Лидия Мартин – Ты моя, Ангел, а я твой... (СИ) (страница 58)

Ах, точно. Что ж, ладно.

— Полиция и пожарные недавно были здесь, — сказал Стилински. — Главная спальня сгорела, но они остановили распространение огня. Полицейские вернутся. Они буду задавать тебе вопросы. Насколько я могу предположить, они уже пытались связаться с тобой по телефону, с которого ты набирала 911.

— Дерек его отобрал.

Он кивнул.

— Я понял. Мне всё равно, что ты скажешь полиции. Но я был бы благодарен, если бы ты забыла рассказать им обо мне. — Он скользнул к открытому окну. — И последнее. Эллисон успела вызвать полицию вовремя. Медики спасли Айзека. Он в больнице, но с ним всё будет в порядке.

Я услышала, как закрылась входная дверь внизу в коридоре. Моя мама была внутри.

— Лидия? — позвала она и бросила сумку с ключами на столик у входа. Её высокие каблуки отстукивали по деревянному полу почти в темпе бега. — Лидия! У парадного входа полицейская лента! Что происходит?

Я обернулась к окну. Стайлз ушёл, но к наружному стеклу приклеилось одно чёрное перо, удерживаемое вчерашним дождём. Или волшебством ангелов.

Внизу в коридоре мама включила свет, щёлкнув выключателем, слабый луч протянулся почти до трещины у порога моей двери. Я задержала дыхание и считала секунды, предполагая, что у меня есть ещё пара секунд до того, как она завопила. — Лидия! Что случилось с перилами?

Хорошо, что она ещё не видела свою спальню.

***

Небо было идеальным, с голубым оттенком. Солнце только начинало подниматься из-за горизонта. Наступал понедельник, совершенно новый день, все ужасы прошедших двадцати четырёх часов остались позади. У меня был пятичасовой сон под бинтами и, за исключением боли во всём теле от того, что меня поглотила смерть, а потом выплюнула обратно, я чувствовала себя удивительно бодро. Не хотелось сгущать тучи, напоминая себе, что полиция появится в любую минуту, чтобы взять у меня показания о событиях прошлой ночи. Я все ещё не придумала, что им сказать.

Я неслышно добежала до ванной в ночной сорочке — мысленно подавляя вопрос, как она оказалась на мне, потому что я предположительно была одета, когда Стайлз принёс меня домой — и быстро проделала обычные утренние процедуры. Сбрызнула лицо холодной водой, почистила зубы и собрала волосы резинкой в пучок. В комнате я натянула чистую кофту и джинсы.

Я позвонила Эллисон.

— Как ты? — спросила я.

— Хорошо. А ты?

— Хорошо.

Тишина.

— Ладно, — быстро сказала Эллисон. — Я всё ещё в полном шоке. А ты?

— В полном.

— Стайлз позвонил мне посреди ночи. Сказал, что Дерек очень тебе навредил, но с тобой всё в порядке.

— Правда? Стайлз звонил тебе?

— Он звонил из джипа. Сказал, что ты спишь на заднем сиденье и он везёт тебя домой. Сказал, что как раз проезжал мимо школы, когда услышал крик. Сказал, что нашёл тебя в спортзале, но ты потеряла сознание от боли. Потом он посмотрел вверх и увидел как Дерек прыгает с балки. Он сказал, что Дерека переклинило — побочное действие от тяжёлого чувства вины за то, что он сделал с тобой.

Я не понимала, что совсем не дышу, пока не позволила себе вдохнуть. Очевидно, Стилински изменил некоторые детали.

— Ты знаешь, что я не куплюсь на это, — продолжила Элли. — Знаешь, я думаю, Стайлз убил Дерека.

На месте Арджент, я бы, наверное, думала также. Но я спросила:

— Что думают в полиции?

— Включи телевизор. По пятому каналу сейчас репортаж в прямом эфире. Они говорят, что Дерек вломился в школу и спрыгнул. Они объявили это трагическим подростковым самоубийством. Они просят всех, кто обладает какой-либо информацией, набрать телефон горячей линии на экране.

— Что ты сказала полиции, когда звонила им в первый раз?

— Я была напугана. Я не хотела попасть за решётку за то, что проникновение в школу и порчу школьного имущества… Так что я позвонила анонимно с платного автомата.

— Хорошо, — сказала я, наконец. — Если в полиции считают, что это самоубийство, то, значит, так оно и есть.

