Лев Пучков – Привычка убивать (страница 90)

— Я не… Я их как? Я их боюсь, — растерянно хлюпнул носом Василий. — Может, останетесь до утра, а?

— Ладно, от жмуриков мы тебя избавим, — великодушно снизошел Рудин. — Погрузим на их тачку, вывезем на трассу и бросим где-нибудь. Можешь расслабиться. Мы тебе только собак на время оставим — нам пока недосуг с ними. Иди, готовь Гришу…

— Ну-ка, ну-ка — что там насчет «пасут»? — проводив взглядом егеря, спросил Соловей.

— Вот эти двое, — Рудин показал на трупы моджахедов, лежавшие, соответственно, под лестницей наблюдательной вышки и в трех метрах от крыльца. — Я их не трогал. Понимаешь?

— А кто трогал? — удивленно округлил глаза Соловей. — Я что-то не понял! Ты что хочешь сказать?

— Их завалили еще до того момента, как я открыл баню, — Рудин заговорщицки подмигнул боевому брату. — Прикидываешь? Я только-только рассупонил сарай с псами, подхожу, значит, с Ингрид к углу бани… И тут — шлеп! Шлеп! Снайперка с глушаком и ночным прицелом — иначе никак. Три шлепка. Чисто сработано.

— Так а что ж мы здесь — так вот?! — Соловей опасливо зыркнул по сторонам и подался было к стене дома.

— Кто их завалил — нам помог, — недовольно нахмурился Рудин, жестом останавливая соратника — Значит, нас мочить не станет — сто пудов. Смысла не вижу. Но вот — кто? И зачем?

— Идеи есть? — поинтересовался Соловей.

— Никаких, — пожал плечами Рудин. — Одно знаю точно — это не наши белогорские бандюки. Уровень не тот… Вот что. Как бы там ни было — нам сейчас красться по стенам и решать загадки недосуг. Если помогли, значит, не враги. Бери инструмент, Василия с собачками — для поддержки штанов, и дуйте по дороге. Там «таблетка» заглохла, надо починить — мы на ней Гришу повезем. А я пока с Сашей организую погрузку «двухсотых».

— Не нравится мне это, — Соловей неуютно передернул плечами. — Я такие загадки ужас как не люблю. Ты тут ходишь себе, а оно из лесу на тебя смотрит и ухмыляется…

— Можно подумать, я в восторге, — буркнул Рудин. — Но у нас нет выбора… А ты поторопись — как только будешь готов, мы сразу выезжаем…

Марту понадобилось немногим менее часа, чтобы уладить дела в гостинице: собрать вещи Умника и Дока, привести в порядок Сашеньку и сдать номера горничной. О том, чтобы забрать «жуки» из номера Турды, не могло быть и речи. Оставалось лишь уповать на стойкость «этажерки», обещавшей держать в тайне их устный договор.

— Господи, что же теперь будет? — тоскливо спросила Сашенька, когда они вышли из гостиницы и сели в машину. — Теперь мы все пойдем под суд?

— Теперь мы все поедем в аэропорт, — успокоил ее Март. — Потом ты полетишь домой, а мы тут останемся не надолго, урегулируем все вопросы.

— Но мы… мы убили человека, — тихо пробормотала Сашенька. — Мы его…

— А ты забудь об этом, — веско сказал Март. — Представь себе, что это был страшный сон. И никогда не вспоминай, ни при каких обстоятельствах. Верь мне, девочка, — все будет хорошо. Начинай забывать прямо сейчас — в аэропорту ты должна улыбаться, как после хорошей прогулки. Договорились?

— Договорились, — покивала Сашенька. — Я попробую… До вечера сидели у Рекса — по-походному развернули абонентскую станцию, упаковали вещи для путешествия и в деталях проработали план предстоящей операции. Ждать далее не имело смысла: решили сегодня же штурмовать усадьбу.

— Если до штурма дома удастся по-тихому завалить хотя бы половину из них, можно рассчитывать на хороший результат, — подытожил Март, когда все вопросы были решены. — А пока можно вздремнуть — ночка нам предстоит еще та…

А вечерком, едва закат принялся жадно ласкать трясущимися красными руками пышные формы земной тверди, позвонил Умник с поста наблюдения в заповеднике и без предисловий огорошил:

— Имеем в секторе пресловутого бойфренда, которого все хотят. Пообщаться не желаете?

