началось. Наверное, потому что я опять еду в машине, подумалось мне, и к горлу подкатила тошнота. Я не ездила на машине четыре года. Предыдущий раз был, когда два бугая увезли меня от всего, что было прежде. А сейчас снова был автомобиль, он вез меня в неизвестность.
Я посмотрела на охранника, не зная, что ответить. То, что интересовались моим состоянием, – уже необычно. И странно… Это вызывает тревогу, словно вслед за этим обязательно должен последовать неприятный сюрприз. Не смея открыть рот, я отрицательно покачала головой.
Но, видимо, охранника это не убедило.
Он нажал кнопку перед собой, и я услышала обращенные к хозяину слова:
– Сэр, кажется, девушку укачало. Возможно, Дайн мог бы ехать медленнее?
– Хорошо, – ответил сэр Корвин. – Сейчас остановимся, уже близко.
А охранник покрутил что-то на дверце, и порыв свежего ветра ударил мне в лицо. Приятно! Неожиданная свежесть. А может быть, все к лучшему, подумалось мне… Но поверить в это сложно. Если за четыре года после похищения что-то и менялось, то любое «к лучшему» вскоре обращалось «худшим». Да и Мендер четко указал мне, что ждать особого счастья не стоит.
Но свежий ветер бил в лицо и уносил из головы плохие мысли. Тошнота отступила, и я впервые за эти годы ощутила приятное волнение вместо паршивого, убивающего страха.
Неожиданно в окне показался высокий обрыв, мы остановились. Сквозь стекло я увидела, что «хозяин» и водитель покинули автомобиль. Вслед за ними вышел охранник. Несколько мгновений они стояли над обрывом и смотрели вниз, а я не знала, что делать. Вроде бы свободы мне никто не давал, а так хотелось выйти из машины, глотнуть воздуха полной грудью, увидеть что-то другое… Просторное, отличное от выученного до каждой мелочи особняка рода Транси.
Неожиданно дверь открылась с моей стороны, охранник заглянул внутрь и протянул мне руку:
– Сэр Корвин сказал, вы можете выйти, если желаете. Он всегда любуется своим замком отсюда, прежде чем подъехать к нему.
Я неуверенно вложила руку в его теплую ладонь и вышла.
Открывшийся вид поражал. Внизу, под обрывом, простиралась огромная долина. Сады, перелески… А прямо в центре – большой замок, темный, но не мрачный. Острые башни чередовались с широкими террасами, а возле него можно было разглядеть сад с высокими статуями. И ветер… Ветер развевал волосы, бил в лицо – и это было приятно. Очень приятно! Простор, от которого кружится голова.
Хозяин стоял у самого края, скрестив руки на груди. И как ему не страшно, пронеслось у меня в голове. Такая высота, я бы, наверное, потеряла сознание, если бы посмотрела вниз.
Почему-то казалось, что он летит над этой пропастью, хоть за те секунды, что я наблюдала за ним, он не сделал ни одного движения.
Я не знала, чего от него ждать.
– Это мой замок Корвоул, – обернулся он ко мне. И я увидела на строгом лице веселье. – Отсюда его лучше всего видно. Сегодня переночуем в нем. Но жить в нем ты не будешь. Завтра мы отправимся дальше – в мой городской особняк. Лишь раз в несколько месяцев ты будешь приезжать сюда со мной. Подойди.
Хозяин сказал, и я не могла ослушаться, хоть ноги вдруг стали ватными от мысли, что нужно подойти к самому краю. Я сделала два неуверенных шага, и тут твердая рука взяла мою ладонь, крепко сжала, словно говорила – я не дам тебе упасть. А я внезапно ощутила сердцебиение – из его рук не вырваться. Но было не страшно, а как-то по-другому.
С громко бьющимся сердцем я стояла над пропастью. Голова кружилась от высоты, волосы развевал ветер. И твердая, даже жесткая рука крепко сжимала мою ладонь. И я почувствовала нечто странное… Опору, может быть…
«Чего мне ждать от вас, сэр Корвин? – подумалось мне. – Чего ждать? Кроме этих порывов ветра и непонятной радости в душе? Не свободы – это невозможно. Но чего?»
ГЛАВА 3. ГЛАЗАМИ МУЖЧИНЫ. КОРВИН
С резким глотком воздуха я выныриваю из видений. Мой друг (единственный, полностью посвященный в мои дела) Рональд Эль1 внимательно смотрит на меня, расположившись в кресле напротив. Высокий и мощный черноволосый мужчина с черными, как ночь, глазами. Мой отец, хорошо знавший его, говорил, что мы с ним чем-то похожи, хоть Рональд и не носитель нашей древней крови. Его кровь, возможно, еще благороднее и древнее, но в точности об этом не знал даже я. А его истинный род занятий неведом вообще никому.
Он появлялся иногда… И тогда я мог поговорить с тем, кто разделяет мои взгляды и даже может дать дельный совет.
Я возрождал в памяти свои видения, проходил их заново, чтобы показать Рональду. Иногда нужно поговорить с кем-то о том, что волнует по-настоящему. О своих экспериментах, достижениях и обо всем, чем я живу на самом деле.
Ведь моя тайная жизнь, скрытая от всех, куда важнее, чем обычная, та, в которой я известный политик и военный лидер. Все это такая мелочь, по сравнению с тем, что я задумал.
– Что ж… – задумчиво говорит Рональд. Я знаю, что ему не составило труда в деталях разглядеть то, что я показал. В отличие от меня, он в полной мере обладал ментальной силой. Мне же только предстоит ее обрести, если все получится. Пока… пока я могу лишь уловить общий фон эмоций человека, отличить правду от лжи. Впрочем – безошибочно. Кровь, текущая в моих жилах, не ошибалась никогда. – Общий фон твоих видений ясен… Ты говоришь, видишь это все чаще?
– Да, – я твердо киваю головой. – И мне больно возвращаться из этих видений. Словно я живу вторую жизнь, и она привлекательнее обычной.
– Скорее всего, так и есть, – уголком губ улыбается Рональд. – Что ж… Думаю, оттягивать дальше не следует. Пришла пора претворить в жизнь то, что ты задумал. Хорошо, что ты нашел более гуманный способ…
– Но где я найду женщину, которая согласится на подобное? – горько усмехаюсь я. – Все упирается в это. Любая аристократка, как и любая женщина из низов, донесет инквизиции. Или просто убежит от меня, как от чудовища. А я не для того придумал этот способ, чтобы убивать ее.