Ли Чиён – Разбитое сердце (страница 76)
Она подождала, пока машина начальника не скрылась из виду.
«Уф, впервые за столько времени мы начали ладить. Зачем я вообще спросила про его маму? Как всегда, все порчу!» – рассуждала Юми, медленно идя к пабу «Книги & Пиво».
– Ой, что это? – Юми почувствовала в кармане какую-то вещь. Конфетка. Кажется, она случайно взяла лишнюю в ресторане. Остановилась, разглядывая находку.
«Надо было отдать ее директору, когда мы прощались. Я могла показать ему свой способ съесть карамельку…» – Юми вспомнила, как он взял ее за руки, и ей почудилось, что снова чувствует тепло ладоней Чинука. Перед глазами всплыло его приближающееся лицо… Сердце в груди забилось, затрепетало. Юми повернулась к дому, прижав ладони к горящим щекам.
– Нет, ты посмотри на ее скулы! Точно вся обколотая! – взволнованно кричала Михи, сидя перед телевизором.
Там крупным планом показывали лицо актрисы из сериала.
Ее не интересовали гостинцы, которые привезла Юми, она буквально прилипла к экрану, комментируя внешность модели:
– Даже издалека видно – вся в ботоксе! Смотри, смотри! Вон след на подбородке справа остался!
– Да вижу, вижу! Все-то ты замечаешь, – проворчала Юми.
Она разрезала напополам пельмешку и положила кусочек в рот Тонгу.
Мать все не унималась:
– Эта Кёнэ стала актрисой только благодаря мне! Если бы я не вышла замуж и не завершила карьеру, то была бы на ее месте! И стала бы такой же популярной!
Всякий раз, когда Михи видела по телевизору Но Кёнэ, начинала жаловаться Юми, которая слышала это столько раз, что уже наизусть помнила все фразы матери.
– Кто меня тогда вообще тащил замуж? Могла бы сниматься в сиквелах «Сейчас взорвется!» и была бы звездой!
Юми задумалась: «Если бы она тогда не вышла замуж за моего отца, то я бы не родилась. Возможно, все были бы счастливы. Мама не вздыхала бы, сожалея об упущенных возможностях, а надо мной не издевались бы в школе…»
В голове всплыл разговор с Чинуком.
Вспомнив печальное лицо директора, она сама загрустила.
– Как же бесит!
Из воспоминаний ее вырвал очередной возглас мамы:
– Да чем она лучше?! И лицо, и тело – мы выглядим одинаково хорошо! А у меня даже ботокса нет! Да, Тонгу? – Михи наклонилась к сыну, и тот резво кивнул с набитым ртом, а потом прищурился, будто любуясь мамой. – Один ты меня поддерживаешь!
Она взяла мальчика на руки и поцеловала в пухлую щечку. Его улыбка успокаивала.
– Как хорошо вы смотритесь вместе! – с улыбкой сказала Юми.
И сказала это искренне. После развода Михи настояла на опеке над Тонгу и отказалась от алиментов, лишь бы не расставаться с сыном.
Несмотря на все инфантильные выходки Михи и издевательства, которые Юми пришлось терпеть в школе из-за ее работы, она все равно любила мать. Ведь та никогда не отказывалась от дочери, как бы трудно им ни приходилось.
Когда отец Юми разбился в автокатастрофе, для них наступили тяжелые времена. Один богатый мужчина предложил Михи выйти за него замуж, но поставил условие, что Юми будет учиться за границей и не станет вмешиваться в их жизнь. Михи отказалась. «Не нужен мне брак, если не смогу быть со своей доченькой! Так что проваливай! Проваливай!» – ответила она тогда.
Ей претила мысль расстаться с дочерью. Они прошли через множество испытаний, часто не могли договориться, однако для Михи дочь всегда была на первом месте. Юми поняла, что благодарна маме за то, что она всегда была рядом.
Снова вспомнила печальные глаза Чинука.
«Теперь понятно, почему тогда он даже не притронулся к моей каше. Наверное, оно и к лучшему, ведь я впервые готовила такую и наверняка сделала не такой вкусной, как у его мамы. Теперь хочу научиться готовить кашу с морскими ушками. В понедельник попрошу рецепт у Джени», – думала Юми, ложкой разламывая пельмень для Тонгу.
Чернушка печально замяукала, завидев Чинука у входной двери.
