Ли Киллоу – Кровные связи (страница 37)

Рано или поздно писателю придется что-то сказать, но не сейчас.

— Может быть. — Гаррет сел в машину и откинулся, на несколько минут сдавшись давлению дневного света.

— Может быть? — повторил Фаулер. — Вы прекрасно знаете, что да. Вы описали Холла. Ну, так какая же связь?

Может, стоит побольше довериться Фаулеру?

— Это был Холл. Связь — фонд Фило. Но так как Гарри и компания тоже рано или поздно придут к этому, знакомясь с адресной книгой Холла, мы не можем прямо отправляться туда. — Гаррет закрыл глаза. — Поезжайте на Юнион-стрит. Придумаем что-нибудь по пути.

7

От соседних викторианских домов здание фонда отличали только занавеси на окнах вместо коммерческих витрин и скромная медная табличка у двери, к которой вела небольшая кирпичная лестница. На табличке надпись «Фонд Фило». Ниже: «Звонить!»

Гаррет нажал кнопку звонка.

Минуту спустя дверь отворила стройная молодая женщина; модное платье и пышная прическа делали ее похожей на манекенщицу. Вместе с нею из дома вырвался смешанный запах корицы и гвоздики.

— Добрый день. Чем я могу… — Она смолкла, глядя мимо писателя на Гаррета.

Желудок у него свело. Она узнала, кто он! Если что-нибудь скажет в присутствии Фаулера…

Но она сказала только:

— Пожалуйста, входите.

Гаррет пошел вслед за ней и Фаулером, чувствуя, будто идет по минному полю.

Судя по внутреннему убранству дома, фонд Фило, несмотря на свой некоммерческий статус, не испытывает недостатка в средствах. Гаррет невольно сравнивал дешевую мебель и плакаты на стенах кризис-центра, в котором работает Строда, с толстыми коврами, кожаными креслами, современными скульптурами и оригиналами картин в приемной фонда. Острый запах стал еще заметней, он совершенно перекрыл запах крови.

Молодая женщина села за стол, отделанный хромом и стеклом. На табличке гравировка: «Мереса Ранни».

— Чем могу быть полезна, мистер?..

Фаулер улыбнулся ей.

— Уорвик. Ричард Уорвик. Несколько лет назад в вашей организации работала моя знакомая. Я оказался в вашем городе и решил разыскать ее. Коринна Барлоу.

Пока Фаулер разговаривал с дежурной, Гаррет принялся бродить по комнате, стараясь выглядеть просто любопытствующим, постоял у окна, коснулся скульптуры, рассматривал картины и все время украдкой изучал дом.

— Коринна Барлоу? — Дежурная нахмурилась. — Простите, но я ее не знаю. А что она здесь делала?

В задней стене большой камин и дверь рядом с ним. Ничто не показывало, что может находиться за дверью. Гаррет вспомнил двойные скользящие двери в прихожей. Вероятно, ведут в то же помещение, что и эта дверь. Что там, за ней? Административные помещения?

— Коринна работает с компьютерами, — сказал Фаулер.

Об этом было случайное упоминание в отчете о деле.

Гаррет смотрел на дверь в прихожей. За ней виднелось начало лестницы. Но что наверху?

Дежурная нахмурилась сильней. Она покачала головой.

— Простите. Боюсь, что… — Тут у нее перехватило дыхание. — Я вспомнила! Англичанка. Я о ней совершенно забыла, она так недолго тут работала.

— Ее уволили? Черт возьми! — Фаулер прекрасно разыграл разочарование. — Не знаете, куда она ушла?

— Ее не уволили. — Красивое лицо женщины приняло сочувственное выражение. — Мне жаль сообщать вам об этом. Она погибла в автокатастрофе через пару недель после приезда.

Фаулер изобразил шок и горе с мастерством профессионального актера.

— Черт возьми! — говорил он с трудом. Потом слегка улыбнулся. — Ну, спасибо. Простите за беспокойство. — И он направился в прихожую.

Гаррет переместился так, чтобы, глядя на него, дежурная не видела прихожую.

Она с удивлением смотрела на него.

— Разве вы не с тем джентльменом?

— Нет, мы только столкнулись на лестнице у входа. Я Алан Оснер.

Передняя дверь открылась и закрылась. Фаулер скользнул мимо нее и направился в глубь дома.

