Ли Чиён – Разбитое сердце (страница 68)

– Какой хороший мальчик. Тонгу, зайчик мой. – Михи потрепала его за пухлую щечку.

– Какой очаровательный малыш, – сказала какая-то женщина, сидевшая от них через проход.

Похоже, Тонгу так мило ел картошку, что она просто не смогла промолчать.

– Такой смышленый, – добавила она.

Михи улыбнулась ей и повернулась к сыну:

– Тонгу, что нужно сделать?

Мальчик послушно встал и поклонился женщине.

– Сколько тебе лет?

– Два.

Тонгу выпрямился, вернулся за столик и взял куриный наггетс своей крошечной ладошкой. Он улыбнулся и откусил кусочек.

– У вас такой хороший внук.

– Внук?

Улыбка сползла с лица Михи. Она обиженно взглянула на чересчур любопытную даму.

– Вам кажется, это мой внук? Я что, похожа на старушку?

– Ой, не хотела вас обидеть. Извините.

Вскоре женщина ушла, почувствовав себя слишком уж неловко. Тонгу проводил ее взглядом и посмотрел на недовольную Михи. Что это такое, «внук»? Странно, но в Сеуле он очень часто слышал это слово, и всякий раз при этом мама сердилась. Только не понимал почему. Возможно, стоило спросить у Юми. Она должна была объяснить.

– В… нук, – прошептал мальчик.

Может, это какая-то еда?

Перед ужином повара собрались в столовой, наслаждаясь последними минутами перерыва. Но Юми не могла отдыхать: сидела в стороне от всех, на дальнем краю стола, и составляла меню, то и дело проверяя время на телефоне.

«И еще… Сегодня вечером будет совещание рекламного отдела, подготовьте двадцать порций ужина».

«Двадцать порций…» – думала она и понимала, что времени нужно куда больше, чем утром. Готовку следовало начать прямо сейчас. Осознав это, встала и пошла к кухне, на ходу набирая номер Учжина. Он сказал только то, что ужин нужен на совещание рекламного отдела, но не уточнил ни времени, ни места его проведения. После нескольких гудков секретарь взял трубку.

– Алло? – его голос звучал невозмутимее обычного.

– Здравствуйте, это Ли Юми.

– А, хорошо. Только хотел позвонить вам.

«Вспомнил, что не все рассказал, и решил уточнить детали», – предположила Юми, а вслух спросила:

– Скажите, пожалуйста, куда мне доставить ужин? Вы говорили, что он пройдет на совещании рекламного отдела. Значит, принести в большой конференц-зал? Или…

– Я прошу вас приехать в больницу.

– Что? Зачем?

«Действительно неожиданно. – Юми не знала, что и думать. – Они же не будут проводить совещание в больнице?»

– И никому об этом не говорите. Коллегам тоже.

– Да, поняла. А что случилось?

Она услышала, как Учжин тяжело вздохнул.

– Генеральный директор потерял сознание, – ответил он.

Юми застыла на месте.

Что? Генеральный директор? Мистер Привереда упал в обморок?

Глава 16

Ты мне должна

Юми неслась по коридору в поисках личной палаты Чинука. Как доехала до больницы, не помнила. После звонка Учжина сразу выбежала на улицу и поймала такси. Дальше все было как в тумане. Она должна была убедиться, что с Чинуком все в порядке, и до тех пор не могла ни о чем думать. Через десять минут поисков нашла нужную палату. Она даже забыла постучать и просто распахнула дверь. Учжин, стоявший у кровати, почувствовал ее движение и повернулся. Юми быстро перевела взгляд на кровать позади него. Директор в больничной пижаме лежал под капельницей. Его глаза были закрыты.

– Что случилось?

Вместо ответа Учжин кивком указал на босса. Было непонятно, спал он или лежал без сознания.

– Директор? Директор?! – Только после того, как Юми позвала его во второй раз, Чинук пошевелил губами.

– Кто это? – еле слышно прошептал он. – Как ты узнала?

– Я позвонил, – вмешался Учжин. – Вам ведь стало плохо из-за ее ланч-боксов.

Юми нахмурилась, переводя взгляд то на одного, то на другого.

– Что вы имеете в виду? Он съел мой обед вместо заказанного Чу Хэри?

– Да. И не один, а почти четыре, – сказал Учжин, показывая четыре пальца. – Директор пожаловался на внезапную боль в животе, когда ел четвертую порцию, поэтому я сразу отвез его в больницу.

– Так, все, хватит, – оборвал их Чинук.

Секретарь поймал злобный взгляд и молча отступил.

– Мне нужно переговорить с врачом, так что извините меня.

Учжин вышел из палаты, оставив их вдвоем. Повисло неловкое молчание.

– Если не собираешься уходить, то лучше сядь. И так голова болит, – первым заговорил Чинук, глядя на Юми снизу вверх.

– Вы съели обед, который я приготовила? – осторожно спросила она, присаживаясь рядом с кроватью.

Чинук опустил глаза, но все и так было ясно. Ему снова удалось удивить ее.

– Зачем вы столько съели? Могли просто выкинуть контейнеры.

– Выкинуть?! – скривился Чинук. – Вспомни, что ты сказала в тот раз? Сама злилась на меня за то, что я выбросил обед, не притронувшись к нему. Еще и в кабинет ломилась.

– Что? О чем вы?

Вдруг Юми вспомнила:

«Тогда, пожалуйста, передайте генеральному директору… Я прошу его больше не выбрасывать еду. Если ему не нравится, хотела бы узнать, что и как мне следует готовить».

«Наён определенно сказала, что его не было в кабинете… Она не могла солгать, тогда как директор услышал?»

– Значит, вы все слышали? Ха-ха, – засмеялась Юми и тут же осеклась.

– Я видел это собственными глазами. Ты тогда была как разъяренная медведица, а не бизониха… Будто еще чуть-чуть, и ударила бы кого-нибудь. Характер у тебя, конечно, тот еще.

«В чем-то он прав. Иногда я поднимаю руку на Хёнтхэ», – подумала Юми.

– Ну, не прямо ударила бы… – Она неловко улыбнулась.

– Значит, у тебя сегодня нет планов с твоим парнем? – спросил Чинук будто невзначай, пристально глядя на нее.

– С парнем? – удивилась Юми. – А, вы о Хёнтхэ. – Она поняла, о ком идет речь, и медленно покачала головой.

Хёнтхэ попросил в таких случаях говорить, что они пара, но ей не хотелось снова врать.