Лидия Мартин – Ты моя, Ангел, а я твой... (СИ) (страница 31)

— Что? — Спросила я, начиная нервничать под его взглядом. Он улыбнулся. — Я вспоминал о шелковых туфлях. Вчера вечером.

Как обычно, в присутствии Стайлза, у меня возникло чувство, будто в животе порхают бабочки, и, как и обычно, я не могла определить — хорошо это или плохо.

— А как твой вечер? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал нейтрально, поскольку намеревалась преодолеть лед отчуждения. Мои шпионские приключения все еще вызывали неловкость между нами.

— Занятно. Твой?

— Не настолько.

— Домашнее задание было великолепным, верно?

Он надо мной смеялся. — Я не делала домашнее задание. — Он хитро улыбнулся. — А что же ты делала?

На мгновение я лишилась дара речи. Я сидела с медленно открывающимся ртом. — Это был намек?

— Просто полюбопытствовал, чей вечер прошел интереснее.

— У меня уже проблемы с тренером, поэтому сделай одолжение, давай займемся лабораторной. Я не в настроении быть объектом эксперимента, так что, если не возражаешь… — Я выразительно посмотрела на стол.

— Не могу, — сказал он. — У меня нет сердца. — Про себя я отметила, что это и вправду было так.

Я опустила голову на стол и сложила руки на животе. — Скажи мне, когда пройдет пять минут. — Я закрыла глаза, предпочитая не видеть, как карие глаза Стайлза смотрят на меня.

Спустя несколько минут я приоткрыла один глаз: — Время вышло, — сказал Стайлз.

Я достала руку и протянула ему запястье, чтобы он смог прощупать мой пульс. Стайлз взял мою руку и по руке прокатилась жаркая волна, окончившаяся, сжавшись, где-то в животе.

— При контакте пульс объекта ускоряется, — произнес он.

— Не пиши это, — предполагалось, что я скажу это возмущенно. Все, что угодно, но прозвучало, словно я пыталась подавить улыбку.

— Тренер настаивает, чтобы мы были доскональными.

— Что ты хочешь? — спросила я его.

Наши глаза встретились. Он смеялся внутри. Я была уверена.

Прозвенел звонок Стайлз схватил свою сумку и вышел из класса, даже не ответив на вопрос.

После занятий я поплелась в кабинет Мисс Райес на очередной сеанс. К концу занятий Доктор Мисс Моррелл всегда держала дверь широко распахнутой, словно в знак негласного приглашения. Теперь же, каждый раз, когда я проходила мимо двери в этой части здания — Мисс Райес держала дверь закрытой. Кстати, «Не беспокоить» подразумевалось само собой.

— Лидия, — сказала она, открывая дверь после того, как я постучала. — Пожалуйста, входи. Присаживайся.

Ее кабинет сегодня был уже полностью прибран и украшен. Она принесла еще несколько цветов, а на стене над столом в рамочках висели изображения растений.

Мисс Райес произнесла:

— Я много думала о том, что ты сказала мне на прошлой неделе. И пришла к очевидному выводу, что наши отношения должны основываться на доверии и уважении. Мы не будем разговаривать о твоем отце до тех пор, пока ты сама этого не захочешь.

— Окей, — настороженно сказала я. — И о чем же мы будем говорить?

— Я услышала кое-какие неутешительные новости, — сказала она. Улыбка исчезла с ее лица и она потянулась вперед, опираясь локтями на стол. В руках у нее была ручка и она вертела ее между ладонями. — Я не хочу вмешиваться в твою личную жизнь, Лидия, но думаю, предельно ясно дала тебе понять, что думаю о твоих отношениях со Стайлзом.

Я не понимала, куда она клонит. — Я не занимаюсь с ним. — И действительно, ей-то какое дело?

— В субботу вечером Стайлз привез тебя домой из Дельфийского морского порта. А ты пригласила его войти.

Я чуть не задохнулась от возмущения. — Как вы узнали об этом?

— Частью моей работы как твоего школьного психолога является давать тебе советы, — сказала Мисс Райес. — Пожалуйста, пообещай мне, что ты будешь очень, очень, осторожна со Стайлзом. — Она смотрела на меня так, будто ждала присяги.

— Это довольно затруднительно, — сказала я ей. — Моя поездка в Дельфийский порт вышла мне боком. У меня не было выбора. И я вовсе не ищу возможностей, чтобы проводить время со Стайлзом.

Ну, может, кроме вчерашнего вечера в Бордерлайн. Но в качестве оправдания, я клянусь, что не ожидала увидеть там Стайлза. Предполагалось, что у него выходной.

