Ли Мие – «Магазин снов» мистера Талергута. Дневники грез (страница 8)

Угол верхнего этажа десятиэтажного здания компании «Сирена Глюк Фильм» выглядел так, словно пострадал от вражеской атаки. Кроме того, все здание было покрыто беспорядочными цветными кляксами, какие могли оставить пейнтбольные шарики. Пенни подумала, не разминаются ли сотрудники компании по утрам, обстреливая друг друга краской: проигравшие могли бы платить за ланч.

В конце очереди, ожидавшей поезда к офису компании Сирены Глюк, стояли двое мужчин изможденного вида. Мужчина слева в одной руке держал коробку с кинопленкой, а в другой – папки с бумагами.

– Целую неделю только и делал, что смотрел фильмы и сериалы, чтобы найти хоть одну стоящую идею.

– А ты смотри в ускоренном воспроизведении. Голоса звучат странно, но быстро привыкаешь, – дружески посоветовал его коллега.

– Спасибо, обязательно попробую. Не знаю, стоит ли опять предлагать зомби, – в прошлый раз Сирена была не в восторге… А других идей у меня нет. Ты придумал что-нибудь новенькое?

– Нет, не придумал. Предложу старый сюжет о вторжении инопланетян. Я внес в него некоторые изменения, но не уверен, что Сирене понравится… Слышал, что Эйвер из соседнего отдела работает над сном, в котором планета покрылась соляными пустынями и все живые существа постепенно маринуются и погибают… Как бы он не обошел всех нас…

Так как компания Сирены Глюк выпускала фантастические сновидения о глобальных катастрофах, инопланетных вторжениях и супергероях, сотрудникам приходилось просматривать множество кинофильмов этих жанров. Раньше Пенни завидовала им: смотрят кино, да еще получают за это зарплату, – но сейчас, видя двух усталых мужчин, поняла, что не все так просто, как кажется.

Подошел поезд, и мужчины уселись в один из вагончиков. Этот поезд был намного меньше, чем тот, на котором Пенни и ее спутники добирались до Делового района. Как и здание компании, он был разукрашен цветными пятнами, так что не оставалось никаких сомнений о конечном пункте поездки.

Пенни с таким интересом прислушивалась к разговору мужчин, что невольно зашагала за ними к поезду. Ее остановил мистер Талергут:

– Нам не нужно на поезд. А вот поторопиться не помешает.

Ухватив за рукава Пенни и Мотэля (последнего пришлось оттащить от очереди, ожидавшей поездки в «Студию Задрыха Дэйли»), мистер Талергут решительным шагом направился к Бюро жалоб.

Только вблизи стало очевидно, что «пень» – творение рук человека: необычную конструкцию покрывал искусственный материал, имитировавший кору дерева. В том же стиле была выполнена вращающаяся входная дверь. Вместе с Пенни и ее спутниками в дверь протиснулись двое туристов в пижамах, и в холле всех их встретил мужчина, облаченный в длинный зеленый сюртук и узкие штаны того же цвета – его одеяние напоминало индийский национальный костюм. Пенни заметила, что по кисти мужчины ползает крошечный жучок.

– Вы попали в Бюро жалоб. Вам не трудно было нас найти? – поприветствовал мужчина гостей в пижамах.

Медоточивый голос и тщательно подобранные слова, казалось, могли успокоить самого гневного посетителя. Лишь убедившись, что туристами занялся один из сотрудников, мужчина повернулся к другим вновь прибывшим.

– Здравствуйте, мистер Талергут. Меня зовут Палак[1]. Я провожу вас.

Медовые нотки в голосе исчезли, и эта перемена неприятно поразила Пенни. Однако Мотэль, увлеченно глазевший по сторонам, казалось, ничего не заметил.

В холле звучала спокойная классическая музыка, повсюду стояли большие горшки с растениями. В оформлении интерьера был щедро использован умиротворяющий зеленый цвет, и Пенни подумала, что зеленый костюм Палака, скорее всего, форменная одежда. Комфортная температура, идеальный уровень влажности, обилие живой зелени – все создавало уют, чего, по мнению Пенни, никак нельзя было ожидать от официального учреждения.

– Сюда, пожалуйста. Кабинет директора в конце коридора.

– У меня такое чувство, будто мы попали на тропический курорт и нас сейчас начнут обучать йоге. По-моему, тут потрясающе. Но почему тогда наши менеджеры не любят сюда приезжать? – прошептал Мотэль на ухо Пенни.

Около центрального лифта шедший впереди Палак повернул направо. Там обнаружилась стеклянная дверь, ведущая в коридор. Над входом висела довольно большая табличка с надписью:

ПРИЕМ ЖАЛОБ ПЕРВОГО УРОВНЯ

ОТ РАЗДРАЖЕННЫХ КЛИЕНТОВ

– Жалобы первого уровня? Значит, есть и второй, и третий?.. По возрастанию серьезности проблем? – спросил Мотэль, указывая на табличку.

