Лев Пучков – Шесть секунд до взрыва (страница 24)

Однако резня во дворе дурдома и заполошные крики о помощи вполне могли вылиться в громкий скандал с непредсказуемыми последствиями. Если ловкие ночные гости тихонько покинут больницу и растворятся во тьме, то инициатор всей этой потехи только гнусно хмыкнет и утрется, а информация о том, что под личиной коллеги журналиста прячется русский офицер, пойдет гулять по горным дорогам. То, что похитители знают об этом, было почти бесспорно. В противном случае меня, как и Тэда, угостили бы хлороформом и уложили бы в багажник без колотой раны в области грудины. Ведь за двоих иностранцев денег дадут больше, чем за одного, это однозначно!

Значит, придется все делать так, как решил с самого начала. Пусть это более рискованно, но зато гораздо больше шансов обстряпать все благопристойно и тихо…

– Э, Ваха! Что застыл? – позвали от машины. – Давай его сюда!

Сделав четыре шага, я приблизился к багажнику и сгрузил свою ношу рядом с Тэдом. Нащупав артерию на шее журналиста, я облегченно вздохнул – британец всего лишь спал. Ну что ж, очевидно, что Тэд должен послужить бандитам залогом богатого выкупа, его машина уйдет куда-то налево, а мою голову за две тысячи баксов предъявят куда надо, если не вскроются кое-какие дополнительные обстоятельства. Очень грустно…

– Ну, все в норме, – вполголоса пробормотал кто-то у капота машины. – Давай, Исрапи – ты мастер, заводи!

У передка «ленда» возникло оживление – кто-то забрался в салон и, включив китайский фонарик, начал возиться с зажиганием. Один из бандитов мудро подметил, что шум двигателя может привлечь внимание часовых на заставе, но другой тут же его опроверг:

– Заводи, не стесняйся. Если что, Рустем скажет, что он свой «запор» 7 чинит, пробует заводить…

«Хрен вам по всей морде, чтобы голова не качалась», – подумал я, отходя подальше, чтобы случайно не попасть под луч фонарика. «Ленд» оборудован компьютером, который не позволит кому попало завести двигатель – для этого нужно набрать код. Пока код не набран, машина мертва – даже свет включить не удастся! А еще вас ожидает маленький сюрпризик: спустя сорок секунд после того, как кто-то сядет на водительское место, сработает сигнализация – ну очень противная штука!

Пошарив поблизости, я обнаружил четыре пустые бочки с деревянными крышками и запахом гнили. Наверно, ранее в них хранили воду на случай пожара, а затем по какой-то причине отказались от этой затеи. Вот и славненько.

– Усу! Усу! Усу! – отвратным голосом завыла сигнализация «ленда». Ну вот – дождались. Что теперь будете делать, придурки? Бандиты у мотора заметались – один поднял капот, другой полез в салон на помощь Исрапи-мастеру и начал там лупить по панели, невнятно ругаясь.

Метнувшись к багажнику «ленда», я рывком вытянул наружу замотанное в одеяло тело злополучного Вахи и оттащил его к бочкам. Упаковав труп в бочку, я нахлобучил сверху крышку, резво вернулся обратно и, замотавшись в одеяло, свернулся калачиком рядом с Тэдом. Получилось довольно сносно, вроде бы никто не обратил внимания на странную активность в кормовой части. Теперь оставалось уповать на то, что по пути к месту назначения с ночными похитителями ничего особенного не произойдет. Например, внезапной стрельбы не вовремя проснувшихся часовых с какой-нибудь заставы или незапланированного наезда на противотанковую мину. Если я правильно мыслю, мой труп они прихватили для предъявления «духам» за определенное вознаграждение. В этом случае я буду валяться всю ночь в каком-нибудь сарае. Чего лучшего можно желать в создавшейся ситуации?

Между тем эти горе-автомеханики вычислили динамик, издающий противное завывание, и каким-то образом его повредили. Сигнализация смолкла. Тут же со стороны заставы раздались две запоздалые длиннющие очереди. Наверно, нашим надоела суматоха во дворе дурдома. Опасности для себя в этом жутком завывании они, естественно, не усмотрели, но на всякий случай решили пресечь это дело. И правильно сделали – в ночной тишине любой громкий звук, длящийся непрерывно в течение довольно длительного времени, может явиться сильным отвлекающим фактором. На фоне воющей сигнализации, например, к заставе элементарно могли бы подкрасться несколько танков на расстояние прямого выстрела и раскатать ее по бревнышкам.

Возле машины некоторое время стояла гробовая тишина. Стрельбы с заставы более не последовало.

– Уффф! Пронесло! – облегченно пробормотал чей-то голос возле багажника. – Ну все, Рустем, доктору скажи: шумнули немного, обошлось. Так, все на месте?

– Да все, все, – разноголосо ответили спрашивающему. – Куда нам деться!

– А ну, погоди, – на секунду голоса стихли, и я здорово напрягся. Судя по всему, их главарь фонариком высвечивал лица соучастников. Вот сейчас может получиться очень интересная картинка!

