Ли Чиён – Мечты сбываются (страница 67)

– Кошмар… В следующий раз нужно будет просто что-нибудь заказать.

Готовка – это важно, но не менее важно и убирать за собой. Об этом должен знать даже такой начинающий повар, как Михи. С недовольным стоном Юми закатала рукава. Она подняла валявшиеся на полу обрезки и принялась за мытье скопившейся в раковине посуды.

Закончив с уборкой на кухне, девушка вышла из кухни, и в глаза ей тут же бросились разбросанные игрушки.

– Тонгу, давай ты сегодня поиграешь вот с этим, а остальное я сложу в коробку?

– Ага.

Она взяла стоявшую в углу комнаты коробку и начала собирать разбросанные по полу игрушки. В это время по телевизору показывали какое-то утреннее ток-шоу.

Юми уже собиралась отодвинуть коробку обратно в угол, когда услышала то, чего никак не ожидала.

– Поприветствуем актрису из фильма «Сейчас взорвется!» Чо Михи!

Девушка удивленно уставилась на экран. Разодетая Михи уверенной походкой вошла в кадр.

– Мама! – воскликнула она.

Когда женщина грациозно присела на диван, ведущий улыбнулся в камеру:

– Сегодня в прямом эфире я возьму интервью у актрисы Чо Михи.

– Кёнэ, наверное, обзавидуется, когда увидит, что позвали только меня, – пошутила Михи.

Зрители в зале засмеялись. Женщина невинно улыбнулась, скрывая свою неприязнь к коллеге по цеху. Она прекрасно понимала, что месть – это блюдо, которое следует подавать с улыбкой на лице…

– Понимаю, что тема деликатная, но не могу не спросить. Насчет скандала с генеральным директором компании «Тэбок групп» Чха Чинуком. Реакция на него стала еще более бурной, после того как обнаружилось, что одна из участниц этого скандала – ваша дочь. Это правда?

– Да, это правда, – спокойно ответила актриса.

Интервью организовал директор Кан и продюсер Чон, которые сказали ей: «На самом деле, это вовсе не плохо. Благодаря скандалу о вас узнало больше телезрителей. Однако пускать все на самотек тоже нельзя».

Конечно, черный пиар – тоже пиар, но у Кана и Чона было другое мнение на этот счет. Сюжет нового сериала с участием Михи был тесно переплетен с этим скандалом, поэтому мужчины решили работать над продвижением, а не сидеть сложа руки до тех пор, пока все слухи сами не утихнут.

В сериале Михи играет роль известной в молодости актрисы, которой пришлось пережить много трудностей и с большим трудом удалось вернуться на экран. Она всегда боролась с предрассудками, с которым сталкивалась, будучи актрисой, и была возмущена, узнав, что ее дочь подвергается травле. Сюжет сериала удивительным образом совпадал с ее настоящей жизнью.

– Люди осуждают мою дочь, потому что она якобы соблазнила директора Чха. Почему они так решили? Потому что я снялась в эротике? Это моя работа. Актриса есть актриса, в каких бы фильмах сниматься ни приходилось. Дочери актрисы, пусть даже из фильма для взрослых, что, не позволено с кем-то встречаться? А дочери священника, получается, нельзя ругаться или, например, сходить в клуб?

– Вы правы. Золотые слова, – закивал ведущий.

Среди зрителей тоже раздались одобрительные возгласы: «Да, верно», «Чистая правда».

– Человек – не то же самое, что и его работа. Пожалуйста, научитесь различать эти вещи. Нельзя осуждать людей из-за их работы, если только они не какие-нибудь мошенники.

– Я полностью согласен с вашими словами. Слышал, ваша дочь подвергалась травле в средней школе.

– Да. Сама недавно узнала, и это… было очень неприятно. Дочка не хотела меня расстраивать, поэтому ничего не говорила и справлялась со всем в одиночку, – голос Михи задрожал, и она утерла выступившие слезы. Но, заметив, что на камере крупного плана загорелся красный огонек, женщина посмотрела прямо в нее и сказала: – Ли Юми! Ты не сделала ничего плохого. Уважай себя! Это не твоя вина, а вина тех, кто над тобой издевался. Что за родители позволяют своим детям-школьникам смотреть фильмы для взрослых? Вот чего нужно стыдиться.

На глазах Юми, сидящей перед экраном телевизора, выступили слезы.

– Мам… Чего тебе на месте не сидится?.. Нашла, чем хвастаться на интервью…

Но все же она была благодарна Михи за готовность постоять за нее перед всем миром.

– Тебя не остановить… – с губ утирающей слезы девушки сорвался нервный смешок.

