Лиди Митрич – Вечное искупление (страница 4)

– Как вы посмели? – прошипела девушка.

Мужчина так и не понял, когда Ланта успела взять нож и, подскочив к нему, вонзить ему в грудь. Лишь услышал испуганный вскрик жены, после чего умер.

***

С новообретенной сверхскоростью Иоланта, двигаясь по следам разбойников, быстро добралась до родного села. Здесь она, решив не привлекать пока к себе лишнего внимания, сбавила темп и пошла обычным шагом.

«Следы ведут к таверне, – сразу отметила про себя девушка. – Но это позже. Сначала надо попрощаться с отцом».

Она не успела пройти мимо первого дома, как ее уже заметили. На небольшой площади девушку окружили односельчане. Оттеснив всех, к девушке подскочили ее подруги – Кими и Нола. Они обнимали ее, плакали, но Иоланта вместо слов слышала их мысли.

«Господи, на кого она похожа? Пугало да и только! А этот уродливый шрам на шее… Почему я его не замечала раньше? И что в ней Дерек нашел?» – пронеслось в голове Кими.

Мысли Нолы почти не отличались.

«Я! Я могла стать женой Дерека, кабы он не польстился на денежки кузнеца! Лучше бы тебе не возвращаться сюда, лучше бы ты сдохла там, в лесу! Ну почему тебя не разорвали дикие звери?!»

А односельчане? Почти каждый думал о том, что он потерял в связи с тем, что дочка кузнеца вернулась. Ведь они уже успели поделить состояние ее отца! Все их сочувствие – сплошная фальшь! Показная игра всех перед всеми!

«Дерек, мой Дерек, я надеюсь, что ты не такой! Что твои чувства ко мне – настоящие!»

Словно услышав ее зов, через толпу прорвался ее жених. Он крепко обнял ее, что-то снова говорил… Он плакал, но… эти слезы, они тоже были фальшивыми. Нола оказалась права: все только ради денег.

Внутри разгоралась холодная ярость. Предательство тех, кого она считала своей семьей, было невыносимо.

– Что с твоими руками?

Иоланта, каким-то образом услышав слова среди прочей мешанины разговоров и мыслей, невольно опустила глаза. Шрамы. Дарси или Иреней? Кто ее укусил? В любом случае, она была благодарна этой нечисти.

Подчинившись инстинктам, новорожденная сама не поняла, как она оказалась перед могилой отца. Но тут она окончательно стала терять самообладание. Как Дерек посмел назвать месть глупостью?

А о чем он в этот момент посмел думать? О том, как женится на ней, получит приданое, а потом избавится от женушки, подстроив несчастный случай… Каждая мысль любимого превращалась в удар острым ножом по и без того израненному сердцу.

– Свадьбы не будет, – холодно бросила она и, не глядя на бывшего жениха, отправилась в таверну. Все-таки сначала требовалось найти разбойников, с остальными она разберется потом.

В таверне ее встретили радостно… Слишком радостно! За отзывчивостью тетушки Лори скрывалась жадность: она уже прикинула в уме, сколько можно будет потом «доить» Ланту за проявленную сегодня заботу.

Но сейчас девушку больше интересовал Ривин. Каким-то образом он сумел спрятать от нее свои мысли. Те самые, которые сейчас так нужны, которые дадут ответы.

– Ты хочешь что-то спросить?

– Да, – внимательно следя за каждым движением хозяина таверны, кивнула Иоланта. – Четыре дня назад здесь были шестеро человек. Где они?

Ривин деланно удивился, но заметно побледнел. Он точно что-то скрывал. Девушка чувствовала, как мужчина занервничал, но его мысли продолжали находиться вне ее досягаемости.

– Шестеро говоришь? Были такие, были… Они привезли тело твоего отца. Сказали, что нашли на тракте недалеко от села. А что такое, дочка?

И тут Иоланта прорвалась в мысли Ривина и увидела все. Злобу, зависть к удачливому кузнецу, копившуюся годами. И как Ривин, всегда казавшийся таким спокойным и рассудительным, подкупил разбойников для осуществления мести.

Что ж, он отомстил. А теперь ее очередь!

– Как вы посмели? – прошипела девушка. Теперь она знала, что разбойники на дороге – не случайность. План в голове сложился быстро: жестокий и беспощадный!

Схватив нож со стола, Иоланта вогнала его в черное сердце Ривина. Тело падало на пол, когда тетушка Лори, еще не поняв произошедшего, испуганно вскрикнула.

– Один, – тихо сказала девушка, отвернувшись от трупа. С ножа капала кровь, ее запах дразнил. Разум отошел на второй план, остались только звериные инстинкты.

Отшвырнув стол к стене, Иоланта вмиг оказалась за спиной новоиспеченной вдовы и с удовольствием впилась в шею, прокусывая артерию.

Глава 4

Ближе к полудню Ланта, с ног до головы перемазанная свежей кровью, сидела посреди поселковой площади в окружении изломанных тел. Девушка снова могла мыслить здраво: внутренний зверь, довольно урча, временно отступил.

