Лидия Гусева – Магический дуэт (страница 23)

Ах, какое счастье, что она была здесь не одна, как сто семьдесят три года назад. Граф с графиней, их слуги и другие жители города накинулись на злодея. И вот оно! Наконец-то, это случилось! Вся площадь ожила, и действия всех получили развитие! Молочница бидоном начала колотить безумного мужчину и кричать, что из-за него она пролила молоко, бричка с лошадьми припёрла его к стене, и весь народ с площади встал вокруг, а парочка с кофейной презрительно говорила: «А мы ещё кофе пили с вами за одним столом!» И когда все остальные опознали его, он стал превращаться в непонятное насекомое, размером с паука, пытаясь спрятаться. Старый граф не растерялся и раздавил его каблуком. Что говорить, отец, он и есть отец!

Наконец-то девушка очнулась. Она вспомнила всё, всё, что с ней было за несколько жизней. Ласково обняла своих стареньких родителей и по-детски жалобно сказала: «Я больше не буду… Я не буду больше одна выходить на балкон!»

– Вот теперь мы видим, что ты наша дочь, настоящая Конкордия! – Со слезами сказали они и повели её в дом.

А Конкордия в переводе с латыни – «согласие», мы совсем забыли сказать. Мир и согласие воцарились в этой семье. А благодарные жители города, для которых наконец-то наступило «завтра» назвали эту площадь и сам город Великим Согласием, а как же иначе!?»

– Классная сказка, я таких ещё не слышала! – Восторженно отозвалась Оля, когда Настя закончила читать.

– Вот и я Полине сказала, что сказка мне очень понравилась, – ответила девушка.

– Это я написала, – ответила твоя мама, на что я ей сказала, – тем более Полька, для меня это просто шедевр. Может, ты будешь не в музыкальное училище поступать, а в литературный институт?

– Нет, Настёна, к литературе у меня нет особых талантов. То, что я написала – всё дословно из моего сна… Это всё мне приснилось, даже привиделось, как фильм, где Конкордией была я, правда в образе девушки. Я испытала тот самый жуткий страх, когда меня схватил этот человек-чудовище с чёрными глазами. У меня чуть сердце не остановилось от страха во сне. Вот почему я и ходила, как немая последнюю неделю, это всё под воздействием увиденного».

– Слушай, Поль, а может, это правда, что ты описала, может, у тебя есть дом в Италии? – Начала я задавать вопросы.

– Не знаю, вряд ли. Но имя Конкордия у нас на слуху в семье, – продолжила свой рассказ Полина, – была какая-то прапрапрапра, не знаю, сколько «пра», и звали её Конкордией. Родственники также говорили, что привезли её из Польши. Это было в середине девятнадцатого века.

– Тогда может, она и есть та графиня, которую выкрали в день её шестнадцатилетия?» – Переспросила я.

– Но я ведь тебе сказала, что по сведениям её привёз прапрапра…дед из Польши. То, что она была знатных кровей – это точно. Говорили, что она ничего не умела делать, тем более печь хлеб. И не знала ни одного слова по-русски… Вот и все сведения. А этот дед, ну который привёз и женился на ней, участвовал в Крымско-Турецкой войне.

– Боже, как интересно! – Воскликнула уже Олька, – это же всё о моих родственниках. Настя, спасибо тебе, я как будто обрела сейчас очень-очень много родных, у меня выросли просто крылья за спиной. – У сироты Оли навернулись слёзы. Настя ласково обняла её и продолжила:

– Так вот, Оленька, что мы удумали с твоей мамой. Беспроводного интернета ещё не было в Ладоге, и мы с ней после уроков музыки в Волхове ходили по библиотекам, выспрашивали все книги об Италии, в первую очередь по архитектуре, которых практически не было. Тогда просили по культуре или даже книжки со сказками итальянских писателей. У Полины появился навязчивая идея, она хотела отыскать эту площадь с выходящими из неё пятью улицами, и этот дом с лестницей-балконом, который так явно видела и могла узнать сразу. Да, она заразила меня своей одержимой идеей. Когда появился интернет мы «облазили» все города Италии. Нашли пару вариантов, похожих из сна Полины, но нужны были зрительные доказательства.

– Что было дальше? – Оле не терпелось узнать всё.

