Лев Жаков – S.W.A.L.K.E.R. Звезды над Зоной (страница 43)

Примерно в это же время Айвен, проснувшись прекрасным утром, находит записку примерно следующего содержания: «Вызван срочную командировку тчк Обеду не жди тчк Встречай Смрадн-ривер тчк Твой суслик». Письмо подписано руной, которая означает «Мик Маусс Разноцветный, Великий, Могучий, Славный, Доблестный, Бескорыстный» и проч. в количестве ста сорока пяти титулов.

Сначала Айвен думает, что записка – один из розыгрышей Мика, до которых он всегда был великим охотником, и первую половину дня посвящает обыску всех девятнадцати пещер и их окрестностей. Найдя в итоге лишь связку петард с истекшим сроком годности, накладную бороду, левый лакированный штиблет, полбутылки виски «Джек Дэнниелс», три окурка «Кэмел» и шестнадцать медвежьих капканов, Герой понимает, что маг и вправду смотал удочки. Побившись немного головой об стену, посетовав на судьбу и сложив два душераздирающих хокку, Айвен облачается в доспехи, вешает на пояс Кровавый Мясоруб, седлает Снусмумрика и берет курс на Смрадн-ривер.

Часть четвертая, или «Ну что, не ждали?!»,

в которой всех ждет множество сюрпризов

Путь к истоку треклятой речки тернист и долог. Читатель это знает, я это знаю и даже Вы, мой достопочтенный соавтор, об этом должны догадываться. Стало быть, описывать мы его не станем. И перенесемся из пещеры Мика прямо к подножию Страшно Высокой Горы (на самом деле ее настоящее название – Гранд-Унд-Гениаль-Капут, что на языке Великого Малого Народца означает: «На это скопление камней полезет по своей воле только полный придурок»), на вершине которой непонятно как держится Оплот Чуда-Юда.

Айвен задумчиво чешет в затылке латной перчаткой, – такой подлянки он явно не ожидал. В отчаянии Герой начинает совершать оскорбительные жесты и телодвижения, при этом громогласно и в подробностях расписывая сексуальные предпочтения предков колдуна по обеим генеалогическим линиям, только чтобы привлечь внимание к своей персоне. Но, к величайшему негодованию Айвена, его, судя по всему, никто не слышит и на смертный бой выходить не собирается. Снусмумрик, который, в отличие от своего легендарного дедушки, летать не обучен, уныло хрустит на зубах гранитом и преданно смотрит хозяину в глаза. И вот тогда Айвен, движимый каким-то внутренним порывом, вытаскивает из седельной сумы арфу и затягивает любовную песню, исполненную светлой грусти.

Внимание!

Если даже Айвен по Вашей прихоти и не умеет петь (хотя что это тогда за Герой?!), затянуть что-нибудь эдакое он здесь просто обязан. Чуду-Юду, разумеется, все его вокальные упражнения до лампочки Ильича, а вот томящаяся в неволе красавица Элен услышать песню просто обязана. И не просто услышать, а влюбиться в исполнителя, что называется, с первого слуха.

Так вот, пока Айвен у подножия Горы дерет глотку, мы перенесемся в Оплот и чуть назад во времени. Сэр Подлетс, привезя принцессу Элен, заслужил Чудину благодарность в устной форме, большую шоколадную медаль на грудь, но – и только. Колдун как-то случайно забыл сообщить своему верному слуге, что девушку он приберег для себя, и наивный (ха-ха!) предатель до сих пор свято верит в то, что не сегодня завтра станет счастливым молодоженом.

А Юдо тем временем сам не на шутку увлекается своей прекрасной пленницей и начинает увиваться вокруг нее атлантическим угрем, суля славу, богатство, власть над миром и четыреста тонн первоклассной косметики. Девушка гордо отвергает все его посулы (хотя и плачет украдкой по ночам в подушку, представляя себе упущенный парфюм) и соглашается принять в дар лишь Шар Всевидения.

Внимание!

Ни в коем случае не забудьте сделать красавице от лица глупого колдуна этот подарок. Самой девушке он нужен примерно так же, как Чуду-Юду – Айвеново пение, поскольку она не знает, что это такое, и из вредности выбрасывает бесценную вещь в пропасть сразу же, как только удается ее выклянчить. А вот для правдоподобности сюжета этот маленький инцидент даст весьма много: отныне колдун уже не сможет следить за Айвеном и, следовательно, мешать ему оказаться вовремя у подножия Страшно Высокой Горы.

Так вот, влюбившись без памяти в голос Айвена и здраво рассудив, что тот, кто так поет, плохим быть просто не может, Элен целеустремленно двигает прямо в личные покои Юда. Безжалостно подняв колдуна с постели, она в ультимативной форме требует всенепременно привести певца пред ее светлые очи. В противном же случае на ее благосклонность похититель может не рассчитывать. Выругавшись, Чудо вызывает Подлетса, поручая ему спуститься и притащить взбалмошной девчонке неведомого певуна.

