Ли Бардуго – Девятый Дом (страница 92)

Служба была долгой, но слишком формальной – перечисление заслуг декана, речь президента, несколько слов от худощавой женщины в синем платье, которая, как поняла Алекс, была бывшей женой Сэндоу. Сегодня на кладбище не было Серых. Они не любили похороны, и эта церемония была недостаточно эмоциональной, чтобы они преодолели свое отвращение. Алекс не возражала против спокойствия.

Когда гроб декана опускали в землю, Алекс встретилась взглядом с Мишель Аламеддин и коротко кивнула – это было приглашение. Они с Доуз уже отошли от могилы, и Алекс надеялась, что Мишель последует за ними.

Они пошли по извилистой тропе налево, мимо могилы Кингмана Брюстера, где росла виргинская лещина, которая расцветала желтым каждый год в июне – почти всегда в его день рождения – и листья которой осыпались в ноябре в день его смерти. Где-то на этом кладбище было погребено первое тело Дейзи.

Когда они оказались в тихом уголке между двумя каменными сфинксами, Доуз спросила:

– Ты уверена?

На похороны она надела слаксы и жемчужные серьги, но ее рыжий пучок слегка съехал набок.

– Нет, – признала Алекс. – Но нам нужна любая помощь, которую мы можем получить.

Доуз не собиралась спорить. Когда «Лета» связалась с ней в доме ее сестры в Вестпорте, и она услышала правду о случившемся на вечеринке президента от Алекс, она тысячу раз попросила прощения. К тому же, она хотела этого квеста, этой миссии не меньше Алекс. Возможно, даже больше.

Алекс увидела, как Мишель направляется к ним по траве. Дождавшись, когда она к ним присоединится, она приступила сразу к делу.

– Дарлингтон не умер.

Мишель вздохнула.

– О чем это ты? Алекс, я понимаю…

– Он демон.

– Что, прости?

– Когда его съело исчадие ада, он не умер. Он преобразился.

– Это невозможно.

– Слушайте, – сказала Алекс. – Недавно я побывала в пограничной области…

– И почему я не удивлена?

– Всякий раз я слышала… ну, я не знаю, кто они такие – Серые? Чудовища? Каких-то созданий, которые не были людьми, на темном берегу. Они говорили что-то, чего я не могла разобрать. Сначало мне показалось, что это имя, Джонатан Десмонд или Жан Дю Монд. Но это было вовсе не имя.

– И? – на лице Мишель застыла невозмутимость. Она словно с трудом пыталась выглядеть непредвзятой.

– Джентльмен-демон. Вот что они говорили. Они говорили о Дарлингтоне. И мне кажется, что они были напуганы.

Дарлингтон был джентльменом. Но сейчас не время для джентльменов.

Тогда Алекс не обратила внимания на слова декана. Но, когда она прослушала запись их разговора, они застряли у нее в памяти. Дарлингтон – джентльмен из «Леты». Так его постоянно описывали люди. Алекс и сама таким его считала – он словно попал не в ту эпоху.

Но прошло время, прежде чем она все сопоставила и осознала, что создания на темном берегу всегда бормотали эти странные звуки, когда Алекс произносила имя Дарлингтона или даже думала о нем. Они не были злы, они были напуганы так же, как в ночь предсказания были напуганы Серые. На обряде в новолуние слово «убийство» произнес Дарлингтон, а не просто эхо – но обвинял он Сэндоу, а не Алекс. Человека, который убил Тару. Человека, который пытался убить его. По крайней мере, Алекс на это надеялась. Дэниел Тейбор Арлингтон, всегда джентльмен, мальчик с бесконечными манерами. Но во что он превратился?

– То, что ты предполагаешь, невозможно, – сказала Мишель.

– Я знаю, как это звучит, – сказала Доуз. – Но люди могут становиться…

– Я знаю процесс. Но демоны создаются только одним способом: соединением серы и греха.

– О каком грехе идет речь? – спросила Алекс. – О мастурбации? О грамматических ошибках?

– Ты на кладбище, – попрекнула ее Доуз.

– Поверь мне, Доуз. Мертвым все равно.

– Только один грех может сделать из человека демона, – сказала Мишель. – Убийство.

Доуз выглядела потрясенной.

– Он бы ни за что, никогда…

– Ты и сама убила, – напомнила ей Алекс. И я тоже. – Никогда – это сильно сказано.

– Дарлингтон? – с недоверием спросила Мишель. – Любимец учителей? Рыцарь в сияющих доспехах?

– Рыцари носят мечи не просто так, и я позвала вас не для того, чтобы спорить. Не хотите помогать, и ладно. Я знаю то, что знаю: исчадье ада было послано, чтобы убить Дарлингтона. Но он выжил, и эта тварь высрала его в аду. Мы его достанем.

– Мы? – спросила Мишель.

– Мы, – сказала Доуз.

Порыв холодного ветра ворвался сквозь деревья на кладбище, и Алекс пришлось сдержать дрожь. Казалось, это зима пыталась удержаться. Казалось, это предупреждение. Но Дарлингтон был по ту сторону чего-то ужасного и ждал спасения. Сэндоу украл у этого мира золотого мальчика «Леты», и кто-то должен был украсть его назад.

– Итак, – сказала Алекс, когда поднявшийся ветер заставил дрожать новую листву на ветвях и застонал над надгробиями, как горестный плакальщик. – Кто готов отправиться в ад?

«ЧЕРЕП И КОСТИ» – 1832

Богачи или бедняки, в смерти все равны.

Учения: экстиспиция и антропомантия. Гадание по внутренностям животных и людей.

Выдающиеся выпускники: Уильям Говард Тафт, Джордж Г.У. Буш, Джордж У. Буш, Джон Керри.

«СВИТОК И КЛЮЧ» – 1842

Властвуй над этой темной землей, чтобы ее осветить, и над миром мертвых, чтобы его оживить.

Учения: Duru dweomer, магия порталов. Астральные и эфирные проекции.

Выдающиеся выпускники: декан Ачесон, Гарри Трюдо, Коул Портер, Стоун Филлипс.

«КНИГА И ЗМЕЙ» – 1863

Все меняется, ничто не исчезает.

Учения: Nekyia или nekromanteía, некромантия и заклятия костей.

Выдающиеся выпускники: Боб Вудворд, Портер Госс, Кэтлин Кливер, Чарльз Ривкин.

«ВОЛЧЬЯ МОРДА» – 1883

Сила стаи – это волк. Сила волка – это стая.

Учения: териантропия.

Выдающиеся выпускники: Стивен Винсент Бене, Бенджамин Спок, Чарльз Айвз, Сэм Вагстафф.

«МАНУСКРИПТ» – 1952

Сон переносит нас в сон, и иллюзиям нет конца.

Учения: магия зеркал и чары.

Знаменитые выпускники: Джоди Фостер, Андерсон Купер, Дэвид Герген, Зои Казан.

«АВРЕЛИАН» – 1910

Учения: логомантия – обязывание словом и гадание с помощью языка.

Выдающиеся выпускники: адмирал Ричард Лион, Саманта Пауэр, Джон Б. Гуденаф.

«СВЯТОЙ ЭЛЬМ» – 1889

Учения: Tempestate Artium, магия стихий, вызов бури.