– Совершенно верно. К жалобам первого уровня мы относим претензии по поводу неудовлетворительного сна, к жалобам второго уровня – когда сновидение негативно влияет на повседневную жизнь. Жалобы третьего уровня рассматривает сам директор – это наиболее сложные случаи, когда спать клиенту становится мучительно. Рядовые сотрудники с таким не справляются, – сухо ответил Палак и открыл стеклянную дверь.

Широкий коридор за дверью делал поворот против часовой стрелки и, судя по всему, огибал здание по периметру и заканчивался слева от центрального лифта.

По обеим сторонам коридора располагались рабочие места, разделенные перегородками, в точности как в банке или другом учреждении. Однако здесь посетитель усаживался не напротив сотрудника, через стол, а устраивался рядом, и они общались, словно добрые друзья. Как и Палак, все служащие были в зеленой одежде.

– О нет… Как же так!.. Очень вам сочувствую… – послышался участливый голос с ближайшего места. Рядом с говорившим сидел гость города в яркой цветастой пижаме, он был чем-то возбужден.

– Да-да, прошлой ночью меня во сне душил неизвестный злодей! Задыхаясь, я из последних сил молил о пощаде. От страха проснулся, но все равно чувствовал давление на шею, потому что на ней спал наш котенок!

– Сновидения могут изменяться, подстраиваясь под конкретную ситуацию… – Сотрудник потер лоб, показывая, что относится к проблеме со всей серьезностью. – Я думаю, что сон изначально был не об удушении. Когда котенок улегся вам на шею, включился защитный механизм, и ваше подсознание изменило содержание сна, чтобы вы могли поскорее проснуться. Так случается довольно часто. Понимаю, что будет непросто, но, может, попробуете не пускать котенка в спальню?

Похожие разговоры велись и справа, и слева.

Вдруг один из клиентов повысил голос, и Пенни испугалась, не случилось ли чего-то плохого.

– Мне кажется, я теряю рассудок! Утром я встаю, умываюсь, одеваюсь, обуваюсь и выхожу из дома. Все это кажется совершенно реальным, но на самом деле я продолжаю спать! Я опять просыпаюсь, но уже поздно, приходится торопиться. Мне не по себе, я включаю душ, но вода меня не освежает. Я пытаюсь стряхнуть с себя остатки сна, моюсь еще усерднее и вдруг… снова просыпаюсь в постели! И так повторяется несколько раз!

Сотрудник записывал рассказ клиента, попутно нервно листая «Руководство для работников Бюро жалоб». Вероятно, он был здесь новеньким: его лоб покрылся испариной, а лицо исказилось страданием.

– Даже я почувствовал себя виноватым, – пробормотал Мотэль, втягивая голову в плечи.

Заложив руки за спину, Палак шагал очень медленно, и Пенни приходилось смотреть под ноги, чтобы не наступить ему на пятки. Следом за ней шел Мотэль, а мистер Талергут замыкал процессию. Он молчал и, похоже, совершенно не торопился.

Миновав несколько десятков рабочих мест, они увидели перед собой еще одну стеклянную дверь с табличкой:

ПРИЕМ ЖАЛОБ ВТОРОГО УРОВНЯ

ОТ РАССЕРЖЕННЫХ КЛИЕНТОВ

Планировка этого отдела повторяла предыдущий, вот только на перегородках висели постеры «Гасим гнев с помощью дыхания», а в каждом рабочем отсеке стояла двухлитровая бутыль «Расслабляющего сиропа». Судя по тому, что общение здесь проходило спокойнее, чем в первом отделе, разговор с клиентом не обходился без чашки чая с добавлением сиропа.

– Во сне мне постоянно приходится перемещаться, но почему-то всегда необычным образом. Например, чтобы покинуть комнату, я должна прыгнуть из окна третьего этажа, а чтобы скрыться от страшного незнакомца, мне надо нырнуть в море. Иногда я вынуждена идти босиком по горящим углям. Эти сновидения отнимают все силы, и по утрам у меня все валится из рук. Я так переживаю во сне, что просыпаюсь с болью во всем теле, будто меня били, – задумчиво рассказывала посетительница в футболке с длинными рукавами, держа в ладонях чайную чашку.

– К сожалению, вы приобрели сновидение неопытных создателей снов, так что вина на них, а также на продавцах, неосмотрительно предлагающих экстремальные сновидения всем клиентам подряд. Вы сами ни в чем не виноваты. У человека даже во сне сохраняется способность ощущать абсурдность происходящего, а также работает инстинкт самосохранения. Создавать сны, игнорируя человеческую природу, совершенно неправильно. Создатели этих снов так же безответственны, как и продавцы, взявшие сновидения на реализацию.

Слова о безответственности ранили Пенни.

– По-моему, тот сотрудник преувеличивает, – собравшись с духом, сказала она. – Если бы продавцы относились к своей работе безответственно, они теряли бы и прибыль, и клиентов.

Услышавший ее Палак остановился и обернулся:

– Вы думаете, что разбираетесь лучше нашего сотрудника?

От его резкого ответа Пенни на мгновение потеряла дар речи, и вместо нее заговорил Мотэль: