Лейла Тан – Эксперимент (страница 4)
– Нет. – Нармина вздохнула. – Ну что, пока?
– Спасибо, что помогла. Встретимся завтра… нет, лучше не завтра. Давай я быстренько тут разберусь и через час приду к спасательной вышке. Придешь?
8
Часы пробили десять, когда в поселок въехала полицейская машина. Подпрыгивая на ухабах, она подрулила к одной из дач. Из машины выскочил коротконогий мужчина и начал суетливо открывать ворота, на ходу распоряжаясь: «Шафига, ставь чай!»
– Где ты был, старый греховодник? – налетела на мужа Шафига ханум.
– Тихо, дура, – прикрикнул муж, – не видишь – участковый это наш. На базаре его встретил, решил к нам пригласить.
– Зачем? Тоже с ума сошел, как остальные?
– Чтобы порядок навел. Забыла, что ночью было?
Полицейский, немолодой и обильно потеющий, приблизился к хозяйке дома и забросил руку к виску.
– Участковый инспектор Самандаров. Атакиши Мехралиевич. Предъявите ваши документы.
Шафига ханум задохнулась от возмущения.
– Это моя жена, – запоздало пояснил Исфандияр киши.
Напившись чаю, Самандаров принял деловитый вид и поинтересовался, наконец, обращаясь лично к Шафиге ханум, хранившей холодную неприступность:
– Какие жалобы?
– Не знаю, спросите у моего мужа. Это он вас вызывал.
Самандаров развернулся всем туловищем к главе семейства.
– Ночью здесь летало что-то непонятное, а потом пришло привидение и обещало беспорядки, – выпалил Исфандияр киши. – Надо принять меры и призвать всех к порядку!
Атакиши Мехралиевич ничего не понял, но не подал виду.
Не обнаружив в поселке беспорядков, Самандаров вернулся в дом Шафиги, набрал в саду кое-что из фруктов и собрался в обратную дорогу.
– Нет! – запротестовала хозяйка, хватая мужа за локоть – Ел мой виноград – пусть отрабатывает! Товарищ милиционер…
– Господин полицейский, – поправил Самандаров.
– Что? Ну да, господин милиционер. У меня внучка пропала. Маленькая, всего восемь лет.
– Что?! – подпрыгнул муж. – Гюльнара пропала?!
– Заткнись. Я не с тобой разговариваю. Товарищ полицейский, ваша обязанность найти ребенка!
Самандаров тяжело вздохнул, кинул тоскливый взгляд на торбу с виноградом и отправился на поиски девочки Гюли.
– А что, Гюльнара правда пропала? – спросил Исфандияр киши, когда полицейский удалился.
– Да нет, она у соседей мультфильмы смотрит. А тебе, старый дурак, надо было скорую помощь, а не милицию вызывать!
– Кто-то заболел? Вай, вай, вай…
– Да все они заболели, с ума посходили! То же мне, элита! Понаехали тут! Виллы как грибы растут! – Шафига ханум распалилась, и теперь ее было не остановить. – Старых бакинцев, кроме нас, и не осталось! Теперь в нашем море эти дикари купаются! Горожанами стали! Элита, бизнесмены! Тоже мне! Только мы с тобой здесь и остались бедняки, а они все при деньгах, вон на каких машинах ездят! А их место – в горах, рядом с их баранами и вонючим сыром! Чтоб им всем провалиться!
Исфандияр киши дождался момента, когда жена отвернулась, чтобы погрозить соседнему дому, и бочком-бочком прошмыгнул в дверь.
9
Солнце палило с самого утра, и Атакиши Мехралиевичу было очень жарко. Он обошел весь поселок, заглядывал в каждую дверь, но девочки Гюли нигде не было.
Проклиная все на свете, Самандаров миновал стройплощадку нового ресторана и остановился передохнуть в тени. «Посмотрю на пляже – и уеду, – подумал он. – Пропади пропадом ее виноград…»
Он припарковал машину, снял ботинки и ступил на горячий песок.
