Лиана Ли – Опасный альянс (страница 2)

Он повернулся к своему телохранителю, Сергею – громиле с лицом, будто вырубленным топором, и шрамом через бровь. Тот сидел на кожаном диване, листая телефон.

– Серега, пробей мне одну дамочку, – бросил Денис, ставя стакан на стол. – Анна. Фамилию не знаю. Высокая, черные волосы, глаза как гроза. Сегодня была в «Noir».

Сергей поднял бровь, но спорить не стал. Он знал: если босс заинтересовался женщиной, это не к добру. Ни для нее, ни для него самого.

– Сделаем, – буркнул он. – Но, Денис, ты уверен? Она не похожа на твоих обычных… куколок.

– Вот именно, – усмехнулся Соболев, и в его глазах мелькнула искра. – Поэтому и хочу знать всё.

Утро в отделе по борьбе с организованной преступностью было как всегда: запах пережаренного кофе, гул принтеров и ругань шефа, который орал на кого-то по телефону. Анна, в строгом сером костюме, который не скрывал ее фигуру, сидела за своим столом, листая досье на Соболева. Его фото – черно-белое, с камеры наблюдения – лежало сверху. Она смотрела на его лицо и чувствовала, как в животе завязывается узел. «Соберись, Вольская, – мысленно повторяла она. – Он не человек, он цель».

Ее напарник, Дима, долговязый парень с вечно растрепанными волосами и ехидной ухмылкой, плюхнулся на стул рядом.

– Что, Ань, опять Соболев? – подмигнул он, жуя бутерброд. – Может, тебе уже с ним на свидание сходить? Быстрее дело закроем.

– Очень смешно, – огрызнулась Анна, но щеки предательски покраснели. – Лучше скажи, что у нас по его последней поставке.

Дима пожал плечами, но тут же понизил голос:

– Слухи ходят, что он лично будет на благотворительном вечере в «Атлантисе» завтра. Типа, отмывает бабки через фонд. Хочешь внедриться?

Анна замерла. Вечер. Соболев. Возможность подобраться ближе. Ее сердце забилось быстрее, и она ненавидела себя за это. «Это работа, – твердила она. – Просто работа». Но в глубине души она знала: после вчерашнего их встреча будет чем угодно, но не просто работой.

– Я в деле, – сказала она, захлопнув папку. – Только найди мне платье. И не из своего гардероба, шутник.

Дима заржал, чуть не подавившись бутербродом, а Анна уже представляла, как снова встретит этот наглый взгляд. И как не даст ему себя сломать.

Благотворительный вечер в отеле «Атлантис» был как сцена из голливудского фильма: хрустальные люстры, мраморные полы, женщины в платьях за миллионы и мужчины, чьи улыбки скрывали сделки на миллиарды. Анна вошла в зал, чувствуя себя не в своей тарелке. Платье – черное, облегающее, с глубоким вырезом на спине – подчеркивало каждый изгиб ее тела. Она ненавидела такие наряды, но Дима настоял: «Ты должна быть бомбой, Ань. Иначе он не клюнет». Ее волосы были уложены в небрежные волны, а губы накрашены алой помадой. Она выглядела как женщина, которая знает, чего хочет. И это пугало ее саму.

Денис заметил ее сразу. Он стоял у барной стойки, в черном смокинге, который сидел на нем, как вторая кожа. Его глаза сузились, когда он увидел Анну, и губы изогнулись в знакомой ухмылке. «Так вот ты какая, русалка, – подумал он, отпивая шампанское. – Играешь по-крупному». Он уже знал о ней больше, чем она могла представить: Анна Вольская, следователь, 28 лет, без семьи, с репутацией бультерьера в юбке. Но это только подогревало его интерес.

– Не думал, что русалки ходят на такие вечера, – сказал он, подходя к ней. Его голос был как бархат, но с острыми краями. – Или ты решила сменить кофе на шампанское?

Анна повернулась, и их взгляды столкнулись, как молнии. Она почувствовала, как жар поднимается по шее, но улыбнулась – холодно, с вызовом.

– А я думала, мафиози предпочитают подвалы, а не люстры, – парировала она, беря бокал с подноса официанта. – Что ты здесь забыл, Денис?

Он рассмеялся, и этот звук заставил ее сжать бокал сильнее. Он был слишком близко – так близко, что она чувствовала тепло его тела. «Черт, он опасен, – подумала она. – И чертовски хорош».

– Может, я пришел за тобой, – сказал он, наклоняясь чуть ближе. Его дыхание коснулось ее уха, и Анна с трудом подавила дрожь. – Или ты думаешь, я не вижу, как ты на меня смотришь?

– Смотрю? – фыркнула она, отступая на шаг. – Не льсти себе, Соболев. Я здесь по работе.

– Работа, значит, – протянул он, и в его глазах мелькнула искра. – Тогда давай поиграем, Анна. Я знаю, кто ты. И ты знаешь, кто я. Как насчет сделки?

Она прищурилась, чувствуя, как пульс бьет в висках. «Он знает? – пронеслось в голове. – Или блефует?»

– Какой сделки? – спросила она, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

Денис улыбнулся – медленно, хищно, и ее сердце пропустило удар.