Какое же безумие здесь творилось! Даже последователи князя тьмы были бы в восторге от случившейся кровавой жатвы. Новорожденная убивала человека за человеком, не разбирая, кто перед ней. Какая разница? Девушка, одержимая жаждой крови и плоти, убивала всех, не чувствуя никаких мук совести: по мнению Ланты, грешники получили по заслугам. Быть может смерть была чересчур жестокой, но не более того.

Девушка помнила смерть каждого, все их крики, мольбы и свое темное торжество. Она как губка впитывала почти осязаемый страх, наслаждаясь воцарившейся паникой и смеясь над жалкими попытками защитить и защититься… Как же слаба человеческая плоть, как легко она поддавалась под натиском клыков и когтей.

Новорожденная, бросив довольный взгляд на поле бойни, встала и направилась к своему дому. Осталось еще одно незаконченное дело, так сказать «на десерт».

Отмывшись от крови и грязи в стоявшей во дворе бадье, заполненной ледяной водой из колодца, девушка поняла, что не может и дальше носить эту тряпку, когда-то бывшую платьем. В дом заходить не хотелось, но все же пришлось. Нет, конечно, Ланта могла походить и обнаженной – нагота ее совсем не смущала, но она понимала, что на тракте этим сразу привлечет к себе ненужное внимание. Девушка не собиралась отказываться от своих планов по поводу мести разбойникам, которых еще нужно было найти. Не убивать же всех встречных: так охотники на нечисть быстро найдут ее и ликвидируют.

С порога Иоланта сразу поняла, что местные жители уже успели побывать в доме: не хватало мебели и некоторых вещей. Зачем пропадать добру, коль хозяев больше нет? На миг девушке стало интересно: а вернули бы ей растащенное имущество?

Поднявшись на второй этаж, Ланта толкнула дверь в свою комнату. Здесь тоже царил хаос. Кровать отсутствовала, все вещи из шкафа и комода были в беспорядке разбросаны по комнате. Даже занавески с окон – и те оказались сдернуты.

Равнодушно оглядев помещение, девушка нашла среди валяющихся тряпок брюки для верховой езды и высокие сапоги. То, что их не тронули, странным не казалось: местные модницы предпочитали платья, считая ниже своего достоинства натянуть на себя штаны.

С верхом возникли проблемы: Иоланте все вещи казалось какими-то вычурными и веселыми. Перебирая оставшиеся после набега блузки, новорожденная задумалась о том, как быстро изменились ее представления о морали и моде. Яд, растекшийся по венам, изменил не только ее тело.

Поняв, что тут ей ничего не светит, а ходить, утопая в обилии рюшечек, она не намерена, девушка отправилась ловить удачу в комнате отца. Здесь почти ничего не тронули: то ли мужчины побрезговали брать что-то из комнаты усопшего, то ли просто еще не успели добраться до сюда. В шкафу Ланта нашла несколько рубашек, но, увы, все они оказались безнадежно велики.

В порыве злости девушка хлопнула дверцей так, что та слетела с петель, а одна из ножек подломилась, из-за чего шкаф слегка накренился. Сверху полетела коробка, которую Иоланта легко поймала. Недолго думая, девушка открыла ее и обнаружила внутри женскую одежду. Одежду ее матери… Она все еще хранила ее едва уловимый запах, который скрывался где-то в лабиринтах памяти. Неужели все это время отец берег ее вещи?

Иоланта прослезилась и сразу удивилась этому факту: неужели нечисть тоже способна на такое?

Очень хотелось задержаться, но время поджимало. Выбрав одну из рубашек матери, Ланта бережно сложила остальные вещи и вернула в коробку, накрыв пыльной крышкой. Спустившись в кузницу, девушка отыскала самые ржавые гвозди и засунула их за голенища сапог, после чего взяла молот отца и направилась к выходу.

Теперь осталось только немного подождать.

***

Дерек еще какое-то время посидел на кладбище. Он все еще не мог прийти в себя. Какая-то глупая девчонка его обставила! Все его тщательно продуманные планы по обогащению провалились!

И что это вообще было? Тот звериный оскал и глаза… Может все же померещилось? Летнее солнце довольно ощутимо припекало.

Или это все от перенапряжения? В конце концов, сколько усилий ему понадобилось, чтобы разрыдаться «от счастья» на глазах у всех. Да, актерских способностей у него предостаточно – хоть сейчас отправляйся в королевский театр играть главные роли. Но, похоже, «любимая» каким-то образом его раскусила.

Или все же нет? Ее тоже можно понять. Напали, отца убили, и, скорее всего, ее саму обесчестили. Ну а как еще могли поступить разбойники?

А может она стыдится этого? Поэтому разорвала помолвку? Тогда шансы еще есть! Он скажет, что все равно любит ее несмотря ни на что! У нее не останется выбора, ведь порченная она никому не нужна. Решено!

Солнце уже вышло из зенита. Поднявшись с камня, парень уверенно направился в село, насвистывая незатейливый мотивчик. На пасеке, через которую Дерек решил срезать путь, роились пчелы, в остальном же было тихо. Подозрительно тихо. Не слышно ни лая собак, ни веселых криков ребятни, ни злобной перепалки соседок…