Лев Жаков – Чудес не бывает (страница 38)
–Да, я бы тоже поел, - согласился я и ушел.
Итак, еще одно дело сделано. Но - не то, которое надо было.
За завтраком я посмотрел по сторонам. Так, для разнообразия. Давно этого не делал, все больше в свою тарелку или на подружек. А сейчас то ли вспомнил слова Романа о панике, то ли шумело сильнее обычного в столовой
Общее возбуждение действительно превышало норму.
Оле и Линда еще не подошли, но уже идут, пробираются через затор первокурсников у входа.
–Завтра начинается практика, - радостно объявила Линда. - Приехал Эмир и еще кто-то из Высшего Совета, будут заседать. Я уверена, что нас пошлют разобраться с этим черным. Вчера я разговаривала с Подлизой, он мне рассказал…
–Линдик! - дернула подругу за рукав принцесса.
Я оглянулся. На нас смотрели со всех соседних столов испуганно раскрытые рты.
Я тоже сердито повернулся к приятельнице:
–Черноглазка, следи за собой, а?
–Они знают, - беспечно отмахнулась подруга. - Вся Школа неделю не спит. Боятся. Вдруг придет и…
–Линда! - сказала принцесса особым голосом. - Эта информация официально закрытая. Ясно?
Та вздохнула:
–Но всем уже известно от Подлизы…
–Кто это - Подлиза? - поинтересовался проходящий мимо Винес.
–Ты его не знаешь, - отмахнулась Линда. - Смешно молчать о том, о чем говорят все.
–Особенно в присутствии представителей Лиги, - двинула бровью принцесса в сторону преподавательского стола.
Мы взглянули.
Представители внушительные. Два пожилых импозантных мага в тяжелых темных мантиях шествовали.
Гул над столами на мгновение умолк при их появлении, и из этой секундной тишины я успел выхватить панический шепот:
–…и еще он говорит, что ты знаешь кто особенно не любит Школу и собирается ее уничтожить целиком, потому что считает, что волшебство можно передавать только от учителя ученику и только…
Прибывшие сели. Разговоры возобновились, и я не понял, что "только". Понял только, что паника в Школе имеется. Кто говорит? Мерлин говорит? Или Винес байки травит? Что за бред? Что за "ты знаешь кто"? Безымянный черный маг, что ли?
Я повернулся к Линде за разъяснениями:
–Черноглазка, так о чем ты вчера говорила с Подлизой?
–Не я, а он говорил. О своих великих подвигах, конечно, трепался. Ничего интересного, таких историй я слышала миллион, обычные пиратские байки: сколько зарезал да сколько добра взял. Но под предлогом помощи в моем дипломе кое-что открыл непосредственно из. Понятно, откуда. Самое смешное, что когда байки травил, костюмы соблазненных девушек расписал до подробностей нижнего белья, а тут развел общие места, в лучших твоих традициях.
–Он соблазнял тебя? - напрягся я.
–Уймись, защитник, - поймала меня черноглазая бестия, улыбаясь. - Ты мне не жених, за мою честь не переживай.
–Ты мне тетка, - сказал я.
–Звучит как-то нелепо, - недовольно вставила рыжая. - Пусть рассказывает дальше.
Линда только рукой махнула.
–И рассказывать нечего. Скормил мне те же басни, что всей Школе. Только больше тумана напустил. Но, - она подняла палец, призывая к особому вниманию, - но. Намекнул на решение Лиги послать кое-кого, чтобы разобраться, наконец, в этом феномене.
–Так он на себя намекал! - расхохоталась не по-королевски громко рыжая ведьма.
Линда надулась.
Я волновался. Оценка за практику идет в диплом, она так же важна, как за экзамен и за дипломную работу. И о профпригодности судят именно по результатам практики. Можно сразу и предложение о работе получить, если отличишься. Экзамен - формальность, ну, кто сможет Эмиру сделать хоть что-то? Давно известно, что толку от усилий на экзамене - ноль. За десять лет никому не удалось заставить его и бровью дрогнуть, не говоря о головной боли. А практика…
Интересно, что мне назначат? Тетка Алессандра, как мой научный руководитель, посоветует, наверное, направить меня на сбор трав: любую за версту чую. Так-то оно так, да только…
Обсуждение началось сразу после завтрака. Высокое начальство с Высшим Магом во главе заперлось в кабинете у ректора. Надолго.
Я сидел в комнате над стопкой пергаментов. Руки тряслись. В животе дрожало. В голове свистел ветер. За весь день я не написал ни строчки. Есть не хотелось, и обед, и ужин я пропустил.
Так что, когда вечером забежала Линда сообщить, что меня зовут на ковер, я вздохнул с облегчением.
