Лев Пучков – Профессия – киллер (страница 20)

И последнее – сам процесс отмывания грязных денег.

Допустим, кто-то украл некую сумму. Несет ее в банк и кладет на счет. И так постоянно: ворует, идет в банк и сдает на свой счет. Это способ самый простой и самый рискованный. При таком способе должен быть очень толковый банкир – настоящий профессионал, которого нужно здорово заинтересовать, поскольку этот банкир тоже не мало рискует.

Допустим, кто-то украл некую сумму, а у меня есть свиноферма – поросей так несколько. Он отдает деньги мне, и мы договариваемся, что я куплю еще пару поросей (это в глаза бросается не будет, ведь у меня уже есть несколько), приобрету комбикорм и прочее, а через семь месяцев отдам ему выкормленного поросенка, или двух, или бабки за них.

При расчете, естественно, я отдам ему поросенка не самого лучшего, а похуже, который будет стоить гораздо меньших денег, чем он когда-то мне дал, – даже с учетом инфляции. Он прекрасно знает об этом, но соглашается, поскольку постоянно ворует деньги и надо каким-то образом их пристраивать, а в округе, кроме меня, ему никто не поможет. Я тоже должен быть заинтересован в сотрудничестве, поскольку просто-напросто могу отказаться, если не буду получать прибыль.

Он, конечно, крутой парень, может сжечь мое хозяйство, а самого меня оттоптать, даже убить, но он прекрасно знает, что если наломает дров, ему некуда будет пристроить свои ворованные бабки. Слухами земля полнится. Сунется в другой район, с ним откажутся сотрудничать, зная его дурной нрав. Кроме того, в другом районе может быть свой крутой парень…

Тут, правда, имеется один нюансик: ежели он постоянно дает мне свои бабки, я должен его оформить как члена своего крестьянского хозяйства или сопредседателя кооператива. Иначе будет трудно объяснить, за какие такие услуги я ему плачу.

В общем, суть проста: он ворует, я работаю. А если кто-то вдруг начнет проявлять нездоровый интерес, почему хозяйство это процветает и ширится на фоне общего упадка, он ему, этому любознательному, мягко порекомендует заняться рыбалкой или чем попроще, а если он тупой, на него случайно наедет трактор или еще что-нибудь из сельскохозяйственной техники.

Вот такая схема. Примитивно, конечно, но зато верно. Помимо этого, существует еще несколько способов отмывания грязных денег, но все они предполагают тесное сотрудничество предпринимателя и представителя криминальных структур.

Ну что, делаем вывод? Пожалуйста. Все крупные состояния нажиты нечестным путем.

Прошу прощения у тех представителей криминального мира, которых не назвал, характеризуя население нашего города. Ну не аналитик я!

Да, вот еще что. Перечисленные действуют в тесном контакте с чиновниками – работниками правоохранительных органов, городской и районной администрации, органов различного контроля и так далее. От низового звена вверх – туда, куда смотреть трудно: голова кружится.

По этому поводу я как-то сильно поспорил с одним ментом – участковым нашего района. Участковый – крепкий неглупый мужик среднего возраста, которого в околотке все уважали – и шпана, и деловые, и прочие, поскольку он работал тут уже пятнадцать лет и за это время никого не подставил и не сподличал ни разу, хотя и посадил практически каждого третьего, кого сумел прищучить, – свято верил в честность представителей правоохранительных органов и считал, что только отдельные типы из его ведомства – предатели.

Устав доказывать ему обратное, я как-то предложил составить список деятелей криминальных структур на территории его околотка: перечисление известных личностей и рода занятий. Это его заинтересовало, и как-то раз, за хорошим столом (угощал я, поскольку он хорошо знал моего отца и как-то старался принять участие в моей судьбе, когда я остался один), мы совместно на пьяную голов под «хи-хи» составили такой список.

Получилось вот что.

Карманники – под предводительством Халявы. Сюда же относились мелкие воришки, которые промышляли на рынке. Что-то около 45 штук.

Домушники – ребята посерьезнее, которые планомерно и непрерывно чистили квартиры, располагая достоверными данными, что где лежит. Подозреваемые, которых не удалось поймать за руку (те, кого удалось поймать, уже сидели), – под предводительством Макета, ранее судимого по статье 144 два раза. Количество – что-то около 25 штук.

Гопники – еще более серьезные товарищи, которые промышляли разбоем на улицах и в укромных местах, перехватом машин, их угоном и т. д. опять же подозреваемые. Под руководством Аркаши, также ранее судимого по статьям 145 и 146 неоднократно. Количество – что-то около 30 штук.

