Лея Кейн – Алый почерк искушения (страница 29)

Я схватила плотную бумагу, разорванную нетерпеливыми ручонками Аники, перевернула и увидела печать Рах-Сеима — отпечаток волчьей лапы, вдавленной в сургуч. Мои сомнения окончательно развеялись. Женщин, которых мой враг приносил в жертву в Багровую Ночь, он всегда одевал в красное платье с золотом. Это его традиция.

— Дайте сюда, — попросила я требовательно, забрала платье у Аники, завернула обратно в бумагу и сунула поглубже в шкаф.

— Ты чего такая жадная? — насупилась леди Бартли. — Я для тебя ничего не жалею. Платья, туфли, украшения на любой вкус…

— Просто забудьте! — отрезала я, легла на кровать и, отвернувшись от Аники, натянула одеяло до самого подбородка.

Рах-Сеим ни перед чем не остановится. Этот подарок — знак, что нам его не победить. Но как рассказать об этом Айварису, чтобы он не взбесился?

Глава 27. Обращение

Как обычно, меня разбудила Аника. Юную леди потрясло скопление войск за забором. Припав к окну, она вслух гадала, зачем так много рыцарей прибыло на защиту замка.

— Просто приближается Багровая Ночь, — объяснила я как можно спокойнее. — Монархи Скайдора не могут рисковать здоровьем и жизнями благородных девушек. Лучше подстраховаться.

— Я слышала, что волки в Багровую Ночь лютуют, — вздохнула она, поднимаясь на цыпочки и вытягивая шею, будто это помогло бы ей сосчитать бесчисленные шлемы на головах стражников. — Как думаешь, они попытаются напасть на замок? — спросила Аника с энтузиазмом, словно обсуждала интересные приключения.

Я усмехнулась:

— Это бессмысленно. Зачем оборотням война?

Она отвернулась от окна и разочарованно выдохнула. Бедняжке было скучно, но она же, глупенькая, совсем не понимала, что такое кровавое шоу в Багровую Ночь, когда слезы окрашиваются в красный, а земля еще долго стонет, переваривая тела жертв.

— Давайте я помогу вам с прической, — предложила я. — А то прислугу не дождешься.

— Да, она здесь нерасторопная. — Аника подала мне щетку для волос и села на стул посреди комнаты. — Так ты наденешь то платье, которое тебе прислал тайный поклонник? — лукаво заулыбалась она.

— Боюсь, оно неуместно. Сегодня второе испытание. Господин Альдис наверняка придумал что-то не менее активное, чем лабиринт.

— Я вчера весь вечер выпытывала у него, что за новый опыт нас ждет, — призналась она, сразу разомлев от его имени. — Не признался.

— Вы встречались вечером? — задала я вопрос таким тоном, будто искренне удивилась.

— А что же мне, старой девой теперь оставаться, раз принц Вермунд меня предал? Я хоть и лидирую среди конкуренток, но впереди еще четыре конкурса. Нарочно проиграю. Не хочу за него замуж. Мне Альдис милее…

Я улыбнулась, расчесывая шелковистые рыжие локоны. Представила лицо Аники, если однажды Вермунд женится на Тересе, и кое-как сдержала смех. Но хорошо, что девчонка переключилась, особо не горюя. Они с Альдисом буквально созданы друг для друга.

Мы заплели друг другу объемные косы, оделись в практичные платья, нанесли не слишком яркий макияж и отправились на завтрак. По пути к обеденный зал я сказала Анике, что мне нужно в туалет, а сама побежала в барбакан. У меня сердце было не на месте от мысли, что Ашер томится взаперти. Но в башне он оказался не один. По эту сторону решетки стоял Айварис.

Едва я появилась в дверях, как они оба замолчали, окинув меня сосредоточенными взглядами. Один все еще бледный от нестерпимых мук, другой — собран с особенной торжественностью. Наверное, Альдис настоял на белоснежных стоячих воротничках и расшитых камзолах, чтобы хоть как-то отвлечь невест от концентрации солдат за воротами.

— Доброе утро! — поприветствовала я обоих и прошла к решетке. — Ашер, ты как?

— Был бы здоровее, если бы его высочество позволило мне обратиться.

— В замке не будет волков, — продолжал препятствовать Айварис. — Уходи в лес и обращайся, в кого душа пожелает.

— Но трансформация поможет ему излечиться, — напомнила я, с мольбой взглянув на своего принца.

— А кто поможет нам, если оборотень в волчьей шкуре выпрыгнет из этой клетки?

— Не будь извергом! Ашеру нет смысла нападать на кого-то, когда вокруг сотни вооруженных рыцарей. Да и ты отлично владеешь мечом. Разве не снесешь ему голову, если он нарушит слово?

— Да-да, — усмехнулся Ашер, — как твой отец однажды снес голову моему отцу.

Я возмущенно округлила глаза. Он мог бы быть и более покладист, находясь в гостях. Но черты вредного дедовского характера порой выдавали в нем родство с Рах-Сеимом.

— Я беру на себя полную ответственность за него, — сказала я Айварису. — Разреши ему обратиться. Один раз. Пожалуйста. Ведь он может сделать это, не спрашивая твоего позволения. Однако не делает. Должно же это навести тебя на правильные мысли.

