Ли Чайлд – Без плана Б (страница 52)

Когда мужчина из Кадиллака пришел в сознание, он обнаружил, что он голый. Кончики его пальцев были в луже засохшего моторного масла. Его руки были подняты высоко над головой и привязаны электрическими кабелями к крюку тельфера. Перед ним стояла бочка, которую он видел впервые. Однако бочка была слишком далеко, чтобы попытаться ее отшвырнуть. На ее крышке лежал ковш, наподобие тех, что используют повара в ресторанах. Мужчина не сказал ни слова. Он даже не сдвинулся с места. На его лице была глубокая растерянность. Затем гнев. Он кричал. Он дергал цепи. Дергал их из стороны в сторону. Он брыкался во все стороны. Но все, что он сделал, это повредил себе запястья и содрал кожу со своих ступней.

Эмерсон услышал суету и вышел из офиса. Он подождал, пока мужчина успокоится, и сказал:

— Полагаю, ты уже догадался, но все же хочу заметить, что мы не собираемся делать вам какой-либо заказ на доставку.

Человек широко раскрыл глаза.

— А что вас интересует?

— Поставки, которые ты делал в прошлом. — Эмерсон открыл телефон, который он взял у того неудачника в Сент-Луисе, вывел на экран фотографию Карпентера и поднес ее к лицу человека из Кадиллака. — Точнее, поставки, связанные с ним.

— А что с ними? Я брал контейнер. Обычно был только один. Я доставлял его по адресу в Нью-Джерси.

— Где ты брал контейнеры?

— Зависит от того… мест было пять, я брал в одном из них. Накануне я узнавал, куда именно мне нужно ехать. Все адреса в часе езды отсюда.

— Ты знал, что в контейнерах?

— Нет.

— Не ври мне!

— Я не знал. Я никогда не спрашивал. Мне никогда не говорили. Но я не дурак… я догадывался, что внутри.

— Хорошо. А теперь поговорим о Карпентере. Где мне его найти?

— Понятия не имею.

Эмерсон открыл бочку, зачерпнул из нее полный ковш и вылил его на пол недалеко от ног пленного.

Тот попытался отодвинуть пальцы подальше и спросил:

— Что это?

— Способ стимулировать твою память. — Эмерсон вытащил спичку, проткнул палочку и поджег желе, которое он вылил на пол. — Другое его название — напалм.

Эмерсон зачерпнул еще один ковш из бочки и подошел к своему пленнику. Мужчина приподнялся на кончики пальцев и даже поднял ногу с намерением отшвырнуть ковш, если ему представится такая возможность. Эмерсон плеснул желеобразное вещество на его тело, и оно покрыло его пах и бедра.

Мужчина закричал.

— В чем дело? — спросил Эмерсон. — Я же его еще не поджег. Расскажи мне о Карпентере.

— Вы не сможете его найти. Никто не сможет. Он исчез около месяца назад. Я сам пытался связаться с ним, но не смог. Он исчез. Его нет. Конец.

— Есть ли у вас какие-то контакты в его организации?

— Он был единственным. Из соображений безопасности.

— Очень жаль. Это значит, что ты совершенно бесполезен. Ты просто куча мусора. А мы все знаем самый экологичный способ избавиться от мусора, — сказал Эмерсон и достал новую спичку.

— Подожди! Слушай… три недели назад, может, четыре, появился новый посредник. Он удаленно связался со мной и заявил, что представляет другого поставщика, но я думаю, что это те же люди.

— Почему?

— Он знал, на каких условиях я работаю. Он очень быстро согласился с моими требованиями. Кроме того, речь шла об одном и том же продукте. Те же контейнеры. Тот же пункт назначения. На данный момент у меня для них две посылки. Обе из мест, которые использовала предыдущая организация. Я также должен сделать третью доставку, забрав товар из места, где я был раньше. Это не может быть совпадением.

— Ты только что вспомнил? Разве эта история не вызвала у тебя подозрения намного раньше?

— Какая мне разница? Я подумал, что у них есть причина использовать новое имя. Новая личность. Может, у них с кем-то конфликт. Или у них были проблемы с качеством. Может, они хотели начать с чистого листа. Мне все равно, если они предоставляют мне регулярные заказы, платят хорошо и не доставляют проблем с федералами.

— Ты должен забрать третью посылку. Когда?

— Сегодня.

— Время? Место?

— В час дня. Заброшенная бумажная фабрика в пятнадцати километрах к юго-востоку от захолустного городка по имени Уинсон.

— Какие-то особые процедуры, связанные с вашим приходом на встречу?

— Нет, я подъезжаю на машине и жду. Подъезжает другой фургон. Их люди открывают двери моего, оставляют контейнер внутри, и каждый продолжает свой путь. Все заканчивается за две минуты, а мне даже не нужно выходить из машины.

— Ты пользуешься новым фургоном?

Мужчина кивнул.