Далее в списке шли проститутки и сутенеры под руководством такого-то, мошенники и прочие, которых и ранее перечислял.

Получился солидный список с указанием имен и кличек. Под пьяную руку я этот список упаковал в конверт и отправил по почте на имя начальника нашего райотдела, присовокупив в конце: дескать, я, участковый такой-то, раскрыл криминальную группировку и готов их всех пересажать, дайте только роту ОМОНа на трое суток. Глупость, конечно, шалость.

Через четыре дня нашего участкового перевели в горотдел с повышением. Он пришел ко мне обмыть событие и искренне удивился, когда я спросил его о судьбе списка: «Ты чего, парень? Какой такой список? Мы же хохмили!»

Вот так. На его место назначили какого-то неопытного пацана, который недавно уволился из армии и не нашел ничего более подходящего, как пойти работать в органы…

Итак, я углубился в сферу экономики, разного бизнеса. Легко разобрался со всей этой мудистикой, недоумевая, правда, для чего это может мне понадобиться. Ну да мало ли!..

Параллельно мне пришлось разбираться в работе биржи, в различных ценных бумагах и осваивать экономические термины, что показалось гораздо более трудным.

Тут, правда, я решил немного упростить задачу – смотался за угол, где потасканный гражданин неопределенного возраста торговал книгами, и приобрел у него новый словарь экономических терминов 1995 года издания. Я этот словарь заприметил еще раньше, только тогда мне показалось большой цена, да и не было необходимости.

Словарь я положил в верхний ящик стола и решил совсем не учить эти самые термины, а просто всех обо всем расспрашивать – так, мне кажется, гораздо легче их усвоить. Считаю, требование свободно владеть этими терминами вовсе не означает, что я должен тратить свое время на унылую зубрежку.

Больше всего, однако, пришлось поломать голову над поистине на первый взгляд неразрешимой проблемой. Не сходились цифры.

Я потратил на это дело чуть ли не весь свой первый настоящий рабочий день и прихватил еще часика три после 17.00, но так ничего и не добился.

Грубо взятый килограмм одного поросенка, купленного на свиноферме в январе за две тысячи и погулявшего несколько месяцев по необъятным просторам «фирменного» хозяйства, где-нибудь в октябре с учетом индексации и вычетом НДС и прочего давал пять тысяч чистой прибыли.

Аналогичная метаморфоза происходила с курятиной, гусятиной, телятиной и т. д. глина, взятая бесплатно, превращалась в кирпичи по две тысячи за штуку. Из почти бесплатно взятого в карьере сырья получался высококачественный цемент по 500 рэ за килограмм. Эти данные были запечатлены на дискете, такие же цифры стояли в гроссбухе, предназначенном для налогового ведомства и страховых компаний.

Из данных другого гроссбуха, который мне вручил Дон, кратко упомянув, что сия книжица предназначена исключительно для служебного пользования, следовало совсем иное. Выходило, что за килограмм курятины – пятнадцать, за килограмм цемента – две тысячи и так далее.

Тщательно перелистав второй гроссбух несколько раз и сличив его данные с цифрами на дисплее, я стал усиленно соображать, производить различные операции, входящие в круг моих возможностей, и в таком духе провел почти весь день, пытаясь увязать данные первого гроссбуха с данными второго.

Я так увлекся, что не пожелал прерываться на обед и заказал себе по телефону сосиски с томатным соком, которые сразу же слопал, не обратив абсолютно никакого внимания на их качество и товарный вид.

К 20.00 голова моя шла кругом, и когда я в очередной раз закрыл глаза, чтобы расслабиться, перед моим мысленным взором вращались мириады цифр, рассыпаясь на большие кучи, которые, в свою очередь, распадались, преобразовываясь в поросей, гусей, курей и телей, а те неорганизованно разбегались в разные стороны, спотыкаясь об изобильно разбросанные по всей видимой площади силикатные кирпичи и поднимая клубы высококачественного белого цемента…

Этого просто не могло быть. Потому что чистая прибыль от реализации каждого вида товара в соответствии с данными второго гроссбуха составляла рыночную цену на данный момент. То есть, если верить этим цифрам, получалось, что фирма продавала вышеперечисленные товары в торговые точки полным идиотам, которые живут в пещерах и абсолютно не интересуются рыночным курсом.

Или вот второй вариант. Фирма ни копейки не платит своим рабочим и служащим, не покупает корм и исходную продукцию и не вкладывает ни рубля в развитие производства, ремонт оборудования – ну вообще не тратит денег…

И надо быть полным дебилом, чтобы не догадаться, каким образом фирма такие деньги получает.