Либера Карлье – Проклятие могилы викинга. Керри в дни войны. Тайна «Альтамаре» (страница 79)

– Я бы, конечно, предпочла, чтобы они были поближе к дому, – нерешительно сказала мать. – Но их тянет в дальние края. Они мечтают поплыть на своей лодке за границу… А для чего вам нужно, чтобы они плавали в порту?

Начальник полиции поудобнее вытянул ноги и так долго размешивал сахар, что в чашке образовался водоворот. Наконец он сказал:

– Мне нужны не столько мальчики, сколько лодка.

Было бы неплохо, если бы в порту привыкли к мальчикам и к лодке. Чтобы никому не казалось странным, что «Бернар»

время от времени появляется в доках – днем или ночью.

Тогда недели через две я смогу воспользоваться им для своих целей.

В гостиной наступило молчание. Отцу предложение комиссара показалось несколько туманным, а мать вспомнила долгие штормовые ночи прошлого года, когда мальчикам случалось оставаться на Шельде.

– Мне кажется, это все-таки сопряжено с известной опасностью, – осторожно начал отец. – При нынешнем объеме морского и речного судоходства плавание в доках –

рискованная штука. Хотя ребята неплохо управляются с лодкой…

– По-моему, это все-таки лучше, чем если они поплывут в Голландию, – сказала мать. – Когда дуют сильные ветры, я просто с ума схожу от тревоги за них. А если они при этом могут принести какую-то пользу, тем лучше.

– Что ж… Пожалуй, я позову их. Если им самим ваше предложение придется по вкусу… Ян, Боб, Марк!

Подталкивая друг друга, мальчики протиснулись через дверь. Ян еще держал в руке тетрадь, а Боб смотрел в потолок, будто мысленно повторяя пройденное.

– Полиция намерена временно реквизировать ваше судно да и вас заодно, – сказал отец.

Марк спросил: – А очень это больно? – и, когда все засмеялись, объяснил, что ему послышалось «вакцинировать», то есть сделать прививки всей команде.

– Комиссар хотел бы получить во временное пользование вашу лодку вместе с командой. На две недели.

Боб поинтересовался, сколько им заплатят. Дело в том, что ему крайне необходимы катушка для спиннинга, новый фотоаппарат, желательно с телеобъективом, а также…

Отец не дал своему среднему сыну закончить перечень неотложных нужд, холодно заметив, что здесь не контора частного детектива и что он не понимает, с какой стати «господину Бобу» должны платить за то, что он все равно делал бы ради собственного удовольствия.

– Кто из ребят отказался бы поплавать ночью в доках да половить рыбку, – мечтательно сказал комиссар. – А насчет катушки… помнится, у меня была где-то. Погляжу.

– Что же нам придется делать? – спросил Ян.

Он столько ждал от предстоящего путешествия – специально выписал лоцию Восточной Шельды, еще весной отладил компас, каждый свободный час возился с оборудованием – а теперь, видно, все мечты пойдут прахом.

Теперь ему предлагают торчать в доках…

– Плавать и удить рыбу, – сказал комиссар. – Больше ничего.

– Ладно, – сказал Ян покорно. – Раз так нужно…

Отец посмотрел на часы, и мальчики поняли, что им следует возвратиться к своим тетрадям. Когда они вместе с матерью скрылись за дверью, отец сказал:

– Похоже, они не возражают. Итак, что от них потребуется?

– Ничего сверх того, о чем я уже сказал.

– Не сердитесь, господин комиссар, я сегодня немного не в форме. Эта история с телефоном выбила меня из колеи.

Полюбуйтесь, какую штуковину нам установили. – Он отдернул занавеску, чтобы комиссар мог увидеть злополучный телефонный звонок.

– Знатная штука, – сказал комиссар. – Скромно и изящно.

Но отец уклонился от дальнейшего обсуждения, так как это грозило вконец испортить ему настроение, к тому же ему не терпелось узнать, как все-таки полиция намерена использовать его сыновей.

Комиссар его понял. И стал рассказывать:

– Порт – это совершенно особый мир. Мир, где постоянно кипит работа, где из людей выжимают все соки, не давая ни минуты передышки, потому что простой судна обходится владельцам в огромные суммы. И в то же время

– это мир, где преступность пустила глубокие корни.

Слишком большой соблазн для воров, вот они и тащат все, что плохо лежит. Груды товаров! Контрабандистам просто раздолье. Тут нужен глаз да глаз. С рядовыми преступлениями ведется систематическая борьба. Полиция всегда справлялась и с ворами и с контрабандистами. Но в последнее время там орудует шайка, применяющая такие изощренные методы, что полицейские практически бессильны против нее. Единственный способ – застигнуть на месте преступления. Речь идет о расхищении транзитных грузов, тех, что в Антверпенском порту сгружают с одних судов и грузят на другие. Так вот, нелегальная торговля контрабандными товарами наносит ущерб нашему рынку, ставя в тяжелое положение отечественных поставщиков: похищенное с кораблей масло бьет по крестьянам, а мануфактура – по всей нашей текстильной промышленности.

