Лиана Мерсиэль – Последний полет (страница 40)

Одного грифона дракон проткнул мощным когтем, но птица этого даже не заметила: она продолжала наносить неистовые удары клювом, пока наконец коготь не вспорол ее живот до самого горла. Ребра вывернулись наружу, грифон пронзительно закричал и, с новой силой ударив чудовище в бок, снес себе клюв.

Второй набросился на голову Архидемона: впивался когтями в глаза, раздирал морду, расшвыривая вокруг себя куски чешуи, которая падала вниз, сияя, словно драгоценные камни.

Тут, прищурив залитый кровью глаз, Архидемон сделал чудовищный вдох, а затем выдохнул – и грифон вспыхнул, как спичка.

Демоны в голове Иссейи подняли вой, требуя возмездия. Эльфийка что есть мочи ударила себя кулаком в висок, потом еще раз и еще, пока перед глазами не поплыли круги. Голоса обиженно смолкли.

Через несколько секунд вниз полетел изуродованный ком из плоти, костей и перьев – то, что осталось от второго грифона. Архидемон, освободившись от назойливых преследователей, победно взревел и поднял израненную морду, чтобы напасть на Стражей, но те первыми бросились в атаку.

– Стражи! – призывал Гараэл. – Стражи, ко мне!

Видимо, это была не первая его команда, поскольку позади него отряд уже выстроился в боевом порядке, но Иссейя, оглушенная воплями демонов, не слышала ни его, ни Калиена, который уже некоторое время кричал сзади и пытался ее растормошить.

Наконец она поняла, что происходит, и приказала Ревас лететь к отряду, но было поздно. Они не успели, и единственное, что им теперь оставалось, – наблюдать за боем с расстояния в пятьдесят ярдов.

Дружно запели луки, обрушивая на Архидемона густой дождь стрел; засверкали посохи, вытягивая магию из Тени. Вдруг – наверное, под действием силы заклинаний – облака расступились, и в солнечном свете, озарившем поле боя, Иссейя смогла хорошо рассмотреть Архидемона. Она и не думала, что твари так досталось. Нижняя челюсть с одной стороны была ободрана до кости, зубы обнажились, словно в дьявольском оскале; правое веко было почти оторвано; на боках лоскутами висела кожа; то тут, то там влажно блестели участки плоти, лишенные чешуйчатой брони.

Но списывать Древнего Бога со счетов было преждевременно. Он встретил Стражей новой вспышкой фиолетового пламени, которая пришлась на левое крыло отряда, и грифоны с наездниками, объятые огнем, полетели вниз, кружась, как листья на ветру. Иссейя почувствовала внезапную легкость – это погибли некоторые из птиц, которыми она управляла.

Уцелевшие Стражи уже возвращались. Грифонов осталось всего пятнадцать, и на сей раз они летели не ровным строем, а ловко маневрируя, пытаясь сбить врага с толку. Иссейя испугалась, что из-за этого Стражи, маги и лучники могут нечаянно задеть движущихся хаотично птиц, но Гараэл, видимо, рассудил, что игра стоит свеч: не такой уж и многочисленный у них отряд, чтобы они друг другу мешали.

И он почти не ошибся. Пострадало лишь три грифона. Первый, неудачно увернувшись от столкновения с другой птицей, угодил прямо в столб огня. Второго задело ледяным конусом, и он помчался к земле, раскинув обледеневшие крылья. Что случилось с третьим, Иссейя не знала – когда она его увидела, грифон уже падал, полыхая, как факел.

Остальные сражались.

Архидемон крутился из стороны в сторону, клацая на них зубами, словно пес на назойливых мух. Какой-то белогрудый грифон подлетел слишком близко, и он, кинувшись на него, едва не схватил птицу за хвост. Лишь на мгновение дракон потерял бдительность, но этого оказалось достаточно. Один лучник приподнялся на стременах и выстрелил в Архидемона. Стрела прошла сквозь правое крыло и глубоко вонзилась в основание левого.

Немощно взмахивая раненым крылом, дракон начал падать, оставляя за собой след из едкого дыма. Ревас, не раздумывая, бросилась за ним.

Они вынырнули из плотных серых туч и понеслись над развалинами города, туда, где над черной от пожара землей одиноко возвышался остов церковной башни. Туман, тянущийся с воды, окутывал основание башни, клубился вдоль стен, выстроенных по периметру кладбища.

«Конец?..» – подумала Иссейя. Она была слишком ошарашена, чтобы радоваться.

«Неужели это конец?..»

Казалось, так и есть. К свисту стрел и громыханию молний и огненных шаров присоединились и ликующие крики Стражей. Архидемон сложил здоровое крыло и еще быстрее помчался к башне, а Стражи, опьяненные победой, и не думали прекращать погоню.

Туман встретил их бормотанием тысячи голосов. Горло Стража, летящего слева от Иссейи, проткнула черная стрела; он тяжело завалился на бок, заливая кровью седло и доспехи. Еще две стрелы пронзили беззащитное брюхо его грифона, и одна – левую икру эльфийки.

