Лея Кейн – Развод в Новый год, или Ёлка из-под палки (страница 2)
– Кажется, ему максимально плевать на Новый год. Наверное, ему тоже кто-то основательно подпортил настроение.
– Естественно! Он приезжает домой, а его встречает растрепанная и слегка пьяная квартирантка, – насмехается Аглая. – Хорошо, что не замоташка. Вот была бы история!
Мимо нее на костылях ковыляет Вадик и машет мне рукой, воруя кружочек огурца с ее лба и отправляя в рот.
Я морщусь. Иногда его одержимость Аглаей вызывает у меня восторг, а иногда – недоумение. Но все же ей с ним повезло, и он бы обязательно мне сейчас помог, если бы накануне не сломал ногу. Собственно, именно по этой причине наши изначальные планы съездить вместе на горнолыжную базу отменились, и мне пришлось экстренно искать другие варианты порадовать мужа.
– Уль, не майся дурью, – советует подруга, накладывая на лоб новый пластик. – Звони Ваньку, признавайся, как ты лоханулась, и пусть он помогает. В конце концов, мужик он или тряпка?
– Ты же знаешь, в последнее время мы и так ссоримся по каждому пустяку. Если он узнает, как меня развели, считай, Новый год окончательно испорчен. Попробую забронировать столик в ресторане и снять номер в крутом отеле. Хоть и маловероятно, что это осуществимо вечером тридцатого.
Нас прерывает зазвеневшая на весь дом сигнализация. От оглушающего писка закрываю уши ладонями.
Забеспокоившись, Аглая что-то спрашивает, но я ее уже не слышу. Пытаюсь понять, что происходит.
Если сейчас сюда настоящие воры вломятся, тогда я точно свой брак не спасу. Ваня ни за что не поверит, что я из-за собственной глупости оказалась в элитном особняке с незнакомцем в разгар ограбления. Сохраняю квитанции по коммуналке, но арендую дом без договора. Даже моя мама не поверит…
Градов сбегает по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки. На нем только пена и полотенце вокруг бедер, которое он придерживает одной рукой в области паха.
– Что ты тут устроила?! – орет, пролетая мимо меня и оставляя на паркете мокрые следы.
Распахнув дверь кухни, исчезает в дымовой завесе.
Я закусываю губу. Моя вина. Как я про пирог-то забыла?!
Хозяин громко ругается и гремит, а я боюсь нос сунуть в кухню. Забравшись на диван и обняв колени, с замиранием сердца жду, когда отключится пожарная сигнализация.
– Твою мать! Глаза жжет! – продолжает рычать Градов под шум воды из крана.
В гостиную возвращается целиком и полностью взбешенным. Дышит часто, рвано. Жалит меня глазами, метающими молнии.
Жду, когда во всю глотку заорет, чтобы я убиралась вон. Язык от страха прилипает к небу. Меньше всего хочется услышать, что из-за моей стряпни теперь нужно делать ремонт на кухне, где одна столешница стоит как моя почка.
– Ты собралась? – цедит сквозь зубы.
А я, вместо того чтобы ответить, скольжу взглядом по его косым мышцам живота и сглатываю при виде выпирающего бугра. Это он в спокойном состоянии такой?
Блин, о чем я думаю?! Замужняя женщина!
Если бы в моем браке все было гладко, вряд ли меня привлекло бы в меру подкачанное мужское тело со слегка загорелой кожей и стекающими по ней каплями воды. Но так как секс с мужем с некоторых пор из нормы превратился в бонус, моя фантазия мгновенно разыгралась.
Кое-как оторвав глаза от Градова, тихо отвечаю:
– Еще не решила, как быть с елкой.
– Оставь адрес, завтра отправлю грузоперевозкой, – не предлагает, а ставит перед фактом. – У тебя пять минут.
И опять уходит. Домываться.
Едва поднимается на второй этаж, как я прикладываю похолодевшие пальцы к пылающим щекам и возвращаюсь к телефону. Оказывается, Аглая все это время была на связи и помалкивала.
– Улька, – шепчет она, выйдя на лоджию, чтобы Вадик не услышал, – ты видала, какое у него… ну, это… хозяйство? Охренеть. У меня аж трусики намокли. Вот еще бы полотенце снял, чтобы я могла тщательнее рассмотреть…
– Глаш, я ему только что дом чуть не сожгла. Никакое хозяйство я не разглядывала, – ворчу, делая максимально невозмутимый вид.
– Может, ну его, Ванька твоего? Ты погляди, какой мужик!
– Все, прекращай! Слышала же, он сказал мне выметаться. Не будем будить зверя. Позже перезвоню.
Не даю подруге продолжить обсуждение мужских прелестей, скинув звонок, и открываю приложение такси.
Из-за разбушевавшейся бури по всему городу многобалльные пробки. Стоимость проезда, как всегда, тут же взлетает до небес. Но выхода нет. Я хоть и сказала Ване, что переночую у Аглаи, Градов уже дважды дал четко понять, что коврик на пороге мне не выделит.
