Лидия Гортинская – Идеальный подозреваемый (страница 3)
– Последние часы жизни Ильина почти не читаются по сетевым логам.
– Это как?
– Пустые окна. Пропуски. Как будто он был дома, ходил, пользовался техникой, но почти ничего не оставил в системе.
Я поставил стакан на стол.
– А вот это действительно интересно.
– Для меня это значит, что кто-то умеет обходить городскую сетевую фиксацию.
– Для меня это значит, что кто-то хотел стереть не человека, а последовательность действий.
– И кто умеет такое делать?
Я посмотрел на неё.
– Я.
– Ещё?
– Очень немногие.
– Сколько именно?
– Достаточно мало, чтобы вам понравился этот разговор.
Она не сводила с меня глаз.
– Тогда вы понимаете, почему я здесь.
– Конечно. Но если бы я правда хотел убить Ильина и замести следы, вы бы сейчас разговаривали не со мной, а с протоколом автоматического отказа доступа к зданию.
– Вы хвастаетесь?
– Нет, профессиональная оценка.
Нора сделала шаг ко мне.
– Алекс Симонов, вы не в том положении, чтобы играть в превосходство.
– А вы не в том положении, чтобы тратить время на не того подозреваемого.
Она молчала. Я указал на терминал.
– Дайте мне два часа.
– Нет.
– Тогда полтора.
– Нет.
– Час?
– Вы не на рынке!
– Это зависит от качества товара. Я предлагаю вам убийцу.
Она усмехнулась одними глазами, это был первый живой жест за всё утро.
– И как именно?
– Через рой. Не было сбоя.
Она замерла.
– Что?
– Если кто-то умеет работать чисто, сбой ему не нужен. Наоборот – всё должно выглядеть нормально. Настолько нормально, чтобы никто не заметил, как из городской ткани вырезали кусок правды.
Нора прищурилась.
– Продолжайте.
– Я архитектор роя. Я вижу не только дронов. Я вижу поведение среды. Маршруты, паузы, микроотклонения, вторичные решения, отказы от решений. Люди думают, что рой – это тысячи машин. Нет. Рой – это форма городской памяти. Если ночью рядом с квартирой Ильина кто-то двигался, спорил, ждал, скрывался, пользовался чужими устройствами, оставлял тепловой хвост, перекладывал предметы, задерживал лифт на лишние секунды – я это найду.
– Не выходя из квартиры?
– Именно не выходя из квартиры.
Она помолчала.
Потом сказала:
– У вас два часа.
– Вы приятно удивляете, детектив.
– Два часа, – повторила она. – Под моим наблюдением. Любая попытка стереть данные, заблокировать доступ или связаться с кем-то вне диагностики – и я уведу вас в участок.
– Согласен.
Я улыбнулся, открыл терминал и сделал несколько быстрых движений пальцами.
— Что вы делаете? — спросила Нора.
— Завтракаю.
Я открыл сервис доставки из «Звёздного экспресса», потом, ухмыльнувшись, посмотрел на неё.
— Какой кофе предпочитаете, детектив?
Она, кажется, впервые слегка растерялась.
— Что?
— Кофе. У нас впереди два часа совместной работы. Это почти свидание.
— Ни в коем случае, я расследую убийство!
— Тем более. Кофе?
Она секунду колебалась.
— Чёрный.
— Отличный выбор.
Я добавил в заказ чёрный кофе. И ещё шесть пончиков. Нора заметила.
— Шесть?
Я пожал плечами.
— Профессиональное наблюдение.
— Какое ещё наблюдение?