Лидия Миленина – Полюби меня (страница 4)

– В вашем мире такие животные давно вымерли. Этого достаточно? – спросил Альберт.

– Пожалуй, пока да… – ответила я. Неожиданно я почувствовала себя уставшей от всего этого и обессилено опустилась на стул.

…Но не может ведь быть такого? Это ведь не может быть другой мир? Такое бывает только в книгах! И все же, роза, которую я держала в руке, родилась из воздушного вихря, а птеродактиль – настоящий – только что пролетел у окна.

– Попробуешь поверить? – настойчиво спросил Альберт и двумя пальцами поднял мой подбородок, вгляделся в лицо. Касание было горячим, цепким. И слегка пугающим. По спине опять пробежали мурашки. Осознание, что я полностью во власти этого человека, настигло меня.

– Попробую, – кивнула я.

Мой похититель едва заметно провел языком по губам, словно облизнулся. Потом на мгновение подался ко мне. Но остановился, натолкнувшись на дрожь и тревогу, что я не могла скрыть.

«А ведь если бы он сейчас обнял меня, погладил по голове… я, может быть, и успокоилась бы, – неожиданно подумалось мне. – Ведь эта его сила, может быть другой, успокаивающей, надежной. Зачем он меня пугает?»

– Хорошо, приходи в себя, – кивнул Альберт, отпустил мой подбородок и направился к двери. Возле нее оглянулся. – И, да, Тая, ты права: я действительно чудовище. Я уже говорил тебе это.

Он хотел выйти, но я, сама не ожидая от себя такой прыти, кинулась за ним и придержала дверь. Лучше знать все сразу.

– Ты оборотень, превращаешься в чудовище? – спросила я. – Скажи сразу!

Он посмотрел на меня с удивлением и уважением и сделал шаг обратно в комнату.

– Да, можно сказать так.

– Ты дракон?! – выпалила я. Уфф… Только бы это оказалось правдой. Прекрасные гордые ящеры – мечта многих женщин. Тогда я могла бы его не бояться.

– Нет, Тая, я не дракон, – с легкой грустью он покачал головой.

– Волк-оборотень? – не унималась я.

– Нет, и не волк, – усмехнулся он.

– Но в кого тогда ты обращаешься? – изумилась я. Оба приемлемых для меня варианта оказались ложными.

– Тебе лучше пока этого не знать, – жестко сказал он. – Не гадай, все равно не догадаешься, – и вышел. Кажется, в последний момент его лицо перекосило.

***

Когда, спустя несколько минут, в комнату вошла служанка, я на мгновение застыла в изумлении. Зачем Альберту я, если здесь такие красавицы? Вряд ли он специально назначил в «камеристки» самую эффектную девушку в замке.

Высокая – почти на голову выше меня – с блестящими рыжеватыми волосами, убранными в изящную французскую косу. Длинное приталенное платье зеленого цвета с глубоким декольте подчеркивало идеальные изгибы фигуры. Черты лица правильные, ясные, большие глаза светло-зеленого оттенка с таким мягким, почти сладким выражением, что хочется подойти и сразу поцеловать в щеку.

Девушка сделала книксен, подняла свои дивные глаза и улыбнулась. А я на несколько мгновений застыла, не имея ни малейшего представления, как вести себя с прислугой.

– Меня зовут Тая, – растерянно улыбнулась я. И на всякий случай показала на себя. – А вас?

Девушка покачала головой, демонстрируя, что не понимает мой язык. Но догадаться, что я представилась, было несложно.

– Маирон, – она опять обворожительно улыбнулась и указала на свою грудь.

В последующие пять минут я еще цеплялась за идею распознать, на каком языке говорят местные, не поймут ли английскую речь. Я пробовала английский, несколько фраз на немецком, который учила в школе как второй язык. Вспомнила и знаменитые «а la guerre comme a la guerre»1 и «сherchez la femme»2 больше ничего по-французски я не знала. Маирон крутила головой и улыбалась.

Наконец она что-то произнесла на своем наречии и указала мне на дверь в дальнем конце комнаты, которую я до этого не заметила.

Так и пришлось нам с ней разговаривать жестами.

За дверью оказалась… ванная комната. С настоящей огромной ванной на золотых ножках в форме кошачьих лап. И настоящий душ. Свет исходил от самых обыкновенных люстр, включавшихся обычными выключателями. «Ага, – подумала я, – как же, другой мир…» Но в голове тут же всплыл птеродактиль и роза, сотворенная из воздуха. Убедившись, что я имею полное представление о том, как пользоваться ванной и душем, Маирон кивнула. И вышла после моего жеста, указывавшего на дверь и молящего взгляда – «позволь мне помыться одной».

Душ я приняла наспех. Мне было неудобно, что девушка ждет меня. Наверное, она стоит в комнате и ожидает, когда выйдет «госпожа», а я совсем не привыкла к этому. К тому же тревога, оставшаяся после разговора с Альбертом, никак не желала уходить. Мысли в голове скакали, как блохи, хаотично, разорванно… Одни из них утверждали, что придется поверить в то, что похититель назвал «неизбежным», другие метались и отыскивали рациональные объяснения этой фантастической ситуации…

При выходе из душа меня ждал пушистый голубой халат в пол.