— Очень рада слышать это, — ответила Мисс Райес, казалось, она не до конца была уверена в моей невиновности. — А кроме этого, ты хотела бы со мной еще что-нибудь сегодня обсудить? Что-то, что тебя тяготит?

Я не собиралась рассказывать ей о том, что Айзек вломился ко мне в дом. Я не доверяла Мисс Райес. Не знаю что, но что-то в ней было не так. И мне не нравилось, что она продолжала утверждать, будто Стайлз опасен, но так и не говорила мне почему. Было похоже, будто у нее «пунктик» на этом.

Я взяла рюкзак с пола, открыла дверь и сказала: — Нет.

Комментарий к 13 глава

Немного Стидии….♥♥♥

========== 14 глава ==========

Я поднялась по ступенькам к главному входу библиотеки. Зайдя внутрь, я решила отложить домашнюю работу на потом и направилась прямиком в зал мультимедиа, где прочесала Интернет, пытаясь отыскать информацию о «Повешении в Кингхорн», но нашла не так уж много. Сначала была большая шумиха, но все новости заканчивались тем, что копы обнаружили предсмертную записку, а Айзека выпустили.

Настало время наведаться в Портленд. Я не собиралась делать что-то особенное, всего лишь порыться в архивах статей, но, может, поездка туда облегчит мне работу.

Я отключила компьютер и позвонила маме.

— Мне нужно быть дома к девяти вечера?

— Да, а что?

— Я подумала о том, чтобы съездить на автобусе в Портленд.

Она одарила одним из своих смешков, подразумевавших: «Должно быть, ты считаешь меня сумасшедшей».

— Мне нужно взять интервью у студентов школы Кинг Хорн, — сказала я. — Для исследования над которым я работаю. — Я не лгала. Не совсем. Конечно, гораздо проще было бы оправдаться, если бы меня не тяготило чувство вины от того, что я не рассказала ей о взломе и не утаила от нее визит полиции. Мне следовало бы рассказать ей обо всем, но едва я открывала рот, как нужные слова куда-то улетучивались. Мы изо всех всех сил пытались выжить. Нам нужна мамина зарплата. А если я расскажу ей об Айзеке, она тут же уволится.

— Ты не можешь одна ехать в город. В школе уже вечер и скоро стемнеет. Кроме того, к тому времени, как ты туда доберешься, студенты уже разойдутся.

Я тяжело вздохнула. — Ладно, скоро буду дома.

— Знаю, я обещала тебя забрать, но у меня куча дел в офисе. — Я слышала шелест бумаг в трубке и представила, как она прижимает ее к уху, а телефонный шнур на несколько раз обвился вокруг тела. — Не слишком, если я попрошу тебя дойти пешком?

Погода была не такой уж прохладной, к тому же у меня была джинсовая курточка и пара ног. Так что я вполне могла пройтись пешком. Звучал этот план гораздо убедительнее, поскольку мысли о прогулке до дома не вызвали у меня особого энтузиазма. Но у меня не оставалось другого выбора, кроме как заночевать в библиотеке. Я практически дошла до выхода, когда услышала, как кто-то зовет меня по имени. Обернувшись, я увидела приближавшуюся ко мне Малию Тейт.

— Я слышала про Эллисон, — сказала она. — Так грустно. Я вот думаю, кто же мог на нее напасть? Разве что, ну ты понимаешь, вдруг они не смогли с ней справиться. Может, это была самооборона. Я слышала, что было темно и шел дождь. Легко можно было перепутать ее с лосем. Или медведем, или даже быком. Действительно, с любым огромным животным.

— Господи, так приятно было с тобой поболтать, но есть множество других вещей, которые я бы предпочла. Например, засунуть руку в мусорный бак. — Я направилась к выходу.

— Надеюсь, она не ела больничную еду, — сказала Малия мне вдогонку. — Слышала, еда там очень жирная. А Элли уже некуда толстеть.

Я развернулась. — Все. Еще одно слово и я… — мы обе знали, что это была пустая угроза.

Малия самодовольно ухмыльнулась: — Ты что?

— Шалава, — сказала я.

— Дура.

— Шлюха.

— Уродка.

— Анорексичная свинья.

— Вау, — сказала Малия, мелодраматично отшатываясь с прижатой к сердцу рукой. — Мне изобразить, что я оскорбилась? Попробуй еще раз. А то ничего нового. По крайней мере, я знаю, как это пережить.

Охранник у входа выразительно покашлял. — А ну-ка разошлись. Либо идите на улицу, либо обеих отвезу в участок и позвоню родителям.

— Говорите ей, — сказала Малия, указывая на меня пальцем. — Я единственная, кто пытался быть милой. Она набросилась на меня с оскорблениями. Я только выразила ей соболезнования по поводу ее подруги.

— Я сказал «на улицу».