Лев Рыжков – Последнее танго в Тегусигальпе (страница 17)

 Лысый попытался схватить того, кто называл себя Повелителем Змей. Однако тот без особого труда увернулся в сторону, и рука злодея схватила всего лишь пустоту.

 - Ты зря пытаешься меня задержать, Койокуатль, сын Птучцля. Ведь ты уже мертв...

 - Я? Мертв? - зашелся злодей хриплым хохотом. - Очень весело придумано. И откуда ты знаешь мое имя?

 - Я знаю многое. И это не выдумки. Для того, чтобы убедиться в том, что ты умер - загляни себе под одеяние.

 - И что? Я обнаружу там истлевшие кости? Ты заговариваешь мне зубы, самозванец.

 И все-таки злодей отступил от того, кто называл себя Повелителем Змей, вытянув перед собой нож, и быстро распахнул свое одеяние.

 - И что же? Я вижу, что я - жив. Ты - лже...

 Неожиданно лысый смолк, вместо слов из его глотки вырывался разве что сиплый клекот.

 - Что? Что это? - оформился, наконец, клекот во простые слова.

 - Тебя убьет та часть твоего тела, которая убивала и до сих пор, лишая разума и вынуждая совершать опрометчивые поступки, - сказал Повелитель Змей.

 Мимолетное облачко освободило пятнистый лик Луны. Стало светло, как днем. И-Цуль, наконец, смогла увидеть то, что напугало ее мучителя. Тот с ужасом смотрел на змею, которая...

 О, боги...

 ...которая вырастала непосредственно из его тела, чуть пониже живота, из того места, где у мужчин располагается детородный орган.

 - Что ты сделал со мной? - хрипло шептал лысый.

 Змея была с ярким капюшоном. Несомненно, ядовитая. Она шипела.

 Лысый истошно завопил и полоснул острием своего оружия по тому месту, где кончалось его тело, и начиналась холодная змеиная чешуя. На мостовую брызнула кровь.

 И-Цуль поспешно зажала ладонью рот и отвернулась, ощущая тошноту. Однако она еще успела заметить, что голова змеи скользнула в распяленный криком рот мерзавца и нанесла ему смертельный укус.

 Содержимое желудка девушки вмиг оказалось на мостовой, она крепко зажмурилась, стократно жалея о глупости, толкнувшей ее пуститься на поиски ночных приключений.

 Ее плеча коснулась рука Повелителя Змей. Прикосновение показалось И-Цуль доброжелательным.

 - Ты можешь открыть глаза, И-Цуль. Тебе больше ничего не угрожает.

 Конечно, и этот человек ее тоже узнал. Она же знаменитость.

 Девушка бросила беглый взгляд на мостовую. И замерла от удивления. Лысый злодей, скорчившись, лежал на камнях, весь в крови. В руке он сжимал собственные отрезанные гениталии, которые, помимо прочего, поместил себе в рот.

 - Пойдем отсюда, И-Цуль, - сказал Повелитель Змей. - Нам надо поговорить.

Часть седьмая

Повелитель Змей кивнул в сторону темного проулка.

 - Я благодарна тебе за спасение, - сказала И-Цуль, покосившись на распластаное тело злоумышленника. - И я, так и быть, соглашусь поговорить с тобой при одном условии…

 Меньше всего И-Цуль ожидала, что ее устрашающий спаситель вдруг разразится хохотом.

 - Ты позабавила меня, женщина. Песчинка ставит условия скале. Капля воды диктует океану. А ведь ты догадалась, кто я такой…

 - Да, - сказала И-Цуль. - Догадалась, о великий…

 Она запнулась. А вдруг она все-таки ошибается, и ее спутник - вовсе не тот?

 - Договаривай. Кто я?

 - Великий Кетцалькоатль.

 Очень долго Повелитель Змей молчал, но, наконец, произнес:

 - Ты не ошиблась. Надеюсь, ты не хочешь, чтобы я доказал тебе свою божественность? Показал какой-нибудь фокус? Полетал? Или походил по облакам? Или, может быть, хочешь, чтобы я воскресил покойника?

 - Нет-нет, - испуганно произнесла девушка. - Мне ничего не надо доказывать. Я верю, верю…

 - Так что же тебе нужно?

 - Спасти Ай-Цокотль, мою подругу. Она попала в беду…

 И-Цуль ожидала, что бог разгневается. Однако он снова захохотал.

 - Почему ты так глупа, И-Цуль? Твоя подруга - всего лишь сон. Да что там - всего лишь тень в этом сне. Какая тебе разница, что с ней случится?

 - Я не понимаю твоей логики, всемогущий. Ай-Цокотль - моя подруга, и я…

 - Ладно. Не утомляй меня ненужными проблемами. Спасти твою подружку проще, чем раздавить блоху. Пойдем…

 Повелитель Змей решительно направился по узкой улочке, свернул за угол. За третьим или четвертым поворотом И-Цуль услышала женские крики. Кричала, несомненно, Ай-Цокотль. В свете яркой луны было видно, что ее окружили два злодея. Один срывал с нее одежду, второй - хватал за грудь.

 «Похоже, мы успели», - с облегчением подумала И-Цуль.

 Повелитель Змей щелкнул пальцами, и злодеи вдруг застыли. Казалось, даже потеряли всякую возможность двигаться. Ай-Цокотль попятилась прочь, приглушенно крича. А И-Цуль шагнула к подруге.

 - Это я, Ай-Цокотль, - сказала девушка. - Не бойся. Эти люди ничего тебе не сделали?

 - Они уже не люди, - гулким голосом произнес Повелитель Змей.

 Яркий луч Луны, словно повинуясь безмолвному приказу бога, осветил фигуры злодеев. С благоговейным ужасом И-Цуль убедилась, что в этих фигурах уже не осталось человеческой плоти. Только камень.

 - Ты… ты превратил их в статуи? - ахнула И-Цуль.

 - Девочка, у нас просто нет времени, чтобы обсуждать фокусы, - ответил бог. - Давай мы отпустим твою подругу домой, а сами пойдем, поговорим.

 - Да… - с неожиданной робостью закивала создательница сериатлей. - Да, я пойду, пойду, пожалуй…

 Прикрывая тело остатками разодранного одеяния, она побежала прочь.

 - С ней ничего не случится? - с тревогой спросила И-Цуль.

 - Ну, кое-что этой ночью с ней произойдет, - усмехнулся Кетцалькоатль. - Но ее жизни угрожать не будет ничего.

 - Но куда мы пойдем?

 - Конечно же, в храм. Или ты бы хотела разговаривать с богом в лачуге?

 …У входа в пирамиду И-Цуль стала свидетельницей необычного чуда. Допустим, в том, что бездельники-евнухи заснули у носилок, не было ничего удивительного. Однако храмовая стража на ее памяти на посту спала впервые.

 Повелитель Змей двигался в лабиринтах храма уверенно, словно знал дорогу. Он привел И-Цуль в помещение, откуда велось дымовещание. Кетцалькоатль расположился на роскошном жреческом троне.

 - Итак, И-Цуль, я буду говорить. Но говорить не с тобой, а с девушкой, такой же, как ты, но живущей полторы тысячи лет спустя, за бескрайним океаном, в эпоху Конца Пятого Солнца. Эта девушка сейчас находится здесь, в твоем теле, в твоей голове. Ирина, ты меня слышишь?

 И-Цуль почувствовала, что у нее невыносимо кружится голова. Это было даже не головокружение, а какая-то карусель. Сознание И-Цуль опадало, как ненужная шелуха. Девушка вновь стала Ириной.

 - Да, всемогущий бог, я тебя слышу, - произнесла Ира.

 Впрочем, воспоминания юкатанской девушки никуда не делись. Ирина помнила всю ее жизнь. Помнила даже какие-то необязательные мелочи.

 Например, то, что рассказывали о Кетцалькоатле через дымные зеркала. Большой, как выражались полтора тысячелетия спустя «общественный резонанс» имел столетней давности сексуальный скандал с участием того, кто ныне называл себя Повелителем Змей. Тогда он немного перебрал с пульке, не учел коварства этого напитка. И, как результат, переспал с собственной сестрой. После чего отправился в изгнание. Над этим случаем до сих пор потешались и клоуны, и жрецы-проповедники. Но, конечно, у Ирины хватило ума и такта не спрашивать всемогущего бога об этом досадном инциденте.

 Хотя девушка не могла не признать, что сексуально он - очень привлекателен. Дорогого стоила хотя бы его стать - не царская, а действительно божеская. А могучие руки, широкие плечи… А сильный, поистине давящий взгляд… Ирина уже ощущала странное, знакомое разве что из общения с Костиком, волнение.

 - Хорошо, - сказал бог. - У нас очень мало времени. Скоро сюда ворвутся прислужники моего братца, Тецкатлипоки. Меня убьют. Тебя, возможно, тоже. Но не будем об этом переживать…

 - То есть, как не будем? - удивилась Ирина. И тут же упрекнула себя. Вот кто, спрашивается, за язык тянет?