– Значит, ваши люди не могут их выловить?

Комиссар откинулся на спинку стула и прикрыл глаза.

– На их ответственности шестьдесят пять километров причала и шестьсот гектаров воды. У них под надзором бесчисленное количество портовых рабочих, судостроителей, моряков, несколько сот морских и океанских судов и тысяча речных.

– Что же могут сделать подростки там, где ваши люди терпят крах?

– Им не придется ничего делать. Понимаете, стоит в порту появиться полицейскому боту, как там уже тишь и гладь, ну прямо уик-энд! Контрабандисты моментально узнают любого таможенника или полицейского, будь он в форме или в штатском. Наша деятельность становится просто бессмысленной. У меня в руках все доказательства, а поймать их с поличным я не могу. Будь в моем распоряжении лодка, которая ни у кого не вызывала бы подозрений, я смог бы держать под контролем все суда, которые перегружаются в нашем порту.

– Надо все это объяснить Яну, – сказал отец. – Он уже достаточно взрослый. Пусть сам решает. Я не допущу, чтобы он по неведению ввязался в какую-то авантюру.

Он вышел в переднюю и позвал старшего сына.

Марк кубарем скатился с лестницы, но указательный палец отца весьма убедительно дал ему понять, что Яном зовут другого. Мальчик обиженно повернул обратно. Его благой порыв не оценили: он ведь думал, что нужно принести еще кофе.

Ян вошел в комнату.

– Ты уже догадался, конечно, что я не пришел бы к вам с подобным предложением, не имея к тому серьезных оснований, – сказал комиссар. – В порту расхищают грузы, и в интересах нашей страны положить этому конец. Так вот: если заметишь что-нибудь подозрительное, дай мне знать.

Сам ничего не предпринимай. Плавайте и удите рыбу, но будьте начеку. Плавайте осторожно, в доках большое движение. В первую очередь позаботьтесь о том, чтобы все в порту привыкли к вам и к «Бернару», чтобы ваша лодка примелькалась и никто уже не обращал бы на нее внимания. Согласен ты поработать таким образом две недели?

– Согласен, – сказал Ян и крепко сжал протянутую ему руку.

На море стоит туман. Тихо, ни ветерка. Ян предсказал туман еще вчера, когда солнце садилось в тучу позади гостиницы «Наутилус». Марк тогда только плечами пожал.

Если даже метеорологи, выступая по телевидению, то и дело ошибаются, как может предсказать погоду его брат?

Строит из себя всезнайку.

– Сегодня ночью ветра совсем не будет, – вздохнул Ян.

– Давайте сегодня спать, – предложил Боб, зевая. –

Угрями я сыт по горло, и потом, если нас накроют за ночной ловлей, нам не поздоровится.

Боб предпочитал плавать днем. Днем можно окликнуть какое-нибудь судно, позубоскалить с командой или с грузчиками, глядишь – и марки удастся обменять. А у младшего брата полная коробка спичечных этикеток. Он уже ждет не дождется, чтобы скорее начались занятия в школе, тогда он сможет показать ребятам русские, японские и китайские этикетки. Счастливчик!

Непонятно только, почему Ян и слышать не хочет об отдыхе. Сначала, конечно, было очень интересно и увлекательно плавать ночью в доках. Кругом темно, а вода черная-черная, прямо чернила. Фонари с набережной и навигационные огни переливаются, отражаясь в волнах, поднятых проходящим судном. Отчетливее, чем днем, слышны все звуки гавани. Но после недели ночных плаваний и наслаждения запретной рыбной ловлей оба младших брата хотели спать.

– Ну, заныли! Круглый год ведь спим по ночам в постелях. На что же тогда каникулы!

Тошнотворный запах нефтеперегонного завода висел над Хансадоком. Боб заметил, что в Леопольддоке и Хаутдоке вонь не так чувствуется. Но Ян будто и не слышал.

– Интересно, что его держит здесь? – раздраженно ворчал Боб. – Никак с места не сдвинешь!

– Послушай, Боб, ты видел попугаев на том судне?

Боб видел. Они сидели в сверкающей клетке за окном капитанской каюты. Серые, голубые и зеленые.

– Мне бы таких. Я бы тоже стал разводить, – сказал

Марк.

– В нашем классе один парень разводит, – сказал Боб. –

Начал с одной пары, а сейчас у него знаешь сколько!

– Вот бы мне парочку!

– У этого парня их так много, что он каждый день по одному попугаю на волю выпускает.