Ли Уэзерли – Охота на ангела (страница 54)

Но тот день в пустыне, когда правда вдруг обрушилась на меня, раз и навсегда развеял все мои смутные надежды, что этот мой ангел — какая-то ошибка, что он не настоящий. Он был настоящим, и мне предстояло жить с этим всю жизнь. Я наполовину ангел, и это невозможно изменить. Внутри меня существо, которое будет со мной всегда. И хотя воспоминание о пустыне, легко кружащейся перед моими глазами, пока я парила в воздухе, напоминало… какое-то волшебство, оно было более реальным. Не важно, что с Алексом я чувствую себя обычным человеком. Это не так. Мы не простая пара — парень и девушка, мы — парень и… наполовину девушка.

Эта мысль иногда погружала меня в такую тоску, будто я сидела в одиночестве перед окном, исполосованным струями дождя. Как будто то, чего у меня никогда не было, но о чем я мечтала, вдруг исчезло навсегда. Из-за этого я даже не могла представлять наше с Алексом будущее. Что бы ни было у меня внутри, одно было ясно: моя судьба — уничтожить ангелов… а они хотят уничтожить меня. Сколько времени у нас с Алексом на самом деле?

Я терпеть не могла эти мысли, я хотела, чтобы они исчезли навсегда. Алекс, казалось, чувствовал, что мне неприятно говорить об этом, и мы старались избегать этой темы и просто наслаждались тем, что мы вместе. И несмотря на все опасности, которые нам грозили — а может, из-за них в том числе, — наша любовь была важнее всего на свете. Не важно, какое будущее нас ожидало — сейчас мы были здесь, вместе, и каждый наш день был наполнен любовью. Я хотела, чтобы это длилось вечно.

Иона нервно оглянулся, входя в кафе, расположенное на юге центральной части Денвера. Иона не был частым гостем в Денвере: почти все время он проводил в здании церкви, и раньше никогда не оказывался в районе Лодо с его домами в викторианском стиле и многочисленными художественными галереями. Разыскивая кафе, Иона несколько раз свернул не туда, а припарковаться стоило ему больших усилий. Он едва устоял перед соблазном бросить все это и вернуться обратно в церковь.

Но что-то заставило его продолжить свой путь.

Он заказывал капучино у стойки, когда вдруг услышал, как его кто-то окликнул.

— Иона Фиск?

Иона быстро обернулся и увидел высокого мужчину с широкими плечами и светлыми волосами. У него были такой же пристальный, завораживающий взгляд, как у Разиэля. Иона почувствовал, как его горло сжалось.

— Да… э-э… это я.

Ангел протянул руку.

— Нейт Андерсон. Спасибо, что пришли.

Иона кивнул, все еще не уверенный, что ему стоило сюда ехать. Получив свой кофе, он проследовал за ангелом к столику в дальней части кафе, наполовину скрытому за большим фикусом. Там уже сидела женщина лет тридцати на вид, с каштановыми волосами до плеч. На ней был дорогой костюм. Когда Иона подошел, она привстала.

— Здравствуйте, я Софи Кинни, — сказала она, протягивая Ионе руку. Ее карие глаза не были гипнотическими, как ангелов, но их взгляд был весьма настойчив. Пожав ей руку Иона нерешительно сел за стол, вдруг почувствовав себя так неловко, будто он снова оказался в колледже.

— Прежде всего, спасибо за предупреждение, — сказал ангел. Перед ним на столе стоял начатый кофе; он сделал глоток — Похоже, мы с Софи едва успели выбраться вовремя. Я не знал, что они следят за мной.

— Не за что, — ответил Иона слабым голосом. Он вовсе не собирался предупреждать ангела, что другим известно о его предательстве — он просто хотел поговорить с ним. Но это ничего не меняло. Уже позволив себе усомниться в ангелах, Иона мог причинить им непоправимый вред. При этой мысли все его внутренности сжались в комок

Опустив глаза, он помешал свой капучино.

— Послушайте, я… я не уверен, что могу быть здесь. Я хочу сказать, вдруг это все ошибка? Ведь ангелы помогли мне, сильно помогли.

— Вы видели ангела? — спросил Нейт. — В его истинном облике?

— Да, и это изменило всю мою жизнь. — Иона рассказал агентам о встрече с ангелом.

Когда он закончил, Нейт откинулся на спинку кресла. Его прекрасное лицо выражало смесь радости и изумления.

— Он один из неприкосновенных, — сказал ангел своей спутнице. — Вот это удача — со дня на день прибудет Вторая волна, и именно он оказался правой рукой Разиэля.

— Э-э… что? — спросил Иона.

Софи наклонилась к нему через стол.

— Послушайте, боюсь, что здесь нет никакой ошибки, — твердо сказала она. — Ангелы пришли сюда, потому что их собственный мир оказался на грани гибели, и люди служат им источниками энергии. Ангелы несут людям смерть, болезни, безумие. Мы пытались тайно противостоять им, но теперь, когда управление захвачено… — Она вздохнула.

— Но как же тот ангел, которого видел я? — спросил Иона. — Она была… — Он осекся. Девушка-ангел, спустившаяся к нему, была воспоминанием, которое он лелеял всю жизнь. Ему не хотелось омрачать его.

— Она была на нашей стороне, — сказал Нейт. — Не все ангелы считают, что имеют право уничтожить человечество, некоторые из нас пытаются остановить их. Она не питалась твоей энергией, она делала кое-что другое. Таких, как вы, мы называем неприкосновенными — она поместила в вашу ауру немного энергии сопротивления, и вы стали неприятны другим ангелам. Иногда люди могут передавать это друг другу, в особых условиях, при контакте их аур — мы думаем, что если таких людей станет больше, у нас появится надежда.