– Ночь со мной, – сказал он, и его взгляд скользнул по ее губам. – А я дам тебе то, что ты ищешь. Информацию. Или… что-то побольше.

Анна рассмеялась – громко, саркастично, привлекая взгляды гостей. Но внутри у нее все кипело. Страх, гнев, и – черт возьми – желание. Она ненавидела его за это. И себя – за то, что не могла отвести взгляд.

– Ты серьезно? – сказала она, скрестив руки. – Думаешь, я продамся за твои грязные секреты? Мечтай, Соболев.

– О, я мечтаю, – ответил он, и его голос стал ниже, почти шепотом. – И знаешь, русалка, ты тоже. Я вижу это в твоих глазах.

Анна открыла рот, чтобы ответить, но тут оркестр заиграл медленную мелодию, и Денис, не спрашивая, взял ее за руку. Его пальцы были теплыми, сильными, и она, к своему ужасу, не вырвалась.

– Потанцуй со мной, – сказал он, уже ведя ее к центру зала. – Или боишься?

– Я? – фыркнула она, но ноги уже двигались в такт музыке. – Боюсь, что ты наступишь мне на ноги, мачо.

Он рассмеялся, притянув ее ближе. Их тела почти касались, и Анна чувствовала, как его рука на ее талии обжигает даже через ткань платья. «Это игра, – твердила она себе. – Просто игра». Но с каждым шагом, с каждым взглядом, она понимала: эта игра может стоить ей всего.

Вечер продолжался, но для Анны и Дениса мир сузился до их танца. Гости, музыка, шампанское – все стало фоном. Они были как два хищника, кружившие друг вокруг друга, готовые то ли броситься в атаку, то ли… в объятия. И ни один из них не знал, к чему приведет это притягательное противостояние.

Глава 3. Игра начинается

Зал «Атлантиса» гудел, как улей, полный богатых и опасных пчел. Хрустальные бокалы звенели, смех и шепот сливались с томной мелодией саксофона, а воздух был пропитан ароматами дорогих духов и интриг. Танец закончился, и Анна решила, что ей необходима передышка от странного тандема и электрического напряжения, которое возникло между ними. Поэтому, как появилась возможность, она выскользнула из его хватки, как кошка, которую слишком долго гладили против шерсти, при этом она все еще ощущая тепло ладони Дениса на своей талии. Ее черное платье с открытой спиной сверкало под светом люстр, подчеркивая изгибы фигуры, а алые губы изогнулись в насмешливой улыбке. Но внутри она была на взводе. «Черт, Вольская, что ты творишь? – думала она, поправляя прядь черных волос, упавшую на висок. – Это не танец, это минное поле».

Выйдя из уборной, куда она слиняла для того, чтобы привести свои чувства в порядок, ее глаза, острые, как лезвие, скользнули по залу, выискивая знакомые лица. Она знала: здесь, среди шелковых платьев и смокингов, прячутся не только светские львицы, но и акулы криминального мира. И Денис Соболев был самой большой из них. Высокий, в черном смокинге, он стоял у бара, небрежно опираясь на стойку, и его янтарные глаза следили за ней с хищной ленцой. Его лицо – резкие скулы, легкая щетина, губы, обещающие неприятности – было слишком идеальным, чтобы не раздражать. «Он думает, я его очередная игрушка, – пронеслось в голове Анны. – Ну, держись, мачо, я тебе устрою игру».

Денис, потягивая шампанское, не мог отвести от нее взгляд. Эта женщина была как глоток виски после сладкого ликера – резкая, обжигающая, с послевкусием, которое не отпускает. Он уже знал, что она головная боль его империи. Но это только подогревало его интерес. «Ты думаешь, можешь меня переиграть, русалка? – думал он, крутя бокал в пальцах. – Посмотрим, как долго ты продержишься». Его телохранитель Сергей, стоявший неподалеку, бросил на него предупреждающий взгляд, но Денис лишь отмахнулся. Он любил риск. А Анна была риском, от которого его кровь кипела.

Анна отошла к окну, притворяясь, что любуется ночным городом. Отражение в стекле показывало ее напряженное лицо – щеки горели, а сердце колотилось, как после пробежки. Танец с Соболевым был ошибкой. Его прикосновения, его голос, его запах – все это было слишком… слишком. Она сжала кулаки, пытаясь вернуть контроль. «Ты следователь, а не школьница на выпускном, – мысленно отругала она себя. – Соберись и делай свою работу». План ее начальства был глуп и прост: подобраться к Соболеву, выудить информацию о его следующей сделке и передать данные в отдел. Но как, черт возьми, это сделать, когда он смотрит на нее так, будто уже раздел?

– Скучаешь? – его голос, низкий и бархатный, раздался за ее спиной. Анна вздрогнула, но тут же развернулась, натянув на лицо холодную улыбку.

– А ты что, мой гид по вечеринкам? – бросила она, скрестив руки. Платье чуть соскользнуло с плеча, и она заметила, как его взгляд задержался на этом открытом кусочке кожи. «Господи, да он даже не пытается скрывать», – подумала она, чувствуя, как жар поднимается по шее.