— Планы на сегодня изменились. Мы пойдем вместо тебя.

— Хорошо. Все в порядке. Вы хотите, чтобы я сделал что-то еще? Спрятаться где-нибудь на какое-то время? Уехать из города на два-три месяца? Я могу это сделать. И я могу забыть ваши лица. Если кто-нибудь спросит, я никогда вас не видел. Хорошо?

Эмерсон подошел к верстаку и обыскал ящики, где обнаружил глубокий лоток, из тех, которые автомеханики используют для сбора моторного масла, которое они сливают из двигателя.

— Есть кое-что, что вы должны знать, — сказал он. — Одна из твоих поставок предназначалась моему сыну.

— Надеюсь, твой сын получил то, что ему было нужно. Это хорошо, да? Мы должны удовлетворять спрос. Если проблема в цене, это не зависит от меня. Но я готов пожертвовать свой гонорар. Ему. Тебе. Кому скажешь.

Эмерсон погрузил лоток в бочку и вытащил его полностью заполненным.

— Вы считаете, что цена была слишком высокой? Я понятия не имею, какова была цена. Я просто размышляю вслух.

— Я скажу тебе, какую цену заплатил мой сын. — Эмерсон сделал шаг вперед и вылил содержимое лотка вокруг ног мужчины. — Он заплатил своей жизнью.

— Нет! Пожалуйста! Прекрати! Твой сын умер? Это ужасно! Мне так жаль. Но я не виноват!

— Думаю, виноват. — Эмерсон зажег новую спичку. — И я думаю, что ты должен заплатить ту же цену.

Нога Ханны была на тормозе, а рычаг переключения передач — в нейтральном положении.

— Как это может быть мошенничеством? Мы же проверили компанию. Письмо настоящее. Если ты не пойдешь, тот, кто послал его, может испугаться. Он и так выглядел очень обеспокоенным. Возможно, у нас никогда не будет другого шанса поговорить с ним. Давай выясним, что случилось с Дэнни. Этот человек может оказаться нашей единственной зацепкой к убийству Сэма.

— В твоем телефоне осталась информация о компании? — спросил Ричер.

Ханна кивнула.

— Свяжись с ними. Попроси поговорить с Аланом Макинесом, — сказал Ричер.

Ханна пожала плечами, но послушалась.

Через несколько секунд прозвучал голос секретаря, который сказал:

— Простите, но мистер Макиннес отсутствует. Вы можете оставить сообщение, если хотите. Однако я должен предупредить вас, что на этой неделе мистер Макинес участвует в конференции в Австралии, поэтому ответ может задержаться.

Ханна повесила трубку и спросила:

— Откуда ты знал?

Джед Стармер хотел спрятать велосипед в надежном месте, пока не придет время вернуть его курьеру, поэтому он перебросил его через низкую каменную стену в сотне метров от тюрьмы. Он прошел остаток пути пешком.

Джед никогда не видел тюрьмы. Ему определенно не понравилось. Нисколько. Металлический забор с колючей проволокой сверху напугал его. Мальчик представлял, как он оказывается застрявшим между ее рядами. Представил, как охранники в сторожевых башнях стреляют в него. Представил, как камеры крутятся на своих подставках, и их объективы пытаются запечатлеть его побег. Прожекторы, которые освещают его, пока он тщетно пытается спрятаться. Мальчик задрожал, несмотря на теплое утреннее солнце.

Джед пробился среди рядов складных стульев и двинулся к временному забору. Он была возведен с помощью металлических перегородок, выстроенных полукругом вдоль стоянки впереди. Джед выбрал место, где он мог бы наблюдать за маленькой сценой на открытом воздухе. Мальчик предположил, что именно там пройдет самая интересная часть программы. Сцена стояла в стороне от входа, который, по-видимому, вел в тюрьму. Джед не был уверен, так как над входом был натянут тент. На другом конце сцены был припаркован автомобиль. БМВ. Черный и очень блестящий. Это была единственная машина вокруг. Она была повернута передней стороной к платформе, на которой располагались две телевизионные камеры. Большая, установленная на штативе, и меньшая, оставленная прямо на полу. Все люди, которые были в поле зрения, носили униформу. Серые с желтыми окантовками и в фуражках, как у частных охранников, которых Джед видел в торговом центре.

Джед устал, его мысли начали блуждать. Джед сначала подумал о своем отце. Сидевшим за решеткой. И он сидел там в течение многих лет, хотя он был невиновен. Он отчаянно хотел выйти на свободу. Джед не мог представить, как ужасно он себя чувствовал. Была ли та женщина в фургоне права? Не было ли его появление здесь ошибкой?

— В гараже Дэнни я нашел что-то вроде дневника, в котором он записывал все ремонтные работы на машинах, которые он делал. Почерк был такой же, как и адрес на конверте, который я видел в сумке Анжелы.

— Это значит, что Дэнни отправил письмо самому себе? — спросила Ханна.