Лиана Мориарти – Что забыла Алиса (страница 76)
Совсем по-другому было на матче нетбола: тогда ее ум работал совершенно самостоятельно, как будто на автопилоте.
— Ничего страшного, — отозвалась Мэгги. — Ты прекрасный организатор: все работает как часы.
Она помахала перед Алисой листком бумаги с расписанием на весь день и заметками, написанными ее, Алисы, почерком, хотя она совершенно не помнила, чтобы писала их. «Строго по расписанию!» было написано печатными буквами и дважды подчеркнуто.
— Дорогая, твой бывший пришел! — Лицо Мэгги вдруг стало растерянным. — Интересно, что он здесь делает? Заботливого папашу решил изобразить, я так понимаю!
«Бывший»… При этом слове Алисе сразу вспомнился парень, с которым она встречалась до Ника. Его звали Ричард Бурк. Высокомерный тип, который разбил ей сердце. Но, обернувшись, она увидела, что в палатку входит Ник, просто неотразимый в синей рубашке. Как-то она посоветовала ему всегда носить синее.
— Это я пригласила его, — сказала она Мэгги.
— Ну что ж, хорошо… — Мэгги внимательно взглянула на нее.
— Кстати, мы тут подумали, кому-то из нас придется вести все это мероприятие, — заявила Нора. — Мы можем сказать, что тебе нездоровится. Ну, понятно, наша любимая гадина, миссис Х., сама хотела бы взять в руки микрофон и пожать все лавры, если только мы ее не остановим.
— Микрофон? — озадаченно переспросила Алиса.
Нора показала на микрофон, укрепленный на стойке в центре палатки.
Не может быть… Сама мысль, что она, Алиса, будет выступать перед всеми этими людьми…
— Ни за что, нет, нет… То есть да, кто-нибудь другой… Кто-нибудь из вас смог бы?
— Легко, — сказала Нора. Лицо ее приняло нейтральное выражение: к ним приближался Ник. — Привет, Ник.
— Привет, Нора, привет, Мэгги, — натянуто поздоровался Ник. — Как дела?
Алисе стало жаль видеть его в незавидной роли бывшего мужа. Точно так же и она на вечере семейных талантов оказалась «коровой», бывшей женой, когда столкнулась с его сестрой нос к носу.
— С Днем матери, — учтиво произнес Ник, когда Нора и Мэгги растворились в толпе. — Угостилась завтраком в постели?
— Да, оладьями. — Алиса кивнула. — Они, по-моему, часов с пяти утра их жарили — стучали, гремели, вопили. Видел бы ты, во что превратилась кухня. Но надо сказать, оладьи получились превосходные. Возможно, наша Мадисон станет шеф-поваром. Такая деловая, шумная, любительница покомандовать!
— Извини, что я за ними не следил. Первый День матери без меня…
— Надеюсь, что и последний, — заметила Алиса.
— Определенно, — ответил Ник, не сводя с нее глаз. — Думаю, это наверняка.
— Ну и ну! И что же мы имеем здесь, Барб? По-моему, молодых перспективных танцоров сальсы! Мне сдается, что полку танцоров сальсы прибыло!
Перед ними стояла сладкая парочка. Роджер жестом продавца в автосалоне хлопнул каждого по плечу, знакомый запах лосьона после бритья заплясал вокруг, точно длинный легкий шарф, а Барб светилась от гордости, точно Роджер опять проделывал какой-нибудь рискованный фортель.
— Как самочувствие, дорогая? — осведомилась Барб у Алисы. — Ты, конечно, прекрасно выглядишь, только вот чересчур бледная. И под глазами круги! Что-то, видно, происходит, потому что Элизабет просто зеленая.
— Разве Либби здесь? — спросила Алиса.
— Вон она, с Фрэнни. — Барб указала на лавочку.
Там действительно сидели Элизабет с Беном. Вид у нее был явно нездоровый. Тошнота… Хороший симптом. По крайней мере, она сумела оторваться от телевизора.
Рядом с Беном устроились Фрэнни и седовласый мужчина, который для вечера семейных талантов организовывал гонки на инвалидных колясках. Фрэнни держалась очень прямо, бдительно оглядываясь по сторонам, но вот мужчина что-то сказал ей на ухо, и Фрэнни от души рассмеялась, всплеснув руками.
— Это друг Фрэнни, настоящий джентльмен, — сказала Барб. — Его зовут Ксавьер. Так мило, правда? Честно говоря, у меня всегда шевелилась мысль, не лесбиянка ли Фрэнни.
У Алисы буквально открылся рот — так непринужденно ее мать произнесла это слово.
— Собственно, что в этом такого? — продолжила Барб свои размышления вслух. — Я ее лет сорок знаю, и у нее никогда никого не было.
— Она, наверное, просто разборчивая, — заметил Роджер. — Ей нужен был именно ее мужчина. Вот как тебе.
— Это ты о себе? — кокетливо откликнулась Барб, сияя от счастья. — Да, мне повезло тебя найти!
