Лиана Мерсиэль – Последний полет (страница 32)
Талию и плечи Иссейи охватывала толстая веревка, конец которой был привязан к Ревас – на случай, если Иссейю потянет вниз вместе с пластом льда. Грифоница устроилась на выступе скалы, в пятидесяти футах от своей хозяйки. Иссейя надеялась, что на таком расстоянии ее заклинания не причинят Ревас вреда.
Кроме них, на вершине никого не было. Калиен и Лисме находились в Убежище – им предстояло растапливать лед в резервуаре, а от помощи остальных магов Иссейя отказалась. Если Огоса не напутала с расчетами, она и своими силами справится. Всего-то и нужно, что отколоть небольшую часть снежной шапки и сбросить ее по туннелю вниз. Главное – не слишком увлекаться, иначе пещеры, на вырубании которых все они трудились без сна и отдыха, попросту затопит.
Что ж, совсем скоро станет ясно, ошиблась Огоса или нет.
Налетел ветер, и тысячи мелких колючих снежинок больно впились в лицо. Иссейя сморщилась и выплюнула пепельную прядь волос, назойливо лезшую в рот. Пора! Эльфийка подняла посох к самому солнцу и, прищурившись, сосредоточила взгляд на крошечном отверстии вниз по склону.
Открывшись навстречу Тени, она посохом вытянула оттуда клубок чистой энергии. Повинуясь ее воле, клубок начал распределяться внутри посоха, растягиваясь и истончаясь, словно капля жидкого стекла. И когда нить энергии стала достаточно тонкой, Иссейя выпустила ее в самый дальний флажок.
Деревянный флагшток разнесло на мелкие щепки, раздался оглушительный треск, и лед под флажком, расколовшись на несколько кусков, заскользил вниз. Мелкие осколки тут же исчезли в распахнутой пасти туннеля, сотрясая недра горы громовым грохотом, а более крупные сгрудились у входа, наползая друг на друга.
Об этом Огоса тоже предупреждала. Еще один заряд энергии – и глыбы рассыпались на куски, которые за несколько секунд провалились в туннель, оставив после себя облако переливающейся на солнце снежной пыли.
Затем Иссейя проделала то же самое со льдом под вторым флажком.
Флагшток взорвался, а сам флажок улетел вдаль, кружась на ветру, словно зеленый листок. Дождавшись, когда последние сияющие куски льда провалятся в туннель, Иссейя повторила то же с третьим флажком, и с четвертым, и с пятым…
Она уже расправилась с большей частью глыбы, как вдруг лед, не выдержав вибрации заклинаний, застонал и задвигался.
Не успела Иссейя сообразить, что происходит, как кусок ледяной платформы у нее под ногами откололся и заскользил – сначала медленно, потом все быстрее и быстрее – вниз, навстречу зияющей черной дыре.
Иссейя потеряла равновесие и упала на живот. Стало трудно дышать, снег залепил глаза, она ничего не могла рассмотреть, кроме несущихся мимо льдин да прыгающего туда-сюда золотого солнечного круга. Осколки льда нещадно молотили ее по голове, плечам, спине. Иссейя обеими руками вцепилась в посох и уже приготовилась к худшему…
Как вдруг что-то сдавило грудную клетку, с силой дернуло вверх, и уже мгновение спустя Иссейя беспомощно повисла в воздухе.
Ну конечно же Ревас! Эльфийка громко рассмеялась, и парализующий страх сменился головокружительным восторгом. Грифоница поднималась все выше, унося с собой свою счастливую, засыпанную с ног до головы сверкающей ледяной крошкой хозяйку. Остатки глыбы исчезали в туннеле, и Иссейя, болтаясь на веревке, умудрилась напоследок точно прицелиться и выпустить несколько зарядов в самые крупные.
У нее получилось! Теперь воды в Убежище хватит на всех. Иссейя расслабилась, наслаждаясь полетом и проносящимся внизу пейзажем. Сначала это было сплошное бело-голубое одеяло из льда и снега; затем пошли серые склоны, сначала голые и каменистые, позже – покрытые лишайником, и наконец – высокими могучими соснами.
На каком-то уступе Иссейя заметила виверна. Когда Ревас пролетала мимо, он издал угрожающий крик, и эльфийка испугалась, как бы драконид не прельстился легкой добычей и не бросился за ними следом. Однако виверн так и остался на своем уступе: то ли он не был голоден, то ли ему хватило ума не связываться с грифоном.
Полчаса спустя они начали снижаться. Опасаясь, что болтающаяся на веревке хозяйка – недостаточно веская причина, чтобы Ревас изменила своей обычной манере приземления, Иссейя окружила себя защитной сферой. И правильно сделала: когда Ревас опустилась на парапет, Иссейю с такой силой швырнуло о стену, что, не будь на ней защитного заклинания, от нее бы и мокрого места не осталось.
Когда наконец сфера перестала пружинисто отскакивать от стены, Иссейя сняла заклинание, выпуталась из обвивавших ее веревок и спрыгнула на землю. Руки закоченели на холодном ветру и ныли от неудобной позы. Иссейя принялась их растирать, думая о том, что завтра грудь и плечи превратятся в один сплошной синяк. Вот уж чего точно не миновать.
