Лидия Андрианова – Ведьма. Наследница клана де Костель (страница 20)

Стакан с теплым молоком ждал меня на столе, вызвав в душе приятное тепло, а на лице улыбку.

Моя добрая Нира как всегда позаботилась обо мне. Не забыла, что перед сном я люблю выпить теплого молока. Взяв стакан, направилась в свою комнату.

Спустя полчаса я крепко спала.

Впервые мне снилась мама. Я совсем ее не помнила, лишь портрет, висящий на стене родового замка, напоминал о ее существовании. И лишь благодаря этому портрету я точно смогла определить, что передо мной стоит именно она.

Сначала мама просто смотрела на меня, ничего не говоря. А затем развернулась и куда-то пошла. Я последовала за ней. Очень скоро мы оказались в заброшенном храме. Чей именно это храм, мне не удалось определить, да и не имело это сейчас значения.

Мама остановилась рядом с треснувшим большим камнем. И замерла. Подойдя поближе, я заметила на камне руны. Одна из рун переводилась как «жертва», другая — «древняя кровь». Последняя руна, что я успела рассмотреть — «сила и власть». Дальше пришлось отвлечься от чтения рун, так как мы с мамой больше не были одни. В храме оказался мужчина, я определила это по ширине плеч и росту. Но рассмотреть его я не могла. Он был закутан в темный плащ, который скрывал почти всю фигуру. Глубокий капюшон, накинутый на голову, не давал увидеть цвет волос и лицо незнакомца.

— Я ждал тебя, Камалия, – тишину храма нарушил приятный мужской голос.

Этот голос заставил меня напрячься. Не знаю почему, но я чувствовала опасность, появившуюся с приходом незнакомца.

— Что мы делаем в храме отвергнутого бога, Сандар? – недовольно спросила мама, повернувшись лицом к мужчине.

— Очень скоро ты все узнаешь, моя милая Ками, – спокойно, с нотками удовольствия произнес он.

— Узнаю что? – раздражаясь, спросила ведьма. – Что мы здесь делаем? – потребовала ответа мама.

— Мы здесь, чтобы пробудить забытого бога, – подходя ближе, ответил Сандар.

— С ума сошел?! — воскликнула мама.

— Я в своем уме, моя дорогая. И я слишком долго этого ждал и готовился!

— Сандар, послушай себя. О чем ты говоришь? Зачем тебе освобождать Ареса? – мамин голос стал нежнее, она старалась говорить ласково, как обычно лекари разговаривают с больными пациентами.

Подняв руку, затянутую в перчатку, мужчина провел согнутыми пальцами по маминой щеке.

— Скоро ты поймешь мои мотивы, Камалия. Потерпи, осталось недолго, – с опасной нежностью произнес Сандар.

— Для такого ритуала нужна жертва. Ты готов пойти на убийство? – вглядываясь в лицо мужчины, недоверчиво спросила ведьма.

— Да, Ками. Готов!

— И кого же ты принесешь в жертву? – задала новый вопрос Камалия де Костель.

На несколько секунд храм вновь погрузился в тишину. После чего мужчина произнес:

— Жертва для этого ритуала нужна особенная. Та, в чьих венах течет кровь богов!

— Скажи мне, что ты шутишь, – неверяще произнесла мама, отшатнувшись от мужчины.

— Ты все верно поняла, Камалия. Жертвой станешь ты!

После слов мужчины события происходили очень быстро. Он произнес какое-то активирующее заклинание, и медальон у мамы на шее начал святиться.

В тот же момент она застыла на месте, не в силах пошевелиться.

Подойдя вплотную к пойманной в ловушке женщине, Сандар двумя пальцами приподнял медальон с ее груди.

— Я рад, что ты носишь мой подарок, – с усмешкой в голосе произнес мужчина. – Как же долго я ждал этого момента. Мне уже по горло надоело притворяться влюбленным идиотом и терпеть твою ложь про ответные чувства. Мне ведь прекрасно известно, что ведьмы на любовь к мужчине не способны. Вы любите лишь своих детей и кровных родственников. Так что мы с тобой квиты! Мы оба использовали друг друга. Ты получила что хотела, теперь пришла моя очередь.

Не дожидаясь ответа, мужчина повернулся в сторону камня и начал читать заклинания активации. Руны одна за одной начинали светиться. А я наконец поняла, что это за камень такой.

Это был алтарь! И мужчина только что его активировал.

Что произошло дальше, я не смогла увидеть, так как меня вновь выкинуло из сна.

Глава 9

Признаться, я очень мало думала о своей матери. Возможно, в детстве я чаще задавалась вопросом, где она, почему ее нет рядом. Но, став взрослой, просто приняла как факт то, что она умерла.

Этот сон разбередил мою душевную боль. Мама была в нём такой реальной, живой. Только сейчас я поняла, что мне ее не хватает. Возможно, если бы она была жива, я бы не чувствовала себя так одиноко. Конечно, у меня есть Магда, Анета, да даже бабушка, я знаю, что по-своему, но она дорожит мной. Но кто может быть ближе, чем та, что подарила жизнь? Кто-то лишил меня возможности узнать, каково это, иметь маму, каковы ее объятия и ласковый шёпот, что убаюкивал бы меня перед сном.