Внимательно посмотрев на Ашера, с трудом держащегося на слабых ногах, Айварис развернулся и зашагал на выход. Остановился у дверей, закрыл створки, запер их массивным засовом и задумчиво нахмурился.

— Один раз, — позволил он, вызвав у меня вздох облегчения.

Все-таки в глубине души Айварис был не таким грозным, каким преподносил себя окружающим.

Получив официальное хозяйское разрешение, Ашер отошел от решетки и медленно разделся. Я отлично знала каждый сантиметр его кожи, но сейчас на него было страшно смотреть. Исхудавший, осунувшийся, немного сгорбившийся от голода, изнурительных пыток и яда.

Собравшись с духом, Ашер сомкнул челюсти, закрыл глаза и начал падать вперед. Я уже видела его обращение, потому не испугалась. Наоборот, завороженно наблюдала, как на лету его руки обрастаю густой серой шерстью, превращаясь в лапы. Он падал всего миг, за который все его тело трансформировалось в невероятных размеров волка, захватывающего дух. Рыкнув, он открыл свои яркие зеленые глаза и взвыл, задрав нос к потолку.

— Красавец, — заговорила я, протягивая руку промеж прутьев и подзывая волка.

Он подкрался ко мне нетвердым шагом и уткнулся носом в ладонь. Слегка потрепав его, я запустила пальцы в мягкую шерсть и почесала у него за ухом. Ашер всегда любил тискаться, когда находился в облике волка. И я им, и он мной воспринимался совсем по-другому. В такие моменты я была его хозяйкой.

Свободной рукой открыв дверь, я поманила его выйти, отчего Айварис сильнее напрягся.

— Все хорошо, — сказала я ему с улыбкой, обнимая волка за толстую шею и прижимаясь к этому сильному, горячему телу. — Он никого не тронет.

Шершавым языком лизнув мою щеку, Ашер издал покорный скулеж.

Его раны заживлялись прямо на глазах, оставляя лишь шрамы в окружении шерсти. Мышцы крепли, наливались энергией.

Не знаю, сколько прошло времени, но когда он вернул себе человеческий облик, я поняла, как сильно скучала по этому дикому волку. По жару его тела, по запаху, по утробному рычанию. Похоже, я привыкла иметь собственного оборотня.

Переведя дух, Ашер благодарно кивнул Айварису и молча вернулся в клетку, закрыв за собой дверь.

— Ты же не заставишь его и дальше тут сидеть? — Я взглянула на своего принца. — Он доказал, что не опасен.

— Не хочу провокаций, — ответил Ашер, надевая брюки. — Кажется, у вас важное мероприятие. Идите. Я обещаю, что никуда не уйду. Только пусть принесут что-нибудь поесть. В животе урчит.

Айварис убрал засов и, отворив дверь, дождался, пока я первая покину башню. Пусть его все еще потряхивало от появления Ашера, но я была рада, что он доверился и ему, и мне.

— Спасибо, — произнесла я, идя рядом с ним в замок.

— Не хочу, чтобы ты питала иллюзии, Каро, — вдруг сказал он и остановился. Я тоже сбавила шаг, напряженно посмотрев на Айвариса. — Ашер будет моим заложником в Багровую Ночь.

— Что? Ты же не собираешься уподобляться Рах-Сеиму? Да и какой из Ашера заложник, если родной дед отдал приказ убить его?

— Рах-Сеим, возможно, и ненавидит его, но если Ашер умрет не от его руки или хотя бы не по его распоряжению, это сильно ударит по его гордости и амбициям. Так что Ашер — идеальный заложник.

Глава 28. Прятки

Я не могла не думать о словах Айвариса. Пыталась убедить себя, что до крайности он не дойдет, но беспрерывно прокручивала в памяти то, как он поступил со мной, когда узнал о моей тесной связи с Ашером. В первую очередь его волновали интересы семьи. Если судьба не оставит ему выбора, то он прольет кровь внука Рах-Сеима.

Вяло ковыряясь в завтраке и через раз слушая Альдиса, осыпающего комплиментами подготовленных к новому этапу отбора невест, я старалась избегать взгляда Айвариса. Чувствовала, что мы стали отдаляться. Между нами начала расти стена непонимания. Конечно, в человеческой природе заложено тянуть одеяло на себя, но я теплила надежду на наше единодушие.

— Как вы помните, — не унимался Альдис, одаривая всех и каждую своей лучезарной улыбкой, — в прошлый раз вы, милые дамы, искали путь к женихам. Сегодня мы сыграем иначе. Наши виновники фестиваля будут искать вас.

Девушки замерли в приятном предвкушении. Глаза загорелись. Губы растянулись в улыбках.

— Вы провели уже достаточно времени в замке, чтобы изучить его. Не исключено, что у вас появились любимые места. Вы знаете места, где принцы проводят больше всего времени; где и им, и вам уютнее; где и они, и вы бываете редко, — продолжал Альдис. — Поэтому я предлагаю вам игру в прятки!

Он хлопнул в ладоши, и ничего не понимающие девушки растерянно поддержали его жиденькими аплодисментами, пока Синтия не спросила: