Ли Бардуго – Девятый Дом (страница 74)

Алекс не знала, что чувствовала из-за того, что у них с Лансом Грессангом нашлось кое-что общее.

– Что вы для него выращивали? – продолжал настаивать Тернер.

– Это было не для него. По крайней мере, поначалу. Какое-то время мы продавали траву его братству… Все это не может быть принято в качестве доказательства, так? Это не для записи? – Тернер жестом попросил его продолжать. – Ничего особенного. Пакетики по десятке, по двадцатке. Обычное дерьмо. А потом в этом году появляется эта девка Кэти…

Алекс наклонилась вперед.

– Кейт Мастерс?

– Ага. Блондинистая, смазливая, но какая-то мужеподобная?

– Расскажи побольше о том, каких женщин ты предпочитаешь.

– Реально?

– Нет, осел. Чего хотела Кэти?

– Хотела узнать, что мы выращиваем и может ли Тара найти в теплицах место для чего-то нового. Какое-то лекарственное дерьмо, там были все эти четкие правила насчет влажности и я не знаю, чего. Тара реально увлеклась работой над этим со Светой. Это заняло время, но потом оно начало хорошо расти. Я как-то попробовал, вообще никакого прихода.

Господи. Ланс Грессанг добрался до «Счастья» и даже этого не понял. Когда Алекс думала о том, сколько вреда он мог причинить, пойми он, что может контролировать людей… Но кто-то другой его опередил.

– Ты решил, что оно ничего не стоит, – сказала Алекс. – Дерьмовый приход. А потому вы продали его Блейку.

– Ага, – ухмыляясь, сказал Грессанг.

– И что вы подумали, когда он вернулся за добавкой?

Грессанг пожал плечами.

– Рад был прикарманить его бабки.

– Кейт Мастерс знала, что вы продавали «Счастье» Блейку?

– Не, она была реально дерганой. Говорила нам, что он ядовитый и все такое, что не нужно принимать его. Я знал, что она взбесится, если узнает. Но Блейк все время возвращался, чтобы купить еще, а потом привел еще одного парня, который хотел узнать, можем ли мы достать грибы.

– Кто это был? – спросил Ланса Тернер. Но Алекс уже знала, что ответит Ланс.

Ланс заелозил на стуле. Он выглядел напряженным, почти напуганным.

– Это был Колин Хатри, верно? – спросила Алекс. – Из «Свитка и ключа».

– Ага. Он… – Ланс откинулся на стуле. Показная бравада его покинула. Он смотрел на стену так, словно ожидал найти на ней ответ. Время шло, но Алекс и Тернер продолжали молчать. – Я не знал, во что мы впутались.

– Расскажите, – сказал Тернер. – Расскажите, как это началось.

– Тара вечно пропадала в теплицах, – сбивчиво сказал Ланс. – Возвращалась поздно, смешивала всякое дерьмо допоздна, смешивала грибы я не знаю, с чем. У нее было это маленькое желтое блюдо, которое дал ей Колин. Она называла его своим ведьминским котлом. Колин жить не мог без таблеток, которые она делала. Все время возвращался, чтобы взять еще.

– Таблеток? – переспросил Тернер. – Я думал, речь о грибах.

– Тара дистиллировала это дерьмо. Это была не кислота. Не знаю, что это было, – Ланс потер здоровой ладонью другую руку, и Алекс заметила, что кожа у него в мурашках. – Мы хотели знать, для чего его использует Колин, но он был реально скрытным на этот счет. Так что Тара сказала, типа: «Ну тогда я не буду больше для вас, ребята, готовить», – Ланс протянул руки, словно умоляя о чем-то Алекс. – Я ей говорил. Я ей говорил, чтобы она забила на эту тему и просто продолжала брать у Колина бабки.

– Но этого было недостаточно, – сказала Алекс. Скорей умру, чем в верности твоей засомневаюсь. Тара почувствовала, что на кону что-то серьезное, и захотела свою долю. – И что было дальше?

– Колин уступил, – Алекс не могла определить, чего в его голосе больше – хвастовства или сожаления. – Как-то на выходных он и его приятели пришли за нами в квартиру. Мы все съели таблетки, которые сделала Тара, а потом они завязали нам глаза и привели нас в это здание, в эту комнату. Она была реально нарядной, с этими ширмами, а на них, типа, еврейские звезды, а крыша открытая, так что видно небо.

Алекс была в той комнате в ночь неудавшегося ритуала Замочников, когда они пытались попасть в Будапешт. Может, они все это инсценировали, зная, что без таблеток Тары ничего не выйдет?

– Мы встаем вокруг этого круглого стола, и они давай скандировать типа, не знаю, по-арабски, и стол просто… открывается.

– Как проход? – спросил Тернер.

Ланс покачал головой.

– Нет-нет. Вы не поняли: дна не было. Внизу была ночь – какая-то другая ночь, – а сверху тоже ночь, только наша. Везде были звезды, – в его голосе был искренний трепет. – Мы прошли через него и оказались на вершине горы. Видно было на много миль вокруг. Погода была такая ясная, что видно было изгиб горизонта. Невероятно. Но на следующий день мне было пипец как хреново. И, господи, как от нас воняло. Запах не смывался несколько дней, – Ланс вздохнул и сказал: – Ну, наверное, с тех пор так и пошло. Колин и вся эта тусовка хотели, чтобы Тара готовила для них это дерьмо. Мы хотели продолжать кайфовать. Тара хотела увидеть мир. Я просто хотел пострадать фигней. Мы были на Амазонке, в Марокко, в этих горячих бассейнах в Исландии. Мы были в Новом Орлеане на Новый год. Это было как в самой крутой видеоигре, – Ланс хихикнул. – Колин не мог сообразить, как Тара смешивает это дерьмо. Он вел себя так, как будто его это смешит, но я видел, что его это бесит.