Вбиваю адрес, жму «Заказать» и жду, нервно грызя заусеницу. Никто не хочет ехать в пригород. Конечно, какой смысл, когда полно заказов в черте города!
Наконец, некто Зураб принимает заказ.
Я забираю вещички, которые успела принести в гостиную, и отправляюсь в гардероб, где стоят две мои нераспакованные сумки.
Надеваю сапоги, шубку, платок. Ключи оставляю на этажерке в холле. Со вздохом окидываю взглядом сверкающий особняк и выхожу на улицу.
Меня тут же сдувает с ног, и я шлепаюсь на попу. Везет, что на террасе уже приличный сугроб, смягчивший мое падение. А пока встаю, получаю уведомление, что таксист отказался от заказа. Приходится ждать еще, но никто не откликается.
Открываю другое приложение, пытаюсь вызвать машину там. Экран смартфона залепляет снегом. Скольжу по нему пальцами, вбивая адрес, но на этом судьба недостаточно надо мной насмехается. Как назло, садится батарея.
Мои губы дрожат в нервной улыбке. На ресницах растут капли растаявшего снега. Из-за бури от парадных дверей даже ворот не видно, так что до остановки мне не добраться. Единственный способ как-то отсюда уехать – это опять ломиться в дом и просить хозяина вызвать такси.
Подышав для храбрости, нажимаю кнопку звонка. Градов встречать незваных гостей не торопится. Но я не сдаюсь. Не моя вина, что его сестра – аферистка. Я тоже жертва, а не только он.
Нажимаю еще раз и держу палец подольше.
Хозяин появляется на пороге в тонких домашних брюках и майке. Влажные волосы небрежно падают на лоб, придавая его внешности дикой неряшливости.
– Я же сказал, елку завтра привезут, – говорит, не дав мне начать.
– Можете оставить себе. У меня телефон сел. Вызовите, пожалуйста, такси, – терплю его только потому, что нуждаюсь в помощи.
– Такси сюда не ходят, – вдруг сообщает он. – Только до въезда в микрорайон. Дорогу замело. Не факт, что до утра расчистят.
– И вы говорите об этом только сейчас?
– Я вообще не горю желанием с тобой болтать, – раздражается он, но хватает меня за шубку и заволакивает в холл. Достает из кармана мобильник, набирает номер и, не отрывая от меня глаз, улыбается невидимому собеседнику: – Здорово, Леха! Занят?.. Только прилетел… Да без базара. Давай выручай, братан. Горничную мою надо в город отвезти… – Его взгляд падает на мои руки. – Замужем.
Не знаю, от чего мне неприятнее: что он назвал меня своей горничной, или что его странный дружок интересуется моим семейным положением…
Нарочно приподнимаю пальцы так, чтобы обручальное кольцо было лучше видно.
– Не вопрос, – заканчивает он разговор.
– Ваш друг прилетит за мной на вертолете? – интересуюсь я не без ехидства.
– На квадрокоптере, – шутит Градов без тени улыбки. – Проклятье. Придется с вами ехать. Иначе к мужу ты вернешься, наставив ему рога. Леха – профессионал затаскивать в постель замужних кукол.
Глава 3. Ульяна
Упомянутый Леха, который
Пока я торчу в холле, каждые двадцать секунд проверяя уровень заряда батареи, он лежит на диване в гостиной и скроллит содержимое своего телефона. Пару раз ему кто-то звонит, но он игнорирует. Не скидывает, но и не отвечает. Ждет, когда абоненту надоест слушать гудки, и продолжает убивать время в интернете.
Гостеприимность в нем так и не просыпается.
Зато Леха оказывается тем еще болтуном. С порога разряжает атмосферу.
Присвистнув, скользит по мне довольным взглядом и лыбится:
– Потапова?
– Свиридов? – у меня глаза лезут на лоб.
Кто бы мог подумать, что вот так совершенно случайно я встречусь с тем, кто превратил одиннадцать лет жизни моих родителей в ад?! Одноклассник моего непутевого старшего братца, с которым они дружно вредили школе, соревнуясь в изощренности фантазий. А после выпускного так же дружно покоряли и разбивали женские сердца в универе.
Градов не преувеличивал, этот в самом деле профессионал. И что только женщины в нем находят? Или он только мне неприятен, потому что мама до сих пор вспоминает его распоследними словами и с содроганием? С самого детства я день за днем слышу, какой он подлец и раздолбай, и что из-за него жизнь моего брата пошла кувырком – три брака, алименты, просроченные кредиты и зависимости. Родители всегда ищут крайних в бедах своих чад на стороне.
– Вы знакомы? – наконец-то у хозяина злосчастного особняка прорезается голос.
– Учились вместе, – отвечает Свиридов, но я тут же уточняю:
– С моим братом. И я уже давно не Потапова.