Внимание!

Само собой, Гору пронизывает прекрасная винтовая лестница, один конец которой начинается в винном погребе Оплота, а другой скрывается под громадным валуном на шарнирах, на котором в данный момент сидит поющий Айвен. Объясняется же это очень просто: колдун для входа-выхода из дома всегда может обратиться драконом, чего нельзя сказать о его многочисленных слугах, начиная с того же Подлетса.

Сэр Подлетс с несколькими солдатами замковой стражи спускается по лестнице и оказывается у Айвена прямо под… Короче, вся штука в том, что пока Герой не встанет на ноги, выйти агрессоры не смогут. На счастье, в этот момент Снусмумрик видит прекрасную кобылицу и, не задумываясь, откуда бы в диких горах взяться прекрасной кобылице, чешет за ней. Айвен, который никакой кобылицы не видит (разумеется, это был фантом), бежит за конем, обзывая его всякими нехорошими словами, а сэр Подлетс и компания благополучно выбираются на поверхность.

Так и не догнав коня, раздосадованный Айвен поворачивает обратно… и буквально натыкается на человека, которого давно уже считал мертвецом и неоднократно выпивал за упокой его души. Немая сцена.

Внимание!

Тут очень важно подчеркнуть, что не по годам начитанный и эрудированный Айвен, как и положено истинному Герою, донельзя наивен. Он и не подозревает о роли Подлетса во всех своих злоключениях, до сих пор считая его честным человеком, славным малым, добрым собутыльником и своим лучшим другом.

Понятное дело, что Подлетс тоже не ожидал столкнуться с принцем нос к носу. Однако кем-кем, а уж дураком предатель точно никогда не был (не считая того факта, что он с самого начала выбрал не ту сторону), поэтому он молниеносно выхватывает меч, сносит голову одному из своих спутников и что есть мочи орет: «На помощь!». Айвен, таким образом удостоверившись, что его друг и вправду жив-здоров, обнажает Мясоруб, после чего деморализованные солдаты Чуда шеренгами отправляются на тот свет.

После объятий и поцелуев хитрый сэр Подлетс рассказывает доверчивому Герою душераздирающую байку. Судя по ней, он единственный из всего отряда пережил ночное нападение и, думая, что его друг и господин пал в бою, решил отмстить за него и в одиночку расправиться с Чудом-Юдом. Терпя жестокие лишения, он добрался до Оплота, хитростью узнал о потайном ходе, но напоролся на патруль, и лишь благословенное вмешательство принца спасло его от неминуемой гибели.

Айвен проглатывает эту чушь, сэр Подлетс отодвигает камень, и оба входят в туннель, ведущий к заветной лестнице, чтобы через час с небольшим оказаться в винном погребе.

Подлетс, который и не думал о том, чтобы справиться с Героем своими силами, вызывается пойти на разведку. Айвен отпускает его, и через некоторое время тот возвращается в сопровождении почти всех стражников Оплота.

Ничего не понимающий Айвен обнажает Кровавый Мясоруб и прислоняется к стене, готовясь подороже продать свою жизнь. И тут из пустоты начинают, как из рога изобилия, сыпаться шаровые молнии, первая же из которых превращает вероломного предателя в живой (впрочем, ненадолго) факел. Следом за ним вспыхивают еще несколько врагов. Из ступора принца выводит странно знакомый насмешливый голос: «Ну что, так и будем столбом стоять?» Рефлексы берут свое, и через некоторое время Чудо-Юдо оказывается практически без охраны. После этого на стене погреба загорается красная стрелка с подписью «Тебе туда». Так и не пришедший до конца в себя Герой, тем не менее, понимает: только в сказках позволено пренебрегать маскировкой. Посему он шустро разоблачает сходного с собой по комплекции врага, переодевается, набрасывает поверх доспехов плащ капитана стражи и устремляется к выходу. Указующие стрелки исправно появляются перед каждым поворотом и перекрестком, а немногочисленные глухонемые слуги видят лишь спешащего по своим делам офицера стражи, до которого им нет дела.

В результате через какое-то время Айвен оказывается у незапертой двери. Толкнув ее, он попадает в роскошно обставленную комнату, по центру которой стоит резное ложе под шелковым балдахином. А на ложе этом лежит и крепко спит самая прекрасная девушка, которую принц когда-либо видел. Не владея собой, Герой зачем-то снимает шлем, склоняется к девушке и осторожно целует ее. Нежная рука тут же обвивает его за шею, поцелуй из осторожного превращается сначала в нежный, а потом – в страстный. Красавица, все так же продолжая целовать Айвена, опускает свободную руку к полу, некоторое время что-то ищет, а потом отталкивает от себя Героя. Тот, разумеется, удивлен таким резким изменением отношения к себе, но в еще большее удивление его приводит ночной горшок, вырезанный из цельного сапфира, которым девушка от души припечатывает ему промеж глаз. С немым вопросом в глазах: «За что?» Айвен без сознания опускается на застланный роскошными коврами пол…