«Ох, я, наверное, пропах курицей?» – подумал он, поднес рукав к лицу и принюхался.
Кошка заплакала громче.
– Прости, милая. Совсем забыл привезти тебе гостинец. Тем более что теперь у тебя есть, о ком заботиться, кроме меня.
Чернушка легонько прикусила ладонь хозяина, обиженно глядя ему в глаза. Она не могла говорить, но все было ясно без слов.
– Хорошо, в следующий раз привезу курицу и тебе. Открыл для себя место, где ее очень вкусно готовят. Тебе тоже понравится, – сказал Чинук, гладя кошку по голове, и вдруг осекся.
«Что я только что сказал? Ха, я же не собираюсь вернуться туда?» – Он негромко рассмеялся. Собственные мысли потрясли его.
Чернушка поняла переживания Чинука и запрыгнула к нему на колени.
«Могу же я рассказать все Чернушке?» – вздохнул он.
– Знаешь, давно у меня не было такого вкусного ужина. И не помню, когда так хорошо проводил время. Я действительно был счастлив… Потому что был с ней.
Чинук понял, что завтра суббота и они с Юми не увидятся. В сердце кольнуло. Он прислонился головой к стене, закрыл глаза и начал гладить Чернушку. Кошка довольно замурчала и закрыла глаза.
Михи скрипнула дверью шкафчика, и Юми недовольно заворочалась во сне. Затем тяжело вздохнула, повернулась и обняла Тонгу, лежащего рядом. Он зарылся в теплые объятия сестры.
«Мои кровиночки, так похожи! Особенно когда спят», – умилилась Михи, глядя на детей. Те крепко спали в обнимку. Михи взяла одежду, косметику, как можно тише закрыла шкафчик и вышла из комнаты.
Сегодня у нее назначена встреча с Кан Чэсоном, директором телеканала «Эн-Би-Эн». Он вручил ей свою визитку и обещал познакомить с лучшим продюсером. Если она не получит роль сразу, то хотя бы заведет полезные связи. Однако до тех пор надо было держать это в строжайшем секрете от Юми.
Ей точно не предложат роль в откровенном фильме вроде «Сейчас взорвется!», но кто знает? Может, на канале захотят снять историю любви с актерами ее возраста? Михи была согласна и на такое, и даже на романтические сцены с поцелуями.
Проблема была в Юми. Она ни за что не позволила бы маме вновь сниматься.
«В наши дни актрисы среднего возраста тоже довольно популярны. Всегда есть шанс. Тем более я в хорошей форме, выгляжу не хуже юных актрис. В любом случае стоит попробовать! Я еще в самом соку!» – размышляла она, бормоча себе под нос.
Выйдя из комнаты, ушла на кухню, тайком переоделась и накрасилась. Затем бесшумно вышла и осторожно спустилась по лестнице. В этот момент к пабу подъехал Хёнтхэ на скутере.
– Ого, отлично выглядите, собираетесь куда-то? – удивленно спросил парень, снимая шлем.
Михи надела обтягивающее платье, черные чулки и убийственно высокие каблуки. На ее губах была ярко-красная помада.
– У меня сегодня важная встреча на телевидении, – лучезарно улыбнулась она. – Сможешь меня подвезти?
– Да, конечно!
Было субботнее утро, до пробок оставалось несколько часов, поэтому дорога до телецентра заняла мало времени. Михи осторожно слезла со скутера, сняла шлем и передала его владельцу.
– Спасибо! Только, пожалуйста, не говори Юми. Это большой секрет!
– Конечно. Удачи на встрече!
Женщина слегка подмигнула Хёнтхэ и исчезла в дверях здания. Он проводил ее теплым взглядом и уже надел шлем, когда кто-то окликнул его:
– Эй ты!
Не задумываясь, повернулся на голос. К нему подошла Хэри и буквально швырнула в него пакетом с одеждой, предоставленной для съемок.
– Ты из магазина? Забирай.
– Что? – Хёнтхэ озадаченно поднял пакет. Он понятия не имел, что происходит. Однако Хэри лишь поморщилась и раздраженно бросила:
– Тебе уже заплатили за доставку? Чего как вкопанный застыл, забыл свои обязанности?
Хэри недовольно достала из своего кошелька купюру в пятьдесят тысяч вон и сунула ее в карман Хёнтхэ.
– Сдачу оставь себе.