Лидия Демидова – Мама для мейн-куна (страница 6)

Так поглаживая, она осмотрела Ирискина и сообщила:

– Кот полностью здоров. Можем сделать кастрацию прямо сегодня, после обеда. Держите вашего тигра.

Я обняла нервного хвостатого, а ветеринар стала смотреть наш паспорт:

– Ну что, вы остаетесь на кастрацию?

В этот момент кот лизнул мою руку и так жалобно посмотрел на меня, будто человек. И я поняла, что не смогу… Не сегодня. И поэтому солгала:

– Мне уже надо на работу. Если что, запишемся к вам в следующий раз.

– Хорошо, – девушка вернула мне паспорт. – Там подошла очередная дата прививки.

– Давайте сделаем сегодня, если можно. Раз уж все равно приехали.

Мой питомец с невероятным терпением выдержал все малоприятные манипуляции, а потом сам залез в переноску. Знаете, у меня возникло ощущение, что если бы он мог, то сам закрыл дверцу. На его усатой морде читалось явное нетерпение. Ирискин хотел побыстрее покинуть это место, впрочем, как и я.

В коридоре нас встретили словами:

– Ну как?

И при этом все сочувственно смотрели на Ирискина.

– Решили пока отложить процедуру, – сообщила я, и тут мне показалось, что все дружно с облегчением вздохнули.

– Повезло тебе, малыш, – улыбнулся мужчина. – Будешь себя хорошо вести, может, хозяйка тебя пожалеет и больше не станет заговаривать об этой противной операции.

Женщина же просто рассмеялась:

– Ох уж эта мужская солидарность…, – и вошла в кабинет.

…Всю дорогу до дома Ирискин вел себя тихо-тихо. Я даже несколько раз заглядывала в переноску, искренне переживая за него.

– Малыш, ты как? – приоткрыв дверцу, засунула ладонь и погладила усатую морду.

В ответ мне лизнули руку.

– Ты же мой хороший. Мой маленький.

У кота был жутко несчастный вид и, если честно, я уже пожалела, что сделала ему прививку.

– Потерпи, сейчас приедем домой, – шепотом постаралась успокоить кота, – ляжешь под одеяло, поспишь и все пройдет.

Внезапно в зеркале заднего вида поймала на себе любопытный взгляд водителя.

– Что-то не так? – поинтересовалась я.

– Вы с ним так разговариваете, будто он понимает вас.

– Понимает. Еще как, – улыбнулась в ответ.

Мужчина неопределенно пожал плечами, видимо, подумав, что его пассажирка большая чудачка. Но, а мне было все равно, ведь я просто переживала за своего питомца.

Забежав домой, первым делом, открыла переноску:

– Ирискин, мы дома. Выходи!

Кот осторожно высунул усатую морду, принюхался и крадучись выполз из переноски. Секунда и он скрылся из виду в сторону кухни, а потом раздался недовольный мявк. Хвостатый партизан был, как всегда, голоден и требовал кормежки.

Насыпав от души корма и наполнив миску свежей водой, отправилась переодеваться, но тут мой взгляд задержался на букете, подаренном Артемом. О нем я совсем забыла, и прекрасные бутоны стали увидать. Увы, цветы были ни в чем не виноваты… Наполнив вазу водой, поставила их на столик и вздохнула.

Артем – мое прошлое, которое нельзя было исправить. Нас многое связывало как хорошее, так и плохое. Когда-то мы вместе с ним, делили одну постель, один дом, и были очень близки. Мои чувства прошли…, да и были ли они, уже непонятно. Остался горький осадок, что я упустила нечто важное. Я не желала Артему зла, мне просто хотелось, чтобы он оставил меня в покое, и прекратил пытаться вернуть то, что возврату не подлежит.

Открыв балконную дверь, вышла на свежий воздух и вздохнула. Выходной день превратился в какой-то дурдом, а ведь я планировала выспаться, постираться, а еще сходить в магазин. Посмотрев на наручные часы, решила, что если первое уже не удастся, то второе и третье я точно сделать успею.

Закинув в белье в стиральную машинку, крикнула Ирискину, чтобы не скучал, и отправилась в магазин. Наверное, на покупки у меня ушло около часа. Но хвостатому партизану этого времени хватило, чтобы… расправиться с цветами. Когда я вернулась домой, мой персональный террорист вальяжно растянувшись, спал на диване, а белоснежные лепестки были разбросаны по всей комнате.

– Убью, – прошипела я. Понимая, что вместо отдыха меня сейчас ждет очередная уборка.

Ирискин будто что-то почувствовав, подскочил и одним прыжком оказался на шифоньере, в самом дальнем углу.

– Я тебя и там достану, – пригрозила я, хватая веник, решив, что диверсий на сегодня хватит, и хвостатого паразита пора наказать как следует…

Глава 3

Рабочий день выдался сегодня особенным трудным. Из главного офиса должна была приехать проверка, и управляющая филиалом нашего банка весьма нервничала и будто с ума сошла.