Засада!

Сквозь дым и туман Иссейя видела расплывчатые очертания порождений, усыпавших руины домов: генлоки, гарлоки, высокие тощие крикуны. Они сидели, скорчившись, вдоль водосточных желобов, прятались среди статуй горгулий, выглядывали из дыр в крышах. Иссейя не могла рассмотреть их оружия, но даже не сомневалась, что у всех порождений есть луки и арбалеты. Архидемон использовал против Стражей их же тактику! Одурачил их, притворившись раненым, заманил в ловушку и захлопнул дверь!

Ревас рванула вверх, крича от злости и страха, и остальные последовали за ней. Но слишком поздно они спохватились. Почти половина грифонов погибла. Из всего отряда осталось восемь птиц и десять наездников. А этого мало, бесконечно мало для того, чтобы сокрушить Древнего Бога. Пока Иссейя считала выживших, еще один смертельно раненный грифон рухнул на застеленную туманом землю.

– Отпускай бешеных птиц, – приказал Калиен.

Голос у мага был натянутым и суровым. Иссейя не сразу поняла, что это не демон Тени говорит с ней, а ее старый верный друг. Еще несколько секунд ей понадобилось на то, чтобы увидеть смысл в его словах.

Один одержимый грифон станет для Архидемона серьезной помехой. Двое нанесут ему тяжелые раны. А трое могут покончить с ним раз и навсегда.

По крайней мере, она в это верила. У них осталось четыре грифона, зараженных скверной, и даже если они переживут этот бой, летать на них больше никому не придется. Потому что необходимости в этом уже не будет.

И Иссейя разорвала заклинание. Тут же голоса демонов покинули ее сознание, оставив ее наедине с собственными мыслями… и дикими криками грифонов.

Нет, это не было очередной шуткой духов из Тени, грифоны действительно кричали так, что у Иссейи чуть не лопались перепонки. Они жаждали мести и крови, и теперь – наконец-то! – никто не мешал им утолить эту жажду.

Они бросились вперед. Их наездники погибли мгновенно, сраженные стрелами порождений, но грифоны этого даже не заметили. Они неслись на дракона, восседавшего на церковной башне, и не обращали внимания ни на рой вражеских стрел, ни на болтающихся в седлах мертвых всадников.

Как оказалось, Архидемон не так уж и притворялся: он и правда очень ослаб, а левое крыло его почти не слушалось. Он поднялся в воздух и, подгоняемый грифонами, полетел на восток, через свинцовые воды залива Риалто, туда, где, словно голые стволы деревьев, торчали мачты заброшенных кораблей. Среди этих-то деревьев и решил укрыться Архидемон.

Он приземлился на нос полузатонувшего галеона. Здесь дракон был почти недосягаем: подобраться к нему по суше или воде было одинаково невозможно, а вот с воздуха… пришлось бы петлять в тумане, прокладывая путь среди мачт и парусов, рискуя каждую секунду свернуть себе шею, но даже если повезет добраться до Архидемона целым и невредимым, увернуться от его смертоносного дыхания уже не получится…

То есть и по воздуху невозможно… И все же это их единственный шанс.

– Летим туда, – объявила Иссейя Калиену. – Готовься прикрывать.

Она подняла красный флаг и, когда остальные выстроились за нею, приказала Ревас лететь вперед.

Всецело доверившись грифонице, Иссейя отпустила поводья и прикоснулась к Тени. Она моментально почувствовала отклик магии и, когда порождения приблизились, обрушила на них залп чистой огненной мощи.

Взрывная волна прокатилась по Айсли, сбивая с крыш и генлоков, и горгулий. Стрелы гарлоков превращались прямо в воздухе в горстки пепла, тетива на луках лопалась и плавилась. Стражи, летевшие позади Иссейи, швырялись в порождений огнем, льдом и громадными булыжниками. Сосульки, свисавшие с карнизов пустующих домов, мгновенно таяли в огненных вспышках, и вскоре воздух наполнился густым белым паром.

Пар скрывал их от лучников, но лучшим прикрытием была бы сейчас магия. Не успела Иссейя об этом подумать, как Калиен словно прочел ее мысли. Мгновение – и вот они уже внутри мерцающей энергетической сферы. Те несколько стрел, что все-таки до них долетели, тут же раскололись в щепки, а к тому времени, как гарлоки оправились и вновь натянули тетиву на луки, приготовившись дать отпор, Стражи были уже далеко.

Они держали курс на кладбище кораблей. Когда оно оказалось прямо под ними, Ревас спикировала и, сбросив высоту, понеслась к галеону, маневрируя между качающимися мачтами и обледеневшими парусами. Свободные концы оснастки беспрестанно хлестали по сфере Калиена. Когда море вздымалось, корабли откликались мощным хором скрипов и стонов. По коже Иссейи бежали мурашки при мысли, что все эти мачты не выдержат нового порыва ветра, и рухнут, и погребут их под собой…