Огоса уже ждала ее во дворе. Рыжие пряди, выбившиеся из косичек, распушились от влажности, медные подвески на ожерелье запотели, а на носках ее начищенных воском сапог блестели капельки воды.
Миссию они, без сомнения, выполнили, вот только Огоса почему-то была мрачнее тучи.
– В чем дело? – спросила Иссейя, стряхивая с рукавов последние подтаявшие льдинки. – Лед застрял в туннеле? Что-то пошло не так?
Огоса покачала головой:
– Все в порядке. Лисме разбила почти все крупные глыбы. Когда закончит – оставим их в озере, пусть сами растают, торопиться нам некуда – у нас уже достаточно воды для пяти сотен. И даже пяти тысяч. Для всех беженцев, которых пришлют Серые Стражи.
– Тогда почему ты не рада?
– Потому что они хотят прислать их
– Гараэл? Бросил армию и примчался сюда? – Волосы Иссейи торчали во все стороны, но прихорашиваться не было времени. Она собрала их в хвост и перевязала ремешком. – Что-то срочное?
– Да уж наверняка, – проворчала Огоса. – Иди, он в парадном зале.
Иссейя поспешила в замок.
Гараэл листал «Историю Киркволла» в заплесневелом переплете, принадлежавшую покойному лорду де ля Эн. Когда вошла сестра, он отложил книгу и улыбнулся изможденной улыбкой:
– Иссейя. Так здорово тебя видеть.
– Гараэл! – Она порывисто обняла брата и отступила назад. За последние несколько недель он так похудел, что сквозь одежду Иссейя почувствовала его кости. – Ты почему здесь? Что-то случилось?
– То же, что и всегда. – Гараэл запустил пальцы в волосы. За это время он поседел еще больше. – Вольная Марка. Архидемон нападает на главные города, а потом, якобы напуганный оказанным сопротивлением, улетает, чтобы потом напасть снова. Он играет с ними, Иссейя. Но правители отказываются в это верить. Так и сидят каждый в своем городе, не желая отдавать нам армии, которые тают, как снег на солнце. Если так и дальше пойдет, то через пару месяцев отдавать будет уже нечего.
– И что я могу с этим сделать? – спросила Иссейя, хотя в глубине души и сама знала ответ.
– Вывези жителей. Начните с Камберленда и Киркволла. Они понесли серьезные потери, думаю, для большинства оставшихся в живых место здесь найдется. Может, тогда их правители задумаются. Но действовать нужно немедленно – у нас каждый день на счету.
– Полагаю, дать мне солдат для защиты караванов ты не можешь?
– Боюсь, что нет. – Гараэл устало поморщился. – В каждом городе вас встретят, помогут вывести аравели из города, но сопровождать их через всю Марку никто не будет. А у меня и без того слишком мало Стражей, так что придется вам справляться собственными силами.
Иссейя оторопела.
– Но ведь это чистое безумие, – произнесла она наконец. – У меня всего двадцать один Страж, шестеро из которых еще не оправились от ран. Грифонов, которые могут тянуть караваны, десять, может, двенадцать, но лишь половина из них способна сражаться. Остальные перевозбудятся и искалечат и себя, и людей. Я уже не говорю о том, что никто из жителей не готов к полету на аравелях. Гараэл, это невозможно. Если хочешь, чтобы я вывезла людей, – отлично, я это сделаю. Но чтобы эта миссия не превратилась в обычное самоубийство, мне нужно больше солдат.
– У меня их нет, – снова повторил эльф. – А вот у тебя – есть.
– Ты меня вообще слушал?
Вместо ответа Гараэл вынул холщовый мешок, который все это время прятал под плащом. Судя по грязной, заляпанной кровью ткани, этот мешок побывал не в одном бою.
Внутри оказался мешок поменьше – кожаный, с выдавленным на нем знаком мага и перевязанный шелковым плетеным шнуром голубого и золотистого цветов. Лириумная пыль, сразу догадалась Иссейя. Наверное, целый фунт лириумной пыли. Это же целое состояние.
Следом за лириумом Гараэл достал стеклянную бутылочку с темной вязкой жидкостью. На бутылочке были искусно выгравированы изображения горгулий. Посторонний наблюдатель решил бы, что перед ним лишь дорогой, причудливо украшенный сосуд, не более того.
Иссейя замотала головой и начала в ужасе пятиться, пока со всего маху не врезалась в стену. Боли она даже не почувствовала.
– Нет. Нет. Нет.
– Это единственный выход.
Иссейя не верила своим ушам. Гараэл и сам был потрясен не меньше нее, она это видела, но все равно продолжал говорить:
– У нас нет выбора. Мы обязаны спасти их, Иссейя. Пусть грифонов у тебя мало и половина их больна, если ты сделаешь с ними то же, что с Сорокопутом, каждый из них, и больной, и здоровый, будет драться за десятерых. Прости, я не мог сохранить твою тайну – слишком много жизней на кону. Это приказ Первого Стража. Ты должна провести грифонов крепости Эн через ритуал Посвящения.