— И отцу повезло тебя найти, — неожиданно серьезно сказал Ник.
— Как хорошо ты это сказал, Ник. — Мать Алисы удивленно взглянула на него и порозовела от удовольствия.
Снова появилась Мэгги. На ней был длинный розовый фартук с надписью «Мегамеренга в День матери» и изображением огромного лимонного пирога. Внизу было написано «День матери, Сидней, 2008». Мэгги несла еще один фартук — для Алисы.
— Фартуки такие красивые получились! — сказала она, перебрасывая петлю через голову Алисы и завязывая тесемки на талии.
Алиса оглядела ряды женщин в таких же розовых фартуках, которые расположились вокруг большого стола с мисками.
— Ну вот, похоже, мы и готовы, — сказала Мэгги. — Ты как, в порядке?
— Само собой! — бодро откликнулась Алиса.
— Вставай сюда, рядом со мной.
— Удачи, — пожелала Барб. — Только следите за печью. Сжечь корж для лимонного пирога очень легко. Я помню, решила его испечь, когда мы ждали в гости начальника твоего отца, и все время страшно волновалась. То и дело заглядывала в духовку и думала…
— Потом, потом, Барби! — Роджер потянул ее за руку. — Пока сидим, ты мне и доскажешь свою историю.
Он подмигнул Алисе, увлек все еще говорившую мать в толпу, и Алиса ощутила необыкновенную благодарность этому человеку. Он любил Барб — пусть по-своему, самодовольно, но любил.
— Я пошел за детьми, пора занимать места, — сказал Ник и отправился в детскую зону.
Алиса встала рядом с Мэгги, среди женщин в розовых фартуках, расположившихся вокруг стола.
— Вот это событие! — воскликнула соседка. Внизу лица у нее было родимое пятно, похожее на ожог. — Вы, Алиса, прямо жжете!
«Я прямо жгу», — подумала Алиса, и в голове у нее все поплыло.
— Прошу всех занять свои места! — Нора подошла к микрофону. — Мы начинаем!
Алиса нашла глазами Ника. У него на коленях сидела Оливия. Крылья бабочки, которые она отказалась снимать, задевали его лицо, Том сидел слева и снимал на цифровую камеру, Мадисон — справа, усиленно делая вид, что интересуется происходящим. Ник что-то произнес и указал на Алису, все трое детей широко заулыбались и замахали ей руками.
Алиса помахала в ответ, и тут ее взгляд поймали Доминик и Джаспер. Они сидели за два ряда перед Ником и детьми и тоже махали изо всех сил, явно думая, что она приветствует их.
Ах… Теперь она разглядела, как машут ей Либби и Бен, а еще Фрэнни, Ксавьер, Барб и Роджер.
Алиса постаралась изобразить улыбку и помахала так, чтобы получилось как будто каждому, но в то же время и всем.
— По поручению Алисы Лав я сегодня буду ведущей, — снова заговорила Нора. — Как многим известно, на прошлой неделе Алиса получила травму в спортзале и пока еще чувствует себя не на все сто. Знаете, я очень хорошо помню тот день, когда Алиса поделилась со мной своей идеей собрать сотню мам и испечь самый большой в мире лимонный меренговый пирог. Я тогда подумала, что она с ума сошла! — (Собравшиеся засмеялись.) — Но все вы знаете Алису. Уж если ей что-нибудь придет в голову, она становится настоящим бультерьером…
Снова смешки, но уже одобрительные.
Бультерьер? Неужели она так изменилась за десять лет? Она бы скорее сравнила себя с лабрадором — чуть туповатым и всегда готовым всем угождать.
— Прошло всего несколько месяцев — и пожалуйста! Давайте же дружно поприветствуем нашу Алису!
Раздался гром аплодисментов. Алиса поклонилась, заговорщицки улыбнулась.
— Мы посвящаем этот день нашей очень дорогой подруге, члену школьного комитета, которая трагически ушла от нас в прошлом году, — продолжила Нора. — Мы воспользовались ее фирменным рецептом — лимонно-меренговым пирогом — и уверены, что душа ее сегодня с нами. Я говорю о Джине Бойл. Нам не хватает тебя, Джина. В твою память объявляю минуту молчания.
Алиса видела, как все почтительно наклонили головы, и вспомнила женщину, которая когда-то играла огромную роль в ее, Алисы, жизни. В ее же голове было совершенно пусто. Утренние оладьи камнем лежали в желудке. Казалось, прошло гораздо больше минуты, когда Нора наконец подняла голову.
— Милые женщины! — произнесла она. — Возьмите, пожалуйста, венчики…
31
Женщины подняли венчики одновременно, как музыканты оркестра — смычки.
— Взбить яйца, сливки, сахар, лимонную цедру и сок до образования однородной массы, — прочла вслух Нора.
После небольшой паузы все опустили венчики в чашки и начали собирать ингредиенты.
Алиса разбила яйца в чашку. Женщины, стоявшие рядом, сделали то же. Кругом нервно хихикали и перешептывались.