Она бесконечно дергала всех сотрудников по разным пустякам, вымотала мне все нервы, поэтому, как только часы пробили шесть вечера, я с большой радостью сбежала домой.

А поводов для радости у меня было два. Во-первых, сегодня была пятница, и впереди предстояли замечательные, мои любимые выходные. А во-вторых, с понедельника у меня начинался законный долгожданный двухнедельный отпуск, о котором я мечтала последние полгода.

Покупка квартиры и ремонт вылились мне в кругленькую сумму, и даже самый экономичный отдых за границей или просто где-то поблизости стал непозволительной роскошью. Взвесив все «за» и «против» я приняла волевое решение отказаться от всяких поездок и провести время отпуска дома – как следует выспаться, разложить вещи, которые так и стояли в коробках по всему коридору, и наконец-то плотно заняться воспитанием Ирискина.

Этот хвостатый товарищ из меня уже верёвки вил, в буквальном смысле этого слова. Иногда возникало отчетливое ощущение, что это я у него живу, и он меня взял из приюта, а не наоборот. Ирискин вел себя как барин, у которого бедная Алена, то бишь я, была на услужение. Иногда так и хотелось его чем-нибудь треснуть. Но едва стоило ему посмотреть на меня виновато своими желтыми большущими глазами, мое сердце таяло, и все шалости в очередной раз обормоту сходили с рук. Он это уже прекрасно понял и беззастенчиво пользовался моей безграничной любовью к себе.

– Выходите? – кто-то осторожно коснулся моего плеча.

Вздрогнув, обернулась и увидела невысокого молодого паренька с наушниками в ушах и какой-то нелепой пестрой молодежной кепке.

– Вы выходите?

Бросив взгляд в окно микроавтобуса, поняла, что задумавшись, едва не проехала свою остановку.

– Так вы выходите? – нервно повторил парнишка.

– Да, – кивнула я и стала двигаться вперед.

Выскочив на остановке, с облегчением вздохнула. В вечернее время маленькие микроавтобусы всегда идут переполненными, но сегодня людей было как-то особенно много. Дождавшись сигнала светофора, перешла дорогу и быстрым шагом направилась в сторону дома, но увидев яркую вывеску супермаркета, решила заглянуть в магазин. Все-таки начало отпуска надо было отметить, и я купила себе вкусный десерт и бутылочку вина, а моему хвостатому кавалеру – очередной пакетик кошачьего лакомства.

Я уже предвкушала, как проведу вечер – душ, легкий ужин, бокал холодного вина, и какой-нибудь романтический фильм… Вот что еще надо для тихого домашнего счастья?

Внезапно на парковке супермаркета я заметила машину Артема. Общаться с ним мне совершенно не хотелось. «Неужели опять решил навестить меня? – я ускорила шаг и почти бегом влетела во двор. – Надо побыстрей закрыться в квартире и сделать вид, что меня нет дома».

И тут, как назло, дорогу у подъезда преградила соседка из квартиры снизу, бойкая старушка неопределенного возраста с неизменной химической завивкой на голове и помадой на губах жуткого морковного цвета. Тамара Васильевна являлась главной по дому и успела проесть жильцам всю плешь своими нравоучениями, замечаниями и «дельными» предложениями. Как в старой комедии ее, когда выдвинули на эту должность, а «задвинуть» теперь никак не могли. Своей активностью она достала всех, и жильцы большого высотного дома от нее бегали в буквальном смысле этого слова, стараясь лишний раз с ней не пересекаться.

– Здравствуй, Аленушка, – поздоровалась она, перехватив меня у самого подъезда.

– Здравствуйте, – быстро кивнула и поспешила к двери. Но не тут-то было.

– Не торопись, деточка, – послышалось мне вслед, и я была вынуждена обернуться.

– Что-то случилось?

Тамара Васильевна подошла ко мне поближе и тоном строгой учительницы начала меня отчитывать:

– Алена, ты девушка молодая, энергичная, незамужняя. Я все понимаю…, – тут последовала многозначительная пауза, а затем она продолжила. – Но вокруг тебя живут люди, и они хотят спать по ночам.

– В смысле? – от удивления я едва не выронила пакет с покупками.

– Скажи своему молодому человеку, что нужно ходить потише, а не скакать как конь по квартире.

– Что? – моему изумлению не было предела. Да что там говорить, от такой претензии я просто ошалела.

– Что, что, – Тамара Васильевна передразнила меня. – С четырех утра бух, бух над головой. И что ему не спится… Такое ощущение, будто шагает из угла в угол, вернее, скачет. Кстати, это повторяется не в первый раз, но вчера было особенно громко. Когда ты одна – тишина, но как только он приходит, начинается безобразие. Будь добра, проведи с ним профилактическую беседу, не одни в доме живете!

– Обязательно, – кивнула в ответ, едва сдерживая смех. – Все передам и поговорю.

– Надеюсь, мы поняли друг друга? – уточнила старушка.