На бесплатном пляже было полно народу. Автобусы и электрички уже совершили свои первые рейсы из города, люди продолжали прибывать. Девочку в красной кепке с Микки-Маусом он заметил почти сразу. Она сидела у ободранного соломенного грибка и задумчиво смотрела на волны.
Самандаров обошел девочку и встал перед ней. Гюлечка никак не отреагировала на его появление. Она словно не замечала неожиданного препятствия, заслонившего от нее синее море и небо.
Участковый перемялся с ноги на ногу, отдал честь и проговорил:
– Предъявите ваши документы.
То ли день сегодня выдался слишком жарким, то ли на Солнце грянула магнитная буря, то ли еще что произошло во вселенной, но Атакиши Мехралиевич не уловил в своем законном требовании ничего особенного.
Девочка Гюля подняла на него мудрый взгляд древнего старца и произнесла:
– Твоя жизненная позиция неверна. Если хочешь изменений к лучшему, следует повторять святое имя в смиренном состоянии ума, считая себя ниже соломы, лежащей на улице. Нужно быть более терпеливым, чем дерево, свободным от чувства ложного престижа и всегда готовым оказать почтение другим. Совершай благочестивые поступки в этой жизни и в следующей будешь вознагражден.
– Это ты мне говоришь? – произнес Самандаров, ткнув себя пальцев в грудь.
– Тебе, человек, – кивнула девочка Гюля. – Я все о тебе знаю. А что бы ты хотел узнать о самом себе?
– Ы… – только и сказал Атакиши Мехралиевич и тяжело опустился на песок рядом с ребенком…
10
Гасан Гасанович мел двор со знанием дела. Эта работа доставляла ему определенное удовольствие. В некоторой степени он сейчас понимал жену, отказывающуюся от домработницы. Он уже вымыл окна, хотя в этом не было никакой необходимости, вытряс матрасы и подушки, начистил самовар, сделал небольшую перестановку на кухне. Бизнесмен, конечно же, не собирался мириться со своей новой сущностью, но руки тянулись к работе. И он сдался. Ничего, это только на один день, успокаивал он себя, не забывая ежеминутно благодарить Бога за свою ныне мужскую плоть.
В самый разгар работы постучался охранник 9-й дачи. Гасан Гасанович хотел сделать вид, что его нет дома, но любопытство взяло верх. Прежде чем открыть, он посмотрелся в зеркало и пригладил волосы.
– События развиваются, – сообщил Алик Магеррамов. – Один уже топился.
– Кто? – Гасан Гасанович присел за стол и пригласил гостя сесть рядом. Но парень продолжал стоять – Кто топился?
– Да блогер наш. В прошлой жизни он повесился.
Бизнесмен содрогнулся.
– Опять ты за свое. Я же сказал тебе, что не верю в это безбожную чушь… А откуда ты знаешь?
– Он сам рассказал.
– Ну, и о чем же это нам говорит? – проговорил Гасан Гасанович, автоматически стряхивая с клеенки несуществующие крошки. «Какой интересный молодой человек», – подумалось само по себе.
– А вот о чем. – Охранник 9-й дачи присел. – Наша жизнь – это своего рода тюрьма, в которой мы все отбываем срок.
– Какая глупость. Ты такого плохого мнения об Аллахе?
– Нет, вы послушайте. Нифталиев не вынес невезения в прошлый раз и покончил с собой, поэтому и в этой жизни ему не везет!
– Не вижу связи.
– Понимаете, он должен пройти это. Когда из тюрьмы убегают, беглеца ловят и сажают обратно, прибавляя срок. Так? Если бы наш блогер это осознал, вся его жизнь сразу изменилась бы… То есть, я так думаю.
– Мда, сумасшедший день.
Помолчали.
– Нам с вами еще повезло, – сказал Алик Магеррамов.
– В чем это? – насторожился бизнесмен.
– Я сейчас видел академика. Он меня, честно говоря, напугал. Их семейка, по-моему, отключилась совсем. Они теперь в свите короля. Удивляюсь, у кого-то мозги переключились совсем, у кого-то вообще не включились. Имановы стали невменяемыми, а семейка скандалистки Шафиги ведет себя так, будто ничего не происходит.
Гасан Гасанович покачал головой.