— Я остановился у Леонарда Холла… Простите, — торопливо добавил он, видя, как ее глаза наполнились слезами. — Я не хотел вас расстраивать. — Про себя он с удовлетворением отметил ее реакцию. Здесь Холла хорошо знали… очень хорошо.

— Все в порядке, — она порылась в ящике стола. — Уже прошло.

— Вы знали Леонарда?

— Он был президентом нашего филиала. — Она извлекла из ящика платок. Осторожно промокнула глаза и с помощью маленького зеркальца из того же ящика осмотрела нанесенный ущерб. — Это ужасно… а кого вы ищете, мистер Оснер?

Фаулер начал подниматься по лестнице на второй этаж.

— Мисс Ирину Руденко. Экономка Леонарда сказала, что я могу найти ее здесь.

В начале лестницы Фаулер посмотрел на Гаррета, потом продолжил подъем.

— Простите, — сказала дежурная. — Мисс Руденко сейчас здесь нет. Не хотите ли оставить ей записку?

— Нет, я бы хотел встретиться с ней лично. — Он заставлял себя говорить небрежно. — У вас есть ее телефон?

— Я не могу давать такую информацию, сэр.

Гаррет небрежно снял очки.

Такие невероятно голубые глаза — должно быть, результат специальных контактных линз. Но величина и глубина их принадлежат ей, и на мгновение Гаррет задумался, может ли вампир быть пойманным глазами жертвы. Он заставил себя не заглядывать глубоко в эти омуты.

Ошибка. На ее длинной шее заметно бился пульс. Мучительный запах ее крови долетел до него, перекрыв острый аромат пряностей. Голод вспыхнул с новой силой. Она тоже смотрела ему в глаза, как будто узнавала его. Его жгло предчувствие… она в его руках, покорная, несопротивляющаяся, ее пульс бьется у него под губами, он нащупает его языком… и почувствует изысканный соленый вкус крови. Он двинулся через стол к ней.

В ушах его прозвенел смех — издевательский смех Лейн.

Гаррет с ужасом пришел в себя. Отпрыгнув, он торопливо надел очки и сунул руки в карманы, чтобы унять их дрожь. Попытался говорить спокойно.

— Может, Ирина зайдет позже?

Дежурная смотрела на него с выражением только что проснувшегося человека, который пытается сориентироваться.

— Я… не знаю. Мистер Холл поручает… поручал ей управление этим помещением, потому что ее мать работает в фонде в Женеве, но так как она здесь все же не работает, мы никогда не знаем… — Она немного поколебалась, потом улыбнулась. — Ну, я вам скажу.

Волосы у него на шее зашевелились.

— Почему именно мне?

Она ослепительно улыбнулась.

— Конечно, из-за вашей ауры. Здесь почему-то в основном бывают люди с черной аурой. Понимаете, у меня свойство видеть ауру. Я обычно не говорю об этом: люди смеются или начинают нервничать, будто я могу прочитать их мысли. Но те, что работают в организации, не возражают. Миссис Кейн, секретарь мистера Холла, даже сказала, что именно из-за этого меня приняли. Обычно я вижу черную ауру вокруг умирающих, но ваша аура не такая. Она… яркая, если это имеет смысл… очень насыщенная, напряженно-черная. Очень редкая. Такая же у мисс Руденко. И еще у техника, который работает по ночам в банке крови. Англичанка, которую искал тот джентльмен, тоже имела такую ауру.

Гаррет медленно выдохнул. Должно быть, это и есть та связь, на которую намекали Рики и экономка Холла. Он вспомнил кровь в холодильнике Холла. Сколько крови, собранной фондом Фило, не попадает в больницы?

— Вы думаете, это наследственное? — спросила дежурная. — Может, вы ее родственник.

Голод по-прежнему грыз его. Гаррет избегал смотреть на ее горло.

— Да, мы кровно связаны. Вы хотели что-то сказать мне об Ирине.

— О, да. Она приходит по вечерам, вероятно, устав бродить по городу. Мы тогда закрываемся, конечно, кроме банка крови. — Она указала на потолок. — Когда придете снова, сошлитесь на Мересу.

В прихожей Фаулер быстро спустился по лестнице и скользнул в дверь. Входная дверь открылась и закрылась, мгновение спустя Фаулер торопливо вошел.

— Прошу прощения, но…