Лидия Андрианова – Взрывоопасные чувства (страница 7)

Мне хотелось в тот же момент собрать вещи и сбежать с ночёвкой к Карине.

Да хоть в отель, лишь бы подальше от дома, куда должен прибыть Кирилл Волков.

– Даша, я же тебе сказала, к нам сегодня приедут Виктор с семьей, – включая таймер на духовке, говорит мама. – Переночуешь у Карины в другой раз.

– Почему я должна присутствовать на ужине? – недовольно спрашиваю, доставая праздничную посуду с верхних полок.

– Потому что мы семья. К нам приедут гости, и ты должна встречать их вместе с нами.

– Я хочу к Карине.

«Ну вот почему я должна терпеть общество Волкова в выходной в своем собственном доме?»

Знаю, я веду себя как маленькая, но ничего не могу с собой поделать. Как представлю, что весь вечер придётся терпеть общество Кирилла, так становится дурно.

– Доча, что за капризы? – нахмурившись, поворачиваясь ко мне, задает вопрос мама. – Что происходит?

Тяжело вздохнув, понимая, что если мама что-то заподозрила, то теперь не успокоится, пока не получит ответы, говорю часть правды.

– Мне не нравится сын Виктора Федоровича.

– Кирилл? – удивляется мама. – Хороший воспитанный молодой человек. Чем он тебе не нравится?

«И маму очаровал, – недовольно думаю. – И когда успел?!»

– Он избалованный мажор, мама.

– Мне кажется, ты преувеличиваешь, доча, – начинает мама, но я её раздраженно перебиваю.

– Такой. Он такой! Я учусь с ним в одном универе и, поверь, знаю, о чем говорю.

Кирилл Волков сочетает в себе все, что мне не нравится в людях. И то, что моя мама видит его совершенно другим, возмущает до глубины души.

Он не «воспитанный молодой человек»!

Он наглый самоуверенный мажор, привыкший, что весь мир крутится вокруг его царственной персоны!

– Он обидел тебя? – проницательно смотря на меня, спрашивает мама.

И в этот момент мне хочется сказать ей правду. Хочется пожаловаться на Кирилла. Рассказать, как он меня обзывает и задирает. Но что-то останавливает. Не дает поделиться горящей внутри обидой.

Я уже выросла из того возраста, когда бежишь жаловаться на обидчиков родителям, но сейчас очень хотелось сделать исключение. Сказать хотя бы маме, как меня достал Кирилл.

Но вместо этого я зачем-то лгу.

– Нет. Он меня не обидел.

– Тогда я не понимаю, почему ты так настроена против него.

– Мне просто неприятна его компания. Вот и все.

– Даша, ты уже взрослая девочка и должна понимать, что судить о человеке, не зная его, неправильно. Я допускаю, что Кирилл может быть заносчивым, что он может вести себя в компании друзей не так, как он ведет себя в обществе взрослых. Но я прошу тебя сегодня проявить терпение и гостеприимство. Сможешь?

– Смогу, – понимая, что избежать совместного ужина с семьей Волкова-младшего не получится, кисло обещаю.

Если не смотреть на Кирилла и не оставаться с ним наедине, возможно, пережить ужин получится без потерь. По крайней мере, мои нервные клетки останутся целы.

– Вот и замечательно, – одобрительно улыбнувшись, говорит мама и возвращается к готовке.

****

Огладив подол бежевого платья-футляра, доходящего до колен, бросаю нервный взгляд на входную дверь.

Мама оставила меня в гостиной встречать гостей, на случай, если они явятся раньше, чем родители успеют собраться.

Пока родители отправились наверх переодеваться к ужину, я, сидя в кресле, нервно теребила кончик правой косички и мысленно молилась, чтобы мне не пришлось встречать семью Волковых в одиночестве.

Я и так с трудом борюсь с желанием запереться в своей комнате и пропустить ужин. Останавливает лишь данное маме обещание.

Услышав, что по лестнице спускается мама, цокот её каблуков с папиной поступью не спутать, облегченно выдыхаю. Но тут же раздавшийся дверной звонок заставляет сердце учащенно забиться.

Гости пожаловали.