— Ты что-то от меня скрываешь, — сказала Эллисон. — Что на самом деле случилось после того, как я убежала?

Вот тут дело приняло неприятный оборот. Арджент была моей лучшей подругой и мы жили под девизом «Никаких секретов». Но некоторые вещи просто невозможно объяснить. Тот факт, что Стайлз был падшим ангелом-хранителем, возглавлял этот список. Сразу за ним шёл факт, что я спрыгнула с балки и умерла, но была всё ещё жива.

— Я помню, что Дерек зажал меня в угол в спортзале, — ответила я. — Он сказал, что собирается причинить мне много боли и страха. После этого всё как в тумане.

— Слишком поздно для извинений? — спросила Эллисон так искренне, какой я не слышала её никогда за всё время нашей дружбы. — Ты была права насчёт Дерека и Айзека.

— Извинения приняты.

— Мы должны пойти в торговый центр, — сказала она. — Я чувствую жизненно важную потребность купить туфли. Много туфель. Что нам необходимо, так это хорошая старая-добрая шопинг-терапия.

Дверной звонок зазвенел и я мельком взглянула на часы.

— Я должна дать показания о том, что произошло прошлой ночью. Но я позвоню тебе позже.

— Прошлой ночью? — в голосе Элли послышались нотки паники. — Они знают, что ты была в школе? Ты же не называла им моё имя, правда?

— Вообще-то, кое-что случилось ещё вчера вечером, — это кое-что зовут Эрика. — Я скоро позвоню, — сказала я, вешая трубку, пока мне не пришлось снова врать, придумывая новое объяснение.

Прихрамывая, я спустилась вниз и увидела, кого мама пригласила войти.

Шериф Джон и Пэрриш.

Она провела их в гостиную и, хотя Пэрриш развалился на диване, Шериф Джон остался стоять. Он стоял спиной ко мне, но пол скрипнул под моими ногами и он обернулся.

— Лидия Мартин, — сказал он грубым тоном полицейского. — Мы снова встретились.

Моя мама прищурилась: — Вы встречались раньше?

— У вашей дочери очень захватывающая жизнь. Кажется, мы бываем здесь раз в неделю.

Мама послала мне вопросительный взгляд и я с растерянным видом пожала плечами, якобы даже не догадываюсь, о чем идет речь. Полицейский юмор?

— Почему бы тебе не присесть, Лидия, и не рассказать нам, что случилось, — сказал Пэрриш.

Я опустилась в одно из плюшевых кресел напротив дивана.

— Около девяти вечера я была на кухне со стаканом шоколадного молока, когда появилась Мисс Рейес, мой школьный психолог.

— Она просто зашла в твой дом? — спросил Шериф Джон.

— Она сказала, что у меня есть что-то, что ей нужно. Тогда я побежала наверх и закрылась в большой спальне.

— Притормози, — сказал Шериф Джон. — Что это была за вещь?

— Она не сказала. Но упомянула, что она ненастоящий психолог. Сказала, что использовала работу, чтобы шпионить за учениками. — Я посмотрела на всех по очереди. — Она ненормальная, правда?

Шериф Джон и Пэрриш переглянулись.

— Я проверю её имя по базе, посмотрим, что найду, — сказал Шериф Джон, поднимаясь на ноги.

— Позволь спросить тебя напрямик, — обратился ко мне Шериф Джон. — Она обвинила тебя в краже чего-то, что принадлежало ей, но не сказала, что это?

Ещё один трудный вопрос.

— Она была в истерике. Я не поняла и половины того, что она говорила. Я побежала и закрылась в маминой спальне, но она выбила дверь. Я спряталась в каминной трубе, и она сказала, что сожжёт в доме комнату за комнатой, пока не найдёт меня. Затем она развела огонь. Прямо там, в середине комнаты.

— Как она развела огонь? — спросила меня мама.

— Я не видела, я же была в трубе.

— Это сумасшествие, — сказал Шериф Джон, помотав головой. — Я никогда не слышал ничего подобного.

— Она может вернуться? — спросила мама Шерифа Джона, встала за моей спиной и положила руки на мои плечи, как бы защищая меня.

— Вы можете позвонить и узнать об установке охранной сигнализации, — Пэрриш открыл свой бумажник и протянул маме карточку. — Я ручаюсь за этих парней. Скажите им, что вы от меня и они сделают вам скидку.