– А дальше мы решили с ней после окончания школы поступать в музыкальное училище в Питере, а потом поехать в Италию, надеясь работать там репетиторами по музыке и разыскивать дом-дворец Конкордии. Мы даже поклялись с ней в этом. Написали длинное письмо, замуровали его в бутылку и закопали в вашем огороде. – Улыбнулась Настя, вспоминая их детство.

Оля не стала прерывать рассказ Крёстной, подумав, что, наверно, это была одна из причин, почему она поехала именно в Италию.

– Ну, а потом наша дружба начала давать немного трещину, – грустно продолжила Настя. – Потому что появился, так сказать, третий. А третий и был твой папа – Владик. В него и я была влюблена, – девушка решила до конца открыть Ольке карты, да что говорить, в него были влюблены все девчонки в музыкальной школе, а наверно, и в интернате. Но Владик больше дружил с Полей, твоей мамой. Это и понятно. Они играли в оркестре. О, это непревзойдённое чувство быть одним голосом, то есть звуком в общей полифонии. Без одного инструмента, без его партии, не получится ни одно музыкальное чудо. Так они, Полька и Владик, чувствовали себя, как инструменты, как партии, которые не могли обойтись друг без друга. – Настя замолчала на минуту. – Я очень ревновала. Даже не знаю к кому и кого. Но больше ревновала, конечно, Полину, любимую подружку, которая всё чаще и чаще посвящала время Владику. Это была чисто детская ревность. Когда мы учились в одиннадцатом классе, умерла Полинина мама, твоя бабушка. О её поступлении в музыкальное училище не было и речи. Хорошо, если бы мы поступили на бюджетное обучение, но в Питере надо было снимать квартиру. А это немалые деньги. Подрабатывать на первом и втором курсах было невозможным делом. Потому что в отличие от многих других учебных заведений, музыка требовала ежедневных репетиций и оттачивания своего исполнительского мастерства. Иначе, ты не музыкант. Я, конечно, недовольная поехала в Питер поступать, хотя как я уговаривала Полинку ехать, что выкарабкаемся как-нибудь, перебьёмся. Она ни в какую. Поступила, а они с Владиком поженились и стали жить вместе. А через год родилась ты, а ещё через два – сама знаешь, что произошло. Для меня это было потрясением. Жутким потрясением. И оно преследовало меня постоянно. Сейчас, когда я увидела тебя, оно как будто прошло. Я даже не могу выразить, что-то радостное творится в моей душе. Я с тобой, как будто с Полинкой! – На глазах крёстной заблестели слёзы. Олька нежно убирала ладошкой слезинки с её глаз.

Настя продолжила, и девочка уже догадывалась о концовке рассказа.

– После их смерти я дала одна себе клятву – отыскать Полькин дом. Пусть не найду, но я буду чувствовать себя так, как будто мы с Полинкой вдвоём путешествуем по Италии, как и задумали в детстве, ведь у нас была мечта.

Тайна и мечта – отыскать дом из сна Полины… Вот ты сейчас скажешь, какая крёстная замечательная, как она верна детским идеалам, верна твоей маме! Знаю я тебя, Олька-Полька. Нет, не думай, что я такая идеалистка-перфекционистка. Ещё другие были причины. В Консерваторию Римского-Корсакова на бюджет мне было не поступить, не хотелось тянуть деньги дальше с родителей. Они и так оплачивали мне квартиру в течение моей учёбы. Ну и о своей квартире надо было задуматься. Работая в школе учителем музыки, я бы зарабатывала копейки, и за всю жизнь не купила бы ничего. Потом очень хотелось увидеть другие страны, попутешествовать. Но на всё это меня подвигла твоя мама, это точно! А в Италии, смешно сказать, прямо-таки и ждали меня, чтобы я обучала детей игре на фортепьяно, наивняк, да и только, – рассмеялась девушка, – пришлось устроиться официанткой. Работала по полторы смены, а по выходным ездила на электричке в другие города, бродила по улицам и площадям. Это было чудесное время! Я жила воспоминаниями, тайной и мечтой. Эти листочки со сказкой всегда были в моей сумочке. Теперь я передаю их тебе. Да, видела много похожего. Но, то четыре улицы выходят из площади, то дом трёхэтажный, то не было лестницы-балкона на торце здания. Короче, сомневалась. Затем начала работать в доме Лучии. Эту вакансию мне предложила коллега по работе, говоря, что и работа спокойнее, и платят больше. Я действительно очень устала от бешеной работы в ресторане. Так и оказалась в доме Лучии – прекраснейшей женщины. – Настя немного помолчала, а потом продолжила:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.