Лев Усыскин – Ключ в двери (страница 15)
– Того. Купи собаку или козу и занимайся с ней скотоложеством. Вот тебе и новые ощущения с впечатлениями… целая куча… мало не покажется… Законом, конечно, запрещено, но никто ведь не пронюхает!
– Сука ты, Котельников…
– Да ладно, ладно… (снисходительно улыбается) не петушись… смотри… вот тебе дебютная идея, так сказать… а дальше поглядим… включаешь компьютер и лезешь, значит, на сайт…
– …какой еще сайт?..
– Лезешь на сайт… называется «взять на содержание» ком… только в одно слово, английскими… сейчас, погоди, запишу тебе тут…
Он вновь щелкает ручкой и размашисто чертит что-то в своем блокнотике. Затем порывисто выдирает страницу и, сложив ее пополам, протягивает мне. Беру и машинально сую в карман, даже не взглянув.
– Ты что, Слава? Это сайт знакомств? Со всякими идиотскими анкетами и поборами за подъем анкеты в заоблачную высь?
– Ну нет. Хотя можно, конечно, и так сказать. Но все же не совсем, да. Другое. Этот чуток посерьезнее. Бабы, предлагающие взять себя на содержание…
– Это я уже понял, что бабы. Предлагающие себя… Из названия… Пиявушки, одним словом. Ну и нафига мне, скажи, они сдались?..
– А чем плохо? – Кот словно бы искренне удивлен.
– Херня ведь…
– Да ладно… – качает головой, одновременно убирая блокнот в папочку, – Это тысяч сорок, вряд ли больше… сдюжишь вполне… зато все полностью подконтрольно… по твоим правилам… чем не игра?.. и главное, всегда можно остановить…
Он задумался на миг, затем сглотнул и после продекламировал едва ли не торжественно:
– Предвосхищая твой вопрос об отличии этого от проституции… скажу… что разница здесь… вполне качественная… ну примерно… примерно, как между театральным представлением в четырех актах и статуей…
Мне становится смешно.
– Ну и зачем мне статуя в четырех актах?.. Скажи мне, друг мой, Слава?.. ерунда это, вот что… но все равно спасибо тебе, кое-что помог мне понять, это точно… без тебя бы я совсем…
Я обрываюсь на полуслове – и тут на меня снисходит маленькое озарение:
– А, слушай!.. один только вопрос еще… могу я задать, да?.. только если не хочешь, не отвечай – мне просто любопытно, не более того… короче, скажи… а откуда ты сам узнал… про это
Кот хмыкнул. Затем улыбнулся с какой-то шоколадной загадочностью:
– Да я, Игорек, много знаю такого, что и не снилось вашим мудрецам… Что ты… Ладно, пойдем отсюда… меня Машка уже заждалась с обедом…
Бумажка – она бумажка и есть. Вернувшись домой, я все-таки вспомнил про нее и, вынув из кармана, бросил на письменный стол, придавив за уголок основанием лампы – чтобы не убежала. Потом я дня два пялился на топорщившийся бахромой край этого расчерченного в голубую клетку листочка, потом меня как-то торкнуло навести на столе порядок, вытереть пыль: листочек перекочевал на диван, с дивана, кажется – на пол, а уже оттуда – в ненасытную пасть Зариминого пылесоса. Возможно, он и сейчас где-то там.
Еще день спустя, я вдруг вспомнил тот разговор с Котельниковым – и, в частности, сентенцию про этот, как его, сайт знакомств. Включив компьютер, я… принялся искать давешнюю бумажку? названивать Коту? Да полно, вы что, в самом деле! В нашу-то эпоху развитого контекстного поиска?.. короче, не прошло и пяти минут, как услужливый Гугл выдал мне искомое – а ведь я даже слово «содержанка» не удосужился вспомнить самостоятельно! Коли уж откровенно – я и компьютер-то включил не за этим: надо было посмотреть кое-что да проверить почту, в которой, как на грех, оказался ворох пространных и нудных отчетов от Аденоида. Вздохнул и стал читать, проставляя пометки, и так отдался этому занятию, что, встав из-за стола полтора часа спустя, почувствовал себя кем-то вроде Железного Дровосека – казалось, внутренности моего мозга сами собой проросли микросхемами и плохо смазанными кинематическими конструкциями наподобие часовых – со штифтами, шестеренками, храповичками и муфтами. При этом половина должного по-прежнему была не прочитана.