«Неприятны другим ангелам». Иона замер в кресле, словно парализованный. Запинаясь, он произнес:

— Я… с тех пор я видел и других ангелов в их истинном облике, в церкви, но… они никогда не прикасались ко мне больше, чем на мгновение. Я только успевал увидеть их, как они сразу исчезали.

У Ионы закружилась голова: он вспомнил женщину в коридоре, как долго она глядела вверх. Ее ангел явно никуда не спешил.

Нейт кивнул.

— Значит, сработало. Хорошо, это не всегда получается.

— Это значит, вы избежали ангельского ожога, — добавила Софи.

— Ожога? — Иона поднял кружку перед своим лицом, словно щит. Софи коротко объяснила ему все, и он побледнел как полотно. — Вы хотите сказать, что все это правда? Что люди служат ангелам пищей? Что ангелы буквально питаются ими, причиняют им боль? А люди все это время думают, что ангелы добрые и прекрасные?

— Примерно так, — сказала Софи. — Только эта боль не физическая: ангельский ожог влияет на мозг, а не на тело. Эти люди сходят с ума из-за ангелов, они думают только о «Славе ангелам» и тому подобном.

Иона поморщился, услышав знакомую фразу.

Нейт положил локти на стол. Этот ангел был сложен как профессиональный футболист, его тело было сильным и одновременно грациозным.

— Послушайте, дело в том, что все может стать еще хуже, — сказал он. — И именно вы могли бы нам очень сильно помочь, если только согласитесь.

Шумное кафе словно затихло. В сердце Ионы появилось мрачное предчувствие.

— Э-э… Что вы хотите, чтобы я сделал?

Ангел и его спутница принялись объяснять. К тому моменту, как они закончили, кофе Ионы давно остыл, а модное кафе с его старыми столиками и плакатами из фильмов на стенах стало напоминать Ионе сцену из ночного кошмара.

— Я… я не знаю, смогу ли сделать это, — пролепетал он. — То есть это правда, что я отвечаю за праздник, но…

— Все зависит от того, найдем ли мы ту девушку, наполовину ангела, — сказала Софи. — Она единственная, кто сможет это сделать. — Женщина вздохнула. — Мы были совсем близко, но потеряли их, и теперь они могут быть где угодно.

— Но даже если мы найдем ее, нам понадобится ваша помощь, чтобы все устроить, — сказал Нейт. — Мы не справимся без вас, это точно.

Иона опустил глаза, уставившись на чашку с блюдцем. Его вера в ангелов так долго была непоколебимой, что теперь ему было больно — как будто что-то прекрасное, что он любил и ценил, было запятнано навсегда. Он не хотел верить в это, он мечтал просто встать и выйти отсюда, как будто всего этого не было. Но даже если он поверит им, как он мог сделать то, о чем они попросили?

«Я не могу, — подумал он. — Не могу».

Ангел и его спутница смотрели на него, ожидая ответа. Наконец, Иона откашлялся.

— Я… Мне нужно подумать, — сказал он.

Он словно в тумане заметил, как Софи разочарованно сжала губы, она хотела что-то сказать, но Нейт остановил ее, положив ладонь на ее руку.

— Подумайте, — сказал он. — Иона, я думаю, вы понимаете, что мы сказали вам правду. Ситуация… очень плачевна. И будет еще хуже. Вы знаете, что человечество не выживет после этого.

— Вы понимаете масштаб происходящего как никто другой, — сухо сказала Софи. — Так что подумайте хорошо, но не затягивайте — у нас очень мало времени. — Она вынула визитную карточку и ручку. Зачеркнув телефонный номер на карточке, она написала сверху другой. — Вот, возьмите, — сказала она, протягивая Ионе визитку. — Позвоните мне, как только решитесь.

Иона кивнул, глядя на карточку. «Софи Кинни, ЦРУ». Он выбросит ее, когда доберется до дома, решил он. Даже если каждое их слово было правдой, он никак не мог пойти на такое.

— Спасибо, что пришли, — сказал Нейт. Его стул слегка царапнул дощатый пол, когда ангел поднялся. — Мы оставим вас, чтобы вы спокойно подумали. И вот что, Иона…

Иона поднял глаза, и ангел улыбнулся ему грустной, поим мающей улыбкой. Он пристально посмотрел Ионе в глаза.

— Софи права, — сказал он. — У нас мало времени.

Дни постепенно превратились в неделю, а потом и в две. Мне стало казаться, что мы с Алексом всегда жили в этом домике и впереди у нас целая вечность. Только иногда, врываясь в размеренный ритм наших будней, на меня накатывало чувство чистого страха — предчувствие чего-то дурного, которое, казалось, поджидало нас на горизонте. Я не могла определить, было ли это действительно предчувствие или просто мои тревожные мысли. Я старалась не упоминать об этом, по крайней мере, пока не почувствую что-то конкретное. Мы с Алексом оба понимали, что нам грозит опасность, и наша счастливая жизнь в домике не будет продолжаться вечно. Даже погода изменилась: стало значительно холоднее. В воздухе запахло зимой, и мне приходилось надевать двое свитеров, когда мы выходили на улицу. Пришло время планировать следующий шаг, а значит, столкнуться лицом к лицу с тем, что нас ждет. Я знала, что Алекс тоже думает об этом — он все чаще становился молчаливым и задумчивым. Я не спрашивала его ни о чем: мне не хотелось поднимать эту тему сейчас, было еще слишком рано. Хотя я знала, что это не так, мне казалось, что пока мы не говорим о плохом, наши счастливые дни в этом домике будут длиться вечно.