А потом Маирон открыла шкаф.

Да, Альберт был прав. Одежды тут много. К моей радости, никаких кринолинов, корсетов и прочих орудий пытки, о которых я читала и видела в кино, не наблюдалось. В основном это были такие же длинные приталенные платья, как то, что надето на Маирон, только намного изысканнее. Глубокие декольте и такие же глубокие треугольные вырезы, рукава от прямых облегающих до «фонариков», ткани струящиеся, приятные на ощупь.

Были тут и брючные костюмы, и я с удовлетворением отметила, что, похоже, здесь не возбраняется женщинам ходить в брюках.

Глядя на необычную одежду, я подумала: либо я действительно в другом мире, либо… Мысль показалась одновременно забавной и в то же время страшной… Либо сумасшедший хозяин замка – любитель реконструкций и ролевых игр… Нарядил всех обитателей в старинные наряды, вот и мне предстоит исполнять перед ним какую-то роль.

Я показала Маирон на самое простое из платьев, висевших передо мной. Темно-голубое, с легкой серебристой вышивкой вдоль треугольного выреза.

Маирон изящным жестом достала из шкафа платье, придирчиво оглядела его со всех сторон, нашла две складочки и… От изумления у меня чуть не полезли глаза на лоб. Хозяин, достающий из воздуха розы, – это еще ладно. Но только что на моих глазах эта девушка провела над мягкой тканью рукой, от которой исходило чуть заметное серебристое сияние. И ткань полностью разгладилась. А я почувствовала головокружение. Этого не может быть, все это мне снится…

Но все, что происходило дальше, было физически ощутимо. Высокая Маирон подняла платье, и оно скользнуло на меня, легко и плавно, словно лаская. И село, как будто его сшили лично для меня. Маирон удовлетворенно кивнула и подвела меня к большому зеркалу у стены.

Я замерла. Надо же как старинные платья красят женщину. Невысокая, в длинном голубом платье, я смотрелась как маленькая женщина, даже девочка. Дюймовочка, одним словом.

Талия выглядела совсем тонкой, а из выреза выглядывали ключицы, придавая трогательный вид. «Вот бы чудовище «растрогалось» и отпустило меня, – подумала я. – Впрочем, бесполезно…»

Вообще я никогда не считалась красивой. Скорее меня называли «миленькой»: тонкие аккуратные черты лица, небольшой нос, легкие брови, пушистые каштановые волосы. Только про большие серо-голубые глаза говорили, что они исключительно красивые и глубокие.

Сейчас же я показалась себе красавицей. Не хватало только какой-нибудь необычной прически, чтобы открыть шею. «Ты как будто к свиданию готовишься», – поймала я себя и тряхнула головой. Делать то, что предлагает псих – нужно для выживания. Но подчеркнуто прихорашиваться перед встречей с ним – этого еще не хватало!

Но, видимо, Маирон тоже подумала о прическе. Она предложила мне сесть в кресло и легко коснулась моих волос. А потом уже не касалась, просто водила руками рядом с моей головой, и волосы послушно ложились в высокую прическу с прядями, закрепленными по кругу. В конце она улыбнулась мне в зеркало, мол, нравится? Я кивнула и она зафиксировала прическу несколькими заколками с блестящими голубыми камешками. Для красоты, потому что все и так хорошо держалось – без лака, заколок или резинок для волос.

«Вот что значит магия», – подумала я. И вдруг в душе взорвалась яркая солнечная радость – вопреки похищению, страхам и сомнениям. Радость ребенка, получившего долгожданное.

Если это другой мир, то детские мечты сбылись.

Я в фантастическом мире, и я обязательно научусь всему этому магическому: укладывать волосы, не касаясь их руками, доставать розы из воздуха, вызывать птеродактилей… И, конечно, я научусь кидать файерболы. А первым, кому я заеду файерболом, будет тот, кто меня сюда притащил!

Но радость быстро отступила. Я давно уже не ребенок. А проблем, похоже, больше, чем волшебства.

Глава 3

Замок был большим. Дворецкий – молчаливый мужчина средних лет, статный и подчеркнуто вежливый – вел меня по коридорам и лестницам. Никакой мрачности, ожидаемой для старинного замка, я не заметила. Все неярко подсвечено, стены где-то ровные, с гобеленами и картинами, где-то – просто каменная кладка. Но все ухоженное, без ощущения холода и сырости. Иногда навстречу попадались местные – почти все выше меня ростом, такие же статные и хорошо сложенные, как дворецкий и Маорин. При виде меня они почтительно склоняли голову, но некоторые заинтересовано разглядывали. От этого мне становилось немного противно, не иначе как любопытствуют, что за новую питомицу притащил хозяин.