Ли Уэзерли – Сияние ангела (страница 89)

Я лавировала среди машин, не обращая никакого внимания на гудки. Дорога расчистилась — толчки про­должались, и люди прижимались к обочинам. В Мехико было много землетрясений. В обычной ситуации оста­новиться было бы разумно. Но я не собиралась этого де­лать, учитывая энергию, которую я чувствовала в этом месте. Я вела пикап. Сэм взвыл от боли, когда я заскочи­ла на бульвар, а потом спустилась обратно на дорогу. Мы ехали на север по Пасео—да—ла—Реформа. Я с ужасом увидела, что была права, когда собиралась вытащить нас отсюда как можно быстрее.

Перед нами высилась пустая колонна, на которой когда—то стоял золотой ангел Мехико и протягивал зо­лотой венок к небу. Она раскачивалась взад—вперед, как слишком высокая башня Дженге.

— Dios mío, — прошептал Себ сзади.

Выхода не было, я стиснула зубы и понеслась к ней. Когда она начала падать на дорогу, Лиз закричала, впи­ваясь руками в сиденье. Мы проскочили под ней и бла­гополучно оказались на другой стороне.

Сэм слабо рассмеялся.

— Подруга, где я могу номинировать тебя на водите­ля года?

Я так сильно сжала руки, словно они были приклее­ны к рулю.

— Не сглазь, — сказала я, не отрывая глаз от доро­ги. — Тебе стоит повременить, пока я не вытащу вас из города.

— Вытащишь, — твердо сказал Алекс. — Вытащишь.

И каким—то образом у меня все получилось.

Мы ехали по горной дороге навстречу закату. Здесь землетрясение не было таким ужасным, хотя нам при­ходилось уворачиваться от поваленных деревьев. Но все было мирно. Горы тянулись к небу — так было и так будет. Я вздохнула. Мир — это хорошо. Это очень хоро­шо.

Алекс сидел за рулем. Я расположилась сзади рядом с Себом. Он молчал и смотрел вдаль. Я чувствовала его боль из—за того, что произошло с городом, где он родил­ся. Когда мы достигли окраин Мехико, я заметила в зер­кале заднего вида огромную волну, и у меня перехвати­ло дыхание. Земля в centra вздыбилась и буквально про­катилась волной. Здания вздрогнули и упали, а машины провалились в трещины. Мы остановились у обочины, вести машину было слишком трудно, и стали наблю­дать. Наконец волна ушла в землю, и в полной тишине я увидела, как с пылью поднимается большой шлейф.

— Садись назад, с тебя хватит, — сказал Алекс. У него было каменное лицо. Я не спорила.

Никто из нас не говорил после произошедшего. Никто из нас не говорил и сейчас, через несколько часов. Выражение лица Себа разрывало мне сердце. Хотя он всегда ненавидел Мехико за то, что там проис­ходило, видеть, как город сровнялся с землей... Я сглот­нула, у меня стучало в висках. Я хотела обнять его и чтобы он обнял меня, но не могла преодолеть нелов­кость между нами, как бы ни хотела.

Впереди откашлялась Лиз.

— Надеюсь, что с Карой иБренданом все в порядке, — тихо сказала она.

Она не упомянула Уэсли и Триш. Я не виню ее. Думать о них было слишком тяжело.

— Надеюсь, — ответил Алекс, переключая передачу.

Он пытался позвонить им, но телефоны не работали. Мы этого не говорили, но знали, что на них легко могла напасть толпа, когда они спускались, особенно учиты­вая травмированную ногу Брендана.

Я прислонилась к холодному стеклу и смотрела на проносящиеся деревья. Я рассказала, что почувствова­ла от Разиэля — половина ангелов во всем мире мертва. Думаю, это должно быть победой... но сейчас не каза­лось так.

Мы повернули, и открылся вид на город, тонущий в лучах заката. Алекс остановился, и мы вышли, даже Сэм выбрался из машины, опираясь на плечо Алекса. Мы молча смотрели на разрушенный город. В полном соответствии со статусом самого сейсмоустойчивого здания в мире стояла Торре—Майор, ее стены из зелено­го стекла изгибались на фоне неба.

Больше ничего не осталось.

Вокруг на несколько миль раскинулся город, стертый с лица земли, — от некоторых зданий осталась только половина, остальные рассыпались в щебень. Я видела плоский прямоугольник Сокало — собора не было.

Лиз дрожала, обняв себя.

— Как думаешь, это произошло по всему миру? — прошептала она. — Или только здесь?

Ни у кого не было ответа.

Наконец Алекс вздохнул:

— Идем. Надо найти место для ночлега.

Все пошли к машине, а Себ не двигался и продолжал смотреть на город. Я взглянула на его лицо и увидела слезы на щеках. Что—то освободилось внутри меня, и я обняла его, рыдая. Он крепко прижал меня. Мы дрожали и судорожно обнимали друг друга. Боже, какой я была дурой. Помешалась на разрыве с Алексом. Себ был прав. Мы просто поцеловались. Между нами ничего не изме­нится, пока мы сами этого не захотим.

— Прости, — прошептала я. — Себ, прости. Я хочу, чтобы все было как раньше.

— Я тоже этого хочу. Больше всего на свете.