«Так, соберись Даша! Ты сможешь! Это всего лишь Волков» – делаю себе мысленное внушение.

По знаку мамы, спешащей открыть дверь, покидаю удобное кресло, натягиваю на лицо вежливую улыбку и иду встречать гостей.

Обмен любезностями проходит словно мимо меня. Я старательно улыбаюсь, благодарю отца Кирилла за комплемент, пересилив себя, принимаю из рук Волкова-младшего шикарный букет цветов, аналогичный букет старший Волков вручает моей смущенной маме.

После того как гости проходят в столовую, спешу избавиться от букета. Я воспринимаю его как активированную бомбу, готовую рвануть в любой момент.

Поставив цветы, усаживаюсь за стол.

Папа уже успел спуститься к гостям и теперь вовсю увлеченно разговаривал с другом о делах. Мама же развлекала разговорами Марию Сергеевну и Кирилла.

Стоит мне только сесть, как мама Волкова спешит втянуть в разговор и меня.

– Даша, как у тебя дела с учебой? Уже адаптировалась на новом месте?

Мама Волкова-младшего мне, в отличие от него, понравилась с первого взгляда. Её добрый взгляд, мягкая улыбка и искренний интерес к собеседнику располагали к себе мгновенно.

– С учебой всё отлично. Мне тут нравится, – улыбнувшись, отвечаю Марии Сергеевне, чувствуя на себе взгляд Кирилла.

– Друзей завела? – продолжает спрашивать женщина.

– Да.

– Даша дружит с однокурсницей, Кариной Лаврицкой. Хорошая девочка. Они не разлей вода, – спешит добавить мама.

– Это хорошо. У нас чудесный город, здесь столько прекрасных мест. Если хочешь, Даша, Кирилл может показать тебе местные достопримечательности. Правда, Кирилл? – глянув на сына, произносит Мария Сергеевна.

– Конечно, – невозмутимо отзывается Кирилл, а меня от подобной перспективы бросает в дрожь.

Да ни за что! Я с Волковым не то что достопримечательности осматривать не хочу, в одном городе жить не хочу. Но тут уже приходится смириться.

Да и Кирилл, больше чем уверена, тоже не хочет находиться в моем обществе дольше необходимого. И сейчас он ответил согласием лишь из вежливости.

– Спасибо за предложение, – пока наши с Кириллом родители не организовали нам совместный поход куда-нибудь, спешу поблагодарить я. И тут же меняю тему: – Мария Сергеевна, – обращаюсь я к матери Кирилла, – а как дела у вашего благотворительного фонда?

Насколько я уже успела понять, благотворительный фонд, организованный Марией Сергеевной для брошенных бездомных животных, её гордость. О нем женщина может говорить долго. И за него искренне всей душой радеет.

Как раз то, что нужно чтобы переключить её внимание.

– Ох, дела в фонде идут прекрасно. В этом месяце мы получили три крупных пожертвования. Распределили их по приютам, – когда мама Волкова начинает говорить о своем фонде, её глаза загораются счастьем и довольством. Невооруженным взглядом видно, как для неё важны фонд и помощь животным.

И вот как у такой доброй, чуткой, сострадательной женщины мог родиться такой… сын, как Кирилл?

Дальше ужин идет своим чередом. Родители общаются, смеются, вспоминают молодость, а мы с Кириллом в нужный момент улыбаемся и делаем все, чтобы не встречаться друг с другом взглядами.

Сделать это непросто, так как мы сидим друг напротив друга, но у нас получается.

Изредка, когда ко мне кто-то обращается за столом и приходится отвечать, я чувствую на себе взгляд Кирилла. В такой момент мне особенно тяжело сохранять на лице безмятежность и спокойствие. Его взгляд меня нервирует, как и его присутствие в моем доме.

– Кирилл, – обращается мой отец к Волкову-младшему, – твой отец сказал, что подарил тебе машину за победу на чемпионате по единоборствам. Как тебе машина?

Бросаю быстрый взгляд на Волкова. Значит, вот причина, по которой у нашего мажора появилась новенькая машинка. Папа подарил за победу в чемпионате.

Нехилый такой подарок. В следующий раз, наверное, квартиру подарят. Или уже дарили?