Ли Чайлд – Время свободы (страница 23)
Этому подставному лицу Эмерсон уже платил наличными, в последний раз, когда имел с ними дело. Единственный раз. Чтобы его сына Кайла доставили на это судно. Кайл, конечно, был в отчаянной ситуации. Но того, что ему было нужно, так и не получил. А вместо этого получил то, что его и убило.
В последний раз Эмерсон выложил много денежек. Это была ошибка, и он ее больше не допустит. Связываться с этими людьми нельзя вообще, это было бы еще большей ошибкой. Но вот если бы подставной глава организации заглотил наживку, ошибку совершил бы именно он. Это уж точно, черт побери. Да, именно он. И люди, на которых этот глава работает. А самое главное, те люди, что стоят за ними. И контролируют источник отравы, убившей Кайла. Ведь Эмерсону хотелось не просто отрубить руку, которая протягивает людям отраву. Он хотел уничтожить весь организм этого зверя. Испепелить каждую его клеточку.
Если бы только он заглотил наживку…
Эмерсон вздохнул и нажал «отправить». Ноутбук едва слышно тренькнул. Послание с экрана исчезло. Эмерсон представил его себе как несущийся по Интернету поток единиц и нулей. Перебрасываемый по всему миру одним неотслеживаемым сервером к другому. Возможно, достигающий пункта назначения. Возможно, и нет. Возможно, кем-то прочитываемый. Возможно, и нет. Может быть, звучащий для номинального главы организации вполне убедительно. Играющий на его алчности. Обходя любой, даже вызывающий подозрение, намек: с чего бы это столь недавний клиент вздумал снова вернуться на рынок.
А может быть, и нет.
За долгие годы Ричер успел уже потерять счет тем людям, которые наставляли на него ствол пистолета. Человек с пальцем на спусковом крючке частенько бывает зол. Иногда испуган. Или решителен. Или пребывает в эйфории. Или испытывает облегчение. Порой профессионально обучен и спокоен. Но такого выражения лица, как у Ханны Хэмптон в эту минуту, Ричер в подобных ситуациях еще не видел. Она явно была смущена.
– Простите меня, – сказала она. – Мне кажется, что на девяносто девять процентов я не права. Что я сошла с ума. Но я должна знать наверняка.
– Знать что? – спросил Ричер.
– Зачем вы приходили к Сэму.
– Я говорил зачем.
– Вы рассказали мне какую-то байку. Откуда мне знать, что это правда?
– Вы же разговаривали с инспектором Хэрвудом. Он все подтвердил.
Ханна помотала головой:
– Нет, он подтвердил только то,
– Помогаю ему.
– Зачем?
– Анжелу убили. Сэма тоже. Кто-то же должен заняться этим делом.
– Да. Этим должна заниматься полиция. Это их работа. Инспектору в этом помогает целый отдел. Для чего ему ваша помощь?
– Он столкнулся с некоторыми… организационными затруднениями.
– Какими, например?
– Это не важно. Важно сейчас только вот что: хотите ли вы, чтобы убийца Сэма разгуливал на свободе или нет.
– А что, если тут все не так-то просто?
– Нет, тут именно все просто.
Ханна помолчала, но ствол так и не опустила.
– У меня вот какая проблема, – сказала она. – Где-то в мозгу у меня верещит голос, ну никак не хочет умолкнуть. И все повторяет, что вы единственный человек, который знает, что Анжелу убили. Вы единственный человек, кто знает, что у Сэма не было никакого сердечного приступа. Вы единственный, предположивший, что Анжела отправила Сэму какие-то тайные улики. И вы единственный, кто отправился на их поиски.
– Вот почему Хэрвуду и нужна моя помощь.
– Если только тут нет другого объяснения.
– Другого нет.
– А если бы вы нашли эти улики в квартире Сэма или в его почтовом ящике, что бы вы стали делать?
– Передал бы их Хэрвуду.
– Точно бы передали? Вот в чем вопрос.
– Думаете, я пытался раздобыть их для себя лично?
– Такая возможность существует. Вы должны это признать. У вас нет никакого законного права это делать. Официально вы здесь никто.
– Так вы тоже считаете, что это я убил Анжелу? А потом и Сэма? Такой вы сделали вывод?
Ричер не спускал глаз с ее пальца, лежащего на спусковом крючке. Костяшка на нем побелела. Но палец все не сгибался. Пока.
– Вы так много знаете о том, как погибли Анжела и Сэм. И почему.
– Мне этого недостаточно. Но все, что узнал, я передал Хэрвуду. Потому что я ему помогаю. Позвоните ему. И задайте вопрос, правда ли это.
– Но если вы ему помогаете, почему тогда покидаете город? Вы отыскали улики?
Ханна смотрела Ричеру прямо в глаза. И до нее вдруг дошло, что ни сумки, ни чемоданчика у Ричера нет. И карманы тоже не оттопыривались.
– Вы что, уничтожили их?
– Нет.
– Тогда почему вы уходите?
– Потому что здесь их не нашел. Надо поискать в другом месте.
– Где?
– В Уинсоне, штат Миссисипи.
– Где жила Анжела?
– Где она работала. И где наткнулась на проблему, которая привела ко всему этому.
Ханна секунду молчала.
– Вы будете искать тех, кто убил Сэма.
– Я попробую.
– Обещаете?
– Даю слово.
– Это для вас что-то значит?
Ричер кивнул.
– А если найдете того, кто убил Сэма? Что станете делать?
– Предоставлю ему возможность сдаться.
– А если он не согласится?
– Это его проблема.
Ханна опустила пистолет:
– Ну хорошо. Я вам верю. Кажется. И я очень хочу, чтобы убийца Сэма был пойман. Я могу вам чем-то помочь?
– Можете подбросить меня до Денвера. Там есть станция автобусов дальнего следования.
Послание Льва Эмерсона достигло-таки подставного шефа нужной организации. Причем почти мгновенно. И застало его как раз в таком расположении духа, когда человек бывает очень доверчив. Впрочем, может быть, того обуяла алчность. Эмерсон не знал этого в точности. Но вообще-то, ему было наплевать. Потому что тот человек ответил. Без колебаний. Сразу же. Без проволочек. Четко и ясно. Его интересовали время, место и дата.
Эмерсон отправил подтверждение. Назначил встречу. На следующий день. В десять утра.
Потом посмотрел на сидящего напротив Грэбера.
– Вели-ка доставить бочку, – сказал он. – Большую. Пора приготовить смесь.