Решив во что бы то ни стало докопаться до истины, я поднялась с постели. Нам пора снова поговорить с бабушкой о смерти мамы. Когда-то я приняла ее уклончивый ответ и довольствовалась им до сих пор. Теперь же хочу знать всю правду.

Было раннее утро, но я знала, что в это время Валенсия де Костель уже не спит, работает в своем кабинете. Поэтому я быстро умылась и поспешила вниз.

Как я и думала, бабушка уже была в кабинете и разбирала вновь пришедшие бумаги. Получив дозволение войти, я прошла внутрь и плотно закрыла за собой дверь.

— Что в столь ранний час тебя привело в мой кабинет? – оторвав взгляд от бумаг, спросила бабушка.

— Я хочу поговорить о маме, – быстро, чтобы не передумать, ответила я.

После моих слов лицо бабушки приняло суровое выражение.

— И что ты хочешь узнать о своей матери? – сухо спросила она.

— Я хочу знать, как она умерла, – твердо ответила я, всем видом показывая, что без ответа не уйду.

— Мы уже обсуждали данную тему, Амелия. К чему снова начинать этот разговор? – чуть раздраженно спросила ведьма.

— Да. Обсуждали. Я помню, что ты сказала, что причина ее смерти в неправильно проведенном ритуале. Но что это был за ритуал? Почему она вообще решилась его проводить? Кто ей помогал?

— С чего ты взяла, что ей кто-то помогал? – подозрительно смотря на меня, спросила бабушка и тут же продолжила: — Камелия всегда стремилась быть лучшей во всем. Она изучала много заклинаний, искала информацию о древних ритуалах. Видимо, один из этих ритуалов она и хотела провести, но не рассчитала сил.

— Почему она не обратилась к тебе за помощью в проведении? Она не могла не знать, что при проведении серьезных ритуалов нужен страхующий! – продолжила допытываться я.

— Я не знаю, Амелия! Возможно, она считала, что я не разрешу ей проводить ритуал. Или что может справиться самостоятельно.

— Что это был за ритуал? – снова задала я этот вопрос.

— Я же сказала, не знаю, – без лишних эмоций ответила бабушка.

Я ей не верила. Всей своей сущностью чувствовала, что она не договаривает. Ей известно больше, чем она хочет показать.

— Скажи мне правду! – взмолилась я.

— Какую правду ты хочешь знать, Амелия? – устало спросила Валенсия де Костель. – То, что мне известно о смерти Камалии, я тебе уже сказала. Что за ритуал она проводила, нам так и не удалось узнать, потому что все следы от ритуала уже растаяли, и воспроизвести последовательность проведения было невозможно. А записей она никаких не оставила. Прошло уже много лет, почему ты снова завела этот разговор, Амелия? – внимательно следя за выражением моего лица, спросила ведьма.

Стараясь не лгать, помня о кольце правды на ее руке, ответила.

— Мне приснилась мама, – и это правда. – И я снова вспомнила о причине ее смерти. Подумала об этом, и образовалась куча вопросов.

Пару секунд бабушка, не отрываясь, смотрела на меня. Потом перевела взгляд на бумаги, что просматривала до моего прихода.

— Я сказала тебе все что знала. Больше к этому разговору я не хочу возвращаться. Камалии давно нет в живых, тебе пора принять это, как в свое время приняла и я, – поставила точку в разговоре бабушка.

— Я не ты. И я не готова принять то, в чем сомневаюсь. Я не верю, что ее смерть была случайностью. За этим стоит что-то большее. И я получу ответы на свои вопросы, – сохраняя спокойствие, говорю я. – Я возвращаюсь в академию, – поставила в известность ведьму. И не дожидаясь ответа, покинула ее кабинет и отправилась готовиться к отъезду.

Как только за Амелией закрылась дверь, Валенсия отложила бумаги в сторону. Разговор с внучкой разбередил так и не зажившие раны. У ведьмы тоже было множество вопросов, касающихся смерти Камалии. И первым из них стоял вопрос, зачем ее дочери понадобилось пробуждать отверженного бога.

Когда Валенсия де Костель прибыла на место гибели дочери, то сразу узнала, кому принадлежит полуразрушенный храм.

Отвергнутому или, как еще его называют, забытому богу по имени Арес.

Арес, как гласит предание, что записано в Акихоле, являлся сыном богини смерти, Аванты. Арес был жестоким, требовал от низших созданий, коими считал всех существ, населяющих наш мир, преклонения и послушания. У него были последователи, которые поклонялись своему божеству и приносили в его честь жертвы. Арес же в ответ на жертвоприношения даровал своим последователям силу и покровительство. Бесчинства Ареса и его последователей дошли и до богинь. Арес захотел взять в жены дочь богини судеб Валены, Эсмирель. Но Эсмирель отвергла Ареса, так как была влюблена в одного из низших созданий, коих он так презирал. Арес же решил затаиться и отомстить. Когда же ему представился шанс, он с помощью своих последователей убил возлюбленного богини, а затем убил и возлюбленного ее внучки. Этот поступок и его последствия стали приговором для него. Богини во главе с его матерью Авантой лишили Ареса практически всех сил и погрузили в бесконечный сон. Последователи же Ареса были уничтожены с помощью богинь, а храмы, посвященные ему, разрушены. Все упоминания о нём были стерты. Лишь в древних родах еще можно было найти упоминание о его существовании.