В кабинете Арбина было почти темно: свечи на люстре молчали. Только камин да два полных трезубцевых подсвечника на столе давали свет. Отец, он же Высший Маг Магической Лиги, сидел в тени на диване, дед похаживал за спинкой своего кресла.
–Садись, - сказал он.
Я занял указанное место - второе кресло у камина, почти мое.
Арбин остановился напротив.
–Лига уполномочила меня сообщить тебе, - он кинул взгляд вглубь кабинета, в сторону Эмира, - о твоем назначении на практику. Дело тебе предстоит странное, - сказал он и посмотрел на меня. Ободряюще, как мне показалось, и намекающе. Неужели? - Лига сочла возможным на период твоей - вашей - практики, - еще один быстрый взгляд на меня (да, похоже, оно самое) - на Эмира - на меня, - разрешить тебе - вам - пользоваться некоторыми запрещенными приемами. Так как необходимые навыки были утрачены за годы, протекшие с запрета, вам придется начать практику с восстановления оных. Лига предлагает вам - тебе и твоим соратницам по специализации, - быстрый взгляд на меня (предостерегающий?) - на Эмира - и остальное дед произносил, глядя на сына, - арестовать мага Сирия Псоя, постоянно проживающего в Заране, и под собственным конвоем доставить в резиденцию Высшего Совета Лиги. Так же Лига в лице своей главы уполномочила меня предупредить вас о возможной опасности при выполнении практического задания, опасности для здоровья и жизни. - Даже не предназначенный мне взгляд деда давил, он был весьма тяжел. Думаю, отцу под этим тяжелым взглядом неуютно. - Официальное заявление я сделал, а теперь, будь добр, выйди.
Это не мне, сообразил я.
Мне стало неловко, так уничижительно произнес дед это, так зло.
Спиной я почувствовал, как отец встал. Хлопнула дверь.
Дед прошелся туда-сюда и сел.
–Решение Лиги, - вздохнул он. - Извини, мой мальчик, я ничего не смог сделать. К тому же, подозреваю, ты бы все равно пошел.
–Э… дед, Сирий - это тот, черный?
–Его так зовут.
Видно было, что дед волновался. Переживал за меня.
–Их ведь все равно не бывает, что волноваться, дед, - сказал я. - Успокойся.
–Да-да, - покивал Арбин. - Но. Игра слов непредсказуемо меняет мир. То, что рассказал Винес, заставляет насторожиться. Да, забыл, после нашего разговора ты пойдешь к нему за подробностями. Он будет вашим консультантом.
–Так мы идем втроем или вчетвером?
–Вчетвером? - нахмурился дед. - Нет, этот остается здесь, ему уже зачли практику. Вы же… - он опять вздохнул. - С одной стороны, там сила огромная, с другой - непонятная. Даже этот подлиза ничего конкретного не смог узнать. И это настораживает. Но не буду тебя пугать, сам на месте разберешься. Я в тебе уверен. А вот в этом фрукте… - задумчиво добавил он, и было непонятно, кого он имеет в виду.
–Когда пойдете? - спросил он затем. - Лига назначила вам… - он недобро усмехнулся, - две недели на то, чтобы вспомнить курс боевой магии. Однако вам вспоминать нечего, все на руках. Так стоит ли сидеть и трепать себе нервы неизвестностью? И не только себе, - это он произнес себе в бороду, но я все равно услышал.
–Зачем они посылают нас?
–Боевые маги, - сказал дед.
–Да, но ведь черных магов нет, и смешно на арест слухов и сплетен посылать боевой отряд, - высказал я свою мысль.
–Да, - согласился Арбин. - Официально.
–Так как?
–Не все ли тебе равно? - нахмурился дед. - Боятся они. Засидели толстые зады. Строго по секрету - информация из самых тайных лиговских сейфов - его уже ходили арестовывать. Обычный исполнитель зашел к нему в дом - и не вышел. Отправили мага посильнее - та же история. Да Винес тебе все расскажет. Суть полученного задания, таким образом, сводится к "не просто арестовать", а таки арестовать. То есть зайти и выйти, и его прихватить.
Дед злился, было видно сразу:
–Они не знают, что с ним делать. На контакты не идет, силой не взять, потому что нет таких сил. Поэтому про вас и вспомнили. Решили последний раз проэкпериментировать, - скривился он. - Раз вы еще не члены Лиги, так и цены не имеете. Сгинете - и мир не рухнет. Сам ведь… - дед чуть не сплюнул на ковер, да сдержался, - предложил, твой… бывший учитель.
Он прикрыл глаза рукой - сухой, морщинистой… Эх, дед, знаю я все, что ты переживаешь.