Я поплелся на кухню, вскипятил чаю, и, швырнув в чашку кривой ломтик лимона, вернулся назад. Минуту или две глаза пялились в экран ноутбука, затем среди этих мозговых штифтов что-то перещелкнуло, сдвинув, как видно, механизм на иной, не предусмотренный исходным замыслом путь. Теперь я словно бы со стороны смотрел, как рука водит мышкой, описывая замысловатые кренделя, как, повинуясь этому движению, ангел экранного курсора закрывает окна одно за другим, как в освободившемся браузере проступает закопанная прежде едва ли не на дно страница гугл-поиска… затем левая моя рука указательным пальцем, не без опечаток и последующих исправлений, набивает ключевые слова – Гугл откликается страницей выдачи, после чего рука, выбрав третью сверху ссылку, и, как видно, этим вполне удовлетворенная, домашней кошкой ложится на гладкую, цвета американской вишни столешницу…
Однако же направленное движение электронов делает свое нехитрое дело. С секундной задержкой на экране формируется уходящая в обе стороны за край строчка нарочито-пленительных женских портретов и сразу же за этим вываливается не дающее расслабиться окно: «Вам уже исполнилось 18? да – нет».
Печально хмыкнув, я выбираю очевидное – в ответ, среди разноцветных рекламных блоков, столбиком высвечивается главное меню: ПОДАТЬ ОБЪЯВЛЕНИЕ, ВОЗЬМУ НА СОДЕРЖАНИЕ – ДЕВУШКУ, ВОЗЬМУ НА СОДЕРЖАНИЕ – ПАРНЯ, ИЩУ СОДЕРЖАТЕЛЯ, ИЩУ СОДЕРЖАТЕЛЬНИЦУ, СОВМЕСТНЫЕ ПУТЕШЕСТВИЯ, VIP-АНКЕТЫ… Перегар чужой суеты коснулся меня – все так же безучастно я наблюдаю, как моя рука скользит курсором по строкам меню, выбирает нужную строчку и, кликнув по ней, деликатно отводит курсор в сторону, утопив мой взгляд в ворохе объявлений – лаконичных и стандартных как сестрички-двойняшки.
Ага, ага… Хотелось бы… найти… мужчину… с которым все будет в кайф… что… мне бы тоже хотелось… найти… мужчину… женщину… да хоть кого… даже кавказскую овчарку, как рекомендует Котельников… с которой будет в кайф…
Какая-то неведомая сила возвращает и возвращает меня в это месиво – я, наверное, похож сейчас на одинокого синего кита, приговоренного фильтровать планктон среди засранного пластиковым мусором моря – набирая раз за разом полный рот солено-горькой воды и после выдавливая ее через сито роговых пластинок… в надежде зацепить хоть что-нибудь съедобное.
Дело не в деньгах, а в недвижимости. Нет, не то, совсем не то…
Конечно же – с двумя высшими натуральными формами – эта излишняя симметрия все и портит, симметрия über alles!
Тоже, в общем, не про меня – секундный укол воображения и все погасло…
Вот здесь уже лучше – какая-то драма проступает невзначай, будто бы обещает рассказ и слезы, да только где ж гарантия, что рассказ не окажется занудным?
О, Господи! Увлекается искусством!.. Вот ведь как!
Слегка утомленный всем этим, я откидываюсь на спинку кресла и, сделав глубокий вдох, потягиваюсь. Затем подымаюсь, беру со стола чашку и, убедившись, что чаю там больше нет, несу на кухню. Решив сперва наполнить ее вновь – благо, заварочный чайник еще не вполне остыл – отстегиваю свежий ломтик лимона, но тут уже иная, более витиеватая идея посещает мой мозг: в итоге лимонный ломтик отправляется не в чашку, а на чистое блюдце, рядом с ним возникает несколько случайных печенюшек, а еще пару минут спустя ко всей этой роскоши прибавляется бокал с плещущимся на донышке ореховым Courvoisier VSOP из початой недавно бутылки. Это мне вспомнилось почему-то, как на первом курсе попробовал впервые в жизни французский коньяк – в компании одногруппников заедал таким же вот лимонным ломтиком, только присыпанным сахаром и порошком растворимого кофе, тогдашний магазинный Camus Napoleon – купленный вскладчину за баснословные для нас 40 рублей! Да, я стал немного старше и знаю теперь, что приличные коньяки, даже VSOP, не заедаются лимоном, да, я много знаю о том, как надо и как правильно – но сейчас отстаньте, ладно? Никто на меня не смотрит, я у себя дома, в конце концов, и поступаю так, как в левом ухе у меня зачесалось… это ведь мой дом, и мой коньяк. А не ваш…