Алекс попыталась соотнести такого Колина – жадного, завистливого, кайфующего вместе с торговцами наркотиками – с амбициозным, ухоженным парнем, которого она видела в доме Бельбалм. Чем, по его мнению, должна была закончиться эта история?

– Откуда знали друг друга Блейк и Колин? – спросила Алекс. Ей было сложно представить, что они вместе тусили.

Ланс пожал плечами.

– По лакроссу, что ли?

Лакросс. Колин был настолько не похож на спортсмена, что ей трудно было это представить. Возможно, он, как и Алекс, увидел одно из мерзких видео Блейка и узнал «Счастье»? Магия начала подводить Замочников. Нексус под их гробницей больше не работал, и они отчаянно нуждались в способах открывать порталы. И Колин – находчивый, дружелюбный, лощеный Колин – не доложил о том, что делал со «Счастьем» Блейк. Он не помешал ему издеваться над девушками. Вместо этого он воспользовался шансом для себя и своего общества.

– А как насчет Триппа Хельмута? – спросил Тернер. Казалось странным распрашивать про румяного, позитивного Триппа, но Алекс была рада, что он никого не исключает.

– Кого?

– Богатый парень, – сказала Алекс, – из яхтенной комнады, вечно загорелый?

– В Йеле таких полно.

Алекс сомневалась, что он косит под идиота, но уверена она не была.

– На днях вы открыли портал в тюрьме, – сказал Тернер.

– Когда ваши ребята меня взяли, у меня с собой была таблетка, – Ланс ухмыльнулся. – Такую мелочь легко припрятать.

– Почему вы просто не сбежали? – спросил Тернер. – Почему не отправились на Кубу или куда-нибудь еще?

– Какого хрена я забыл на Кубе? – спросил Ланс. – И потом, на большие расстояния можно путешествовать только через стол.

Он говорил о гробнице. «Свиток и ключ» по-прежнему нуждался в нексусе. Одних таблеток Тары было недостаточно.

– Подожди, – сказала Алекс. – Вы потратили свою единственную таблетку на то, чтобы вернуться домой?

– Я думал, что смогу найти наличные, может, сбежать или взять что-нибудь, чтобы здесь торговать, но ваши чертовы копы все вверх дном перевернули.

– Почему вы просто не перенеслись в гробницу – к столу, – а потом не отправились куда угодно?

Ланс моргнул.

– Бля, – он ссутулился на стуле. – Бля, – он остановил взгляд на Алекс, заметно приуныв. – Вы же поможете мне, да? Вы меня защитите?

Тернер поднялся.

– Не высовывайтесь, Грессанг. Пока все выглядит так, будто вы принимаете удар на себя, вы будете здесь в безопасности.

Алекс ожидала, что Ланс возмутится, попытается торговаться, может, даже начнет им угрожать. Вместо этого он просто продолжал сидеть, его большое тело застыло, как каменный идол, под флюоресцентными лампами. Он не сказал ни слова, когда Тернер постучал в дверь, и за ними пришел надзиратель, не поднял глаза, когда они ушли. Он побывал в джунглях Амазонки, гулял по рынкам Марракеша. Он разгадывал загадки этого мира, но загадки этого мира не обратили на него никакого внимания, и после всего этого он все равно оказался здесь. Двери закрылись. Порталы тоже. И идти Лансу Грессангу было некуда.

Тернер и Алекс ехали обратно в кампус молча, посильнее включив обогрев, чтобы не замерзнуть. Она написала Доуз, что они в безопасности и что она будет в «Черном вязе» не позднее восьми, после чего сняла одолженные у Мерси туфли на каблуках. Они были малы ей на полразмера, и ноги у нее ныли.

Только выезжая с шоссе, Тернер сказал:

– Ну?

– Кажется, у нас появилось еще больше мотивов.

– Я не списываю Грессанга со счетов, пока мы не выясним, что на месте преступления находился кто-то еще. Но Колин Хатри и Кейт Мастерс выглядят куда более многообещающе, – он постучал по рулю руками в перчатках. – Но проблема ведь не только в Колине и Кейт. Проблема в них во ввсех. Во всех детишках в мантиях и капюшонвах, притворяющихся, что они волшебники.

– Они не притворяются, – но Алекс прекрасно понимала, о чем он. Колин представлял собой самую прямую связь между «Свитком и ключом» и Тарой, но все Замочники делились своими ритуалами с чужаками и скрывали истину от «Леты». Если Тара стала представлять опасность для общества, любой из них мог решить ее заткнуть. Столь же маловероятным казалось, что Кейт Мастерс решила выйти из-под контроля «Манускрипта». Алекс помнила, что сказал Майк Аволово об уникальности этого наркотика. Возможно, все они думали, что смогут отказаться от посредника с Большого Хингана и начать выращивать его самостоятельно. Он казался искренне удивленным, узнав, что «Счастье» попало в чужие руки, но, может быть, он просто притворялся.