– Где Ваха? – строго спросил солидный голос. – Куда этот ишак пропал?

«А в бочке он, в бочечке, остывает себе помаленьку!» – подумал я и лег поудобнее, сжав в правой руке кинжал.

– Да он, наверно, пошел на баб посмотреть, – выдвинул кто-то резонное предположение. – Рустем, ты сходи, пригони этого придурка сюда.

– Гы! На баб посмотреть! – послышался радостный глас завхоза. – На баб! Ха! Сейчас пойду…

– Стой! – скомандовал солидный голос. – Он, может, уже залез там на кого. Полчаса сейчас будете препираться. Давай, открывай ворота, пусть у тебя переночует. Завтра привезешь его.

– Гы! Залез! – обрадованно каркнул завхоз и попытался было возразить: – Ключей у него нет, он дверь не откроет…

– Да хорош болтать, – возмущенно вылез кто-то еще. – Время не ждет – давай, отворяй!

Послышался скрип растворяемых ворот.

– Навалились, мужики, – распорядился солидный голос. – Придется до распадка потолкать, там прицепим. Давай, я буду рулить.

Мягко тронувшись с места, машина бесшумно покатилась. Через полминуты я ощутил слабенький толчок – колеса переехали какую-то выпуклость, – затем последовал поворот направо. Снаружи раздалось надсадное кряхтенье – ребята слегка напряглись, толкая машину в гору. Судя по всему, мы направлялись в сторону Хамашек.

Подвернув край одеяла, успевший пропитаться Вахиной кровью, я выставил над нижней гранью заднего стекла один глаз и попытался визуально оценить обстановку.

Несмотря на обилие звезд, через стекло рассмотреть ничего не удалось, разве что едва бледневшую ленточку шоссе, располагавшуюся к вектору нашего перемещения почти под прямым углом. Впрочем, мне было достаточно и этого, чтобы сориентироваться и больше не забивать голову необычным маршрутом.

Подогнув одеяло, чтобы не касаться заляпанной его части, я удобно уселся и начал высчитывать преодолеваемое машиной расстояние в парах шагов – просто так, от нечего делать.

По моим подсчетам, толкатели прекратили свою работу спустя 865 метров после съезда с шоссе. Машина остановилась, и снаружи раздался голос солидного – того, что командовал в дурхаусе:

– Давай трос! Цепляй побыстрее, да поехали!

– Посвети немного, – попросил кто-то. – Не могу отмотать.

– Я тебе посвечу! – сердито прикрикнул солидный. – Сейчас с КП тебе из пушки засветят, болван!

– Ладно, ладно, – примирительно пробормотал проситель. – Вот не сумею отмотать, будете до фермы толкать…

Спустя некоторое время возня снаружи прекратилась. В салон «ленда» уселись двое на передние места и аккуратно захлопнули двери. Снаружи негромко заработал двигатель, и наша машина, резко дернувшись, покатилась вперед.

Мы равномерно перемещались минут двадцать пять и, по моим расчетам, оставили Хамашки значительно правее: я услышал справа собачий лай в хоровом исполнении, длившийся минут восемь, затем он постепенно стих. Однако водила прекрасно знал дорогу. Я бы здесь ночью шарахаться не рискнул, тем паче с потушенными фарами. Спустя пятнадцать минут после того, как стих собачий лай, «ленд» остановился.

«Наверно, приехали», – решил я и, просунув руку в салон, нащупал проволоку, крепящую сверток с оружием. Пустив в дело кинжал, я быстро перерезал ее и по тому, как она исчезла в отверстиях, сделал вывод, что оружие благополучно плюхнулось на землю. Куда они поставят машину, еще неизвестно. Искать потом ее в темноте будет весьма небезопасно, а меня наверняка отволокут в какой-нибудь сарай. Выбравшись из него, я сумею разыскать оружие, если правильно посчитаю шаги и засеку направление волочения.

Задняя дверь «ленда» открылась.

– Взяли, – распорядился солидный голос и тут же мило пошутил: – Не перепутайте с журналистом – он теплый, а офицер – хи-хи – холодный!

Да уж! Ну и шутки у тебя, солидный! Ты ошибаешься – я тоже теплый. Только дай вам бог этого не заметить, ребята, тогда поживете чуть-чуть подольше. Зачем вам помирать прямо сейчас…

Чьи-то сильные руки ухватили меня поперек туловища и бесцеремонно бросили на палки, обтянутые брезентом, – судя по всему, медицинские носилки. «Предусмотрительные, говнюки, – пoдvмaл я. – Тэда наверняка на этих же самых носилках перемещали».

– Давай поживее, мужики, – распорядился солидный. – Взяли, оттащили – и обратно…

Мужики взяли и потащили, тяжело вздыхая и кряхтя – наверно, я тоже тяжелый.

«Интересно, почему обратно? – подумал я. – Они что – не собираются здесь оставаться? Или обратно – это к машине? А чем это так отвратно воняет?»