– А? Сестла? – услышав смешок, Тонгу оторвался от своих игр и серьезно посмотрел на Юми. – Нельзя смеяться, когда плачешь, – мальчик начал переживать за сестру. – И сто мне с тобой делать? – вздохнул он.

– Всем приходится сталкиваться с предрассудками. Не падайте духом.

Чинук смотрел вчерашнее интервью с Михи на своем компьютере. Он улыбнулся словам актрисы и снова опустил взгляд на документы.

– Директор, вы не пойдете на заседание совета? – с нескрываемой тревогой в голосе спросил стоявший рядом Учжин.

Секретарь предполагал, что как бы президент Чха ни злился на сына, он ни за что не откажется от идеи передать ему компанию. Но если гендиректор не появится на заседании, то все может измениться.

– Осталось пять минут, – помощник тревожно смотрел то на наручные часы, то на начальника. – Если выйдем сейчас, то как раз успеем…

– Сейчас встреча у команд, ответственных за маркетинг и за упаковку?

– Да, но зачем вам?

Вместо ответа Чинук закрыл папку с документами и встал из-за стола.

– Пойдем.

– Да, конечно! Нужно держать совет директоров под кон… – обрадовался Учжин, но тут же побледнел, услышав последовавшие слова босса.

– Посмотрим, как проходит встреча у команд.

– Что? Так вы туда собрались?..

Не оборачиваясь на секретаря, Чинук вышел из кабинета, а Учжин недоуменно последовал за ним.

С начала заседания прошло уже двадцать минут, но гендиректор так и не появился. Президент Чха с мрачным выражением лица подозвал к себе секретаря Кима.

– Выясни, что случилось.

Вскоре Ким вернулся и тихо сообщил что-то президенту Чха на ухо.

– Что?! Он в своем уме? – с перекошенным от злости лицом Тэбок вскочил с места.

– Сразу скажу, что ни к чему вас не принуждаю, – спокойно произнес Чинук, осмотрев собравшихся в зале сотрудников. – Согласны уйти со мной – уходите, если хотите остаться – оставайтесь. Даже без меня вам будет не о чем волноваться. Объединив усилия, новый руководитель и члены правления продолжат развивать компанию.

Сотрудники потеряли дар речи после такого. Они сидели, разинув рты, и даже не переглядывались. Стоявший позади Учжин побледнел, как будто вот-вот упадет в обморок, и схватился за голову: «Может, я не так понял? Он что, покинет компанию и создаст свой стартап?» Он стоял позади Чинука, поэтому не мог видеть его лица, но было очевидно, что начальник не шутит.

– Если вы пойдете со мной, то я приложу все усилия, чтобы поддерживать вашу зарплату и условия работы на уровне «Тэбок».

Вот после слов про деньги сотрудники наконец начали перешептываться между собой. Никто не был готов работать на чистом энтузиазме.

– Компания новая, поэтому работа будет интереснее, чем здесь. С другой стороны, я не могу гарантировать развития до уровня «Тэбок групп». Не хочу заманивать вас пустыми обещаниями. Идите за мной, только если вы готовы к новым вызовам.

Люди колебались. Кто рискнет бросить стабильную работу в крупной компании ради стартапа? Но «Тэбок» было трудно представить без Чинука…

Учжин беспокойно грыз ногти: «Безумие какое-то! Долг велит идти за директором, но это расстроит Джени, а если следовать зову сердца и остаться с ней, то грустить будет Чинук…» Секретарь не мог выбрать ни один из вариантов. Если он уволится из «Тэбок», то служебному роману придет конец, а ведь и полгода не прошло еще с тех пор, как они начали встречаться…

– Значит, никто? – спросил гендиректор.

Сотрудники переглядывались друг с другом, но желающих уйти вслед за младшим Чха не было. С таким лицом, будто он вот-вот заплачет, Учжин поднял руку. Кто последует за Чинуком, если даже его правая рука не решается? «Прости меня, любовь моя!» – отчаянно подумал секретарь. После него руки подняли еще парочка сотрудников.

– Я устроился сюда, чтобы работать с вами, директор, так что…

– Вы не можете уйти один.

– Спасибо всем, – улыбнулся Чинук.

В этот момент дверь распахнулась и с громким стуком ударилась об стену.

– Президент!

Растерянные сотрудники повскакивали со своих мест. Чинук, сохраняя спокойствие и не вставая с кресла, медленно обернулся.

– Заседание совета директоров проходит не здесь, – равнодушно произнес он.

– Что ты сказал?! Уходишь из «Тэбок»? Ты в своем уме?

– Конечно, – младший Чха холодно посмотрел на отца. – Я оставляю свою должность, роль наследника – все. Эта должность досталась мне лишь потому, что ты попал в больницу три года назад. Теперь, когда все наладилось, можешь нанять профессионала.