Я закрыла глаза, вздохнула и прижалась к нему. Я чув­ствовала, как его щетина щекочет мне волосы, чувство­вала тепло его рук Ничего не изменилось. Изменилось все. У меня снова был друг. Я знала, что Себ все еще лю­бит меня, а он знал, что я не люблю его. Но это было не важно. Мы все равно были нужны друг другу. Может, для великого замысла наша дружба была не так важна, но сейчас, после всего, через что мы прошли, для меня она была важна больше, чем когда—либо. Что еще у нас есть настоящего, кроме дружбы?

Наконец я отстранилась и поцеловала его в щеку.

— Идем, — сказала я, вытирая глаза. — Брат проводит меня до машины?

— Всегда, querida, — сказал он, ухмыльнувшись. Он положил руку мне на плечи, и мы пошли обратно.

Когда они остановились высоко в южной части Сьерра—Мадре, луна только взошла. Наверху сияли звез­ды, вокруг виднелись деревья. Казалось, что ничего не произошло. Какое облегчение, подумал Алекс. Никогда в жизни он не забудет волны, которые уничтожили город. Разруха, пыль и упавшие здания. Его команда, разорванная в клочья.

Ему с трудом удалось отделаться от этих мыслей, и он сделал то, что должен был, чтобы сохранить остатки команды. Себ вытащил зажигалку из карма­на, и они разожгли костер. Алекс поставил палатку для Уиллоу и Лиз. Он и остальные парни смогут лечь в пикап. Он разорвал рубашку на длинные полосы и перевязал лодыжку Сэма. Через минуту его широ­кое лицо расслабилось. Алекс, в свою очередь, тоже успокоился — значит, нога не сломана. Это хорошо, потому что только богу известно, когда они найдут доктора, если остальные места на Земле постигла та же участь, что и Мехико. Это было слишком ужасно, чтобы поверить. Как представить, что находится за краем пространства. Поэтому вместо этого он думал о еде.

Он нашел несколько энергетических батончиков в сумке. Это был ужин. В пикапе лежала пара бутылок воды, неподалеку журчал ручей. Сэм уселся у костра, сделал глоток из бутылки и поморщился.

— Я был уверен, что там что—то покрепче, — хмуро сказал он. — Капитан Джек был бы в самый раз.

Никто не ответил, но у всех на лицах было написа­но: «Та же проблема!» Лиз мрачно смотрела на огонь. Уиллоу и Себ сидели рядом, не прикасаясь друг к другу. Алекс бросил палку в огонь. После сегодняшнего дня меньше всего он хотел нести ответственность. Но он знал, что теперь у него еще меньше выбора.

— Хорошо, парни, вот как обстоят дела, — наконец сказал он. — Мы не позволим уничтожить нас. Мы де­лали то, что считали правильным. Если бы нам при­шлось делать это снова, то мы бы сделали то же самое. Так что нет смысла убиваться. Самое главное, что по­ловина ангелов в мире убита. Мы не хотели, чтобы это привело к таким последствиям, но будем считать это победой.

Все смотрели на него. Сэм легонько кивнул. Уиллоу с нежностью взглянула на него, потом опустила глаза и стала играть с манжетой рубашки. Он увидел, как у нее дернулось горло.

— Что теперь? — спросила Лиз.

Алекс пожал плечами:

— Лично я хочу продолжить борьбу.

Он рассказал им о базе в Неваде, которую предлага­ла Софи. Карта памяти с подробностями лежала у него в сумке.

— У нас есть куда пойти, — закончил он. — Она пол­ностью оборудована, и у меня есть код доступа.

— У нас? — повторила Уиллоу. На ее спокойном лице отражались отблески огня.

Алекс кивнул.

— Да. Я приглашаю всех, кто хочет, — спокойно ска­зал он.

Некоторое время после атаки он чувствовал, что между ними все по—прежнему. Это заблуждение разве­ялось, когда она не взяла его за руку, которую он про­тянул, чтобы помочь ей встать. Если она будет все время неподалеку с Себом, то это будет болезненнее, чем он себе представлял. Но ему нужен был каждый. Кроме того, они были частью команды. Даже Себ. Странно, но сегодня между ними что—то произошло, и Алекс поду­мал, что может работать с ним и не убить его.

Уиллоу с тревогой посмотрела на Себа. Он пытался прочитать ответ в ее глазах.

— Не отвечайте сейчас, — сказал Алекс. — И не надо чувствовать себя обязанными.

Он провел рукой по лицу, пытаясь не вспоминать, как рухнул город. Или как Уэсли и Триш бежали за ними с толпой и кричали. Он чувствовал себя выжатым как лимон.

— Сегодняшний день был самым страшным. Но все было не так плохо, учитывая, что нам удалось. Поду­майте об этом. Подумайте и помните об этом. Я не буду никого винить, если кто—то захочет спрятаться в горах и жить своей жизнью.

Сэм фыркнул.

— Кто, черт возьми, это сделает? Я с тобой. Могу сразу сказать.

Он сидел на поваленном бревне. Затем он подвинул­ся, держа раненую ногу прямо.

— После сегодняшнего я не собираюсь сидеть сложа руки и ничего не делать.