— Не понял?! — хриплым со сна голосом каркнул Директор. — Повтори?

— Пес явился, — невозмутимо доложил Умник. — Приехал на «таблетке». Бросил в километре от усадьбы. Пошел пешком.

— Когда это было? — уточнил Март, вновь ощущая, как в его усталый организм возвращается знакомый охотничий азарт.

— Вот только что, — сообщил Умник. — Как раз в нашем секторе. Как только он скрылся из виду, я позвонил. Док предлагал в пешем порядке сесть на хвост, но я его убедил, что не стоит. Я наблюдал в бинокль, имею мнение по поводу это типа. Типичное дитя войны, на километр с подветренной стороны подходить нельзя.

— Да предупредить надо было бы как-нибудь! — прорвался в трубку голос Дока. — Повяжут его воры, он же не в курсе!

— Никто его не повяжет, — вновь завладел телефоном Умник. — Поверьте на слово — это не тот тип, который прямиком притопает в плен.

— Дай-ка Дока, — принял решение Март. — У тебя с собой радиомаяк есть?

— Обижаешь, начальник! — со свойственным ему апломбом воскликнул Док. — Ты что, думаешь, я свое имущество в гостинице храню? Все свое ношу с собой!

— Вот и отлично, гений ты наш электронный, — тихо порадовался Март. — Поставь в «таблетку» радиомаяк и «жука». Только аккуратнее. И кстати: три твоих микрофона мы подарили местным эфэсбэшникам, коль скоро те удосужатся когда-нибудь проверять номер узбека.

— Ни хрена себе! — обиделся Док. — Да они по двести баксов каждый стоят! Это что за новости?

— Можно подумать, что ты покупаешь их за свои кровные, — буркнул Директор. — И хватит болтать, работай иди. Ждите — мы выезжаем…

В заповедник прибыли уже затемно. Расселись по определенным в соответствии с планом позициям, отладили связь и принялись наблюдать.

Ждать пришлось недолго. Вскоре в усадьбе погас свет, а еще через небольшой промежуток времени Рекс доложил со своего поста:

— Этот Пес начал баловаться. Завалил одного по-тихому, забрал оружие и засел возле сарая с дизелем. Мы — что?

— Мы — ничего, — возбужденно пробормотал Март. — Мы смотрим пока. Молодец, Пес, браво… Он у тебя в секторе?

— Нет, он за сараем, — огорченно сообщил Рекс. — У меня в секторе тип на вышке и тип у бани. Если свет включат, я того, что на вышке, теряю — фонарь светит, с прибором работать нельзя.

— Ладно, посмотрим, — сказал Март. — Подождем. Если не дурак, позаботится, чтобы света не было… Спустя некоторое время свет опять включили.

— Значит, дурак, — констатировал Март — Перехвалил я его. Сейчас хватятся, шуму будет…

Шума, однако, особого не получилось. Минут через двадцать в усадьбе послышались негромкие крики призывного характера — как будто кого-то искали. Затем с тыльной стороны дома раздался сухой щелчок выстрела, яростный вопль, еще щелчок — вопль оборвался. И опять усадьба погрузилась во мрак.

— Приношу свои извинения, — заинтересованно приподняв бровь, пробормотал Март. — Плохо о тебе подумал, малыш…

Суматоха началась сразу же, как замолк дизель-генератор. Крики, топит, собачий скулеж праздничного свойства — как после долгой разлуки, затем Рекс торопливо доложил:

— Объект выдвинулся от сарая с дизелем к углу бани. С собакой! Держу двух типов в секторе — прибор работает прекрасно.

— Что они делают? — занервничал Март. — Ты без деталей — коротко.

— Вот эти крики — это старший их зовет, — сообщил Рекс. — Я его не вижу, он у стены дома. Тип на вышке — спускается. Тип у бани — идет вприсядку к дому. Башкой вертит, гад, ствол на изготовку держит. Опытный, гад…

— Та-а-ак… Это… Убери их, — распорядился Март. — Они лишние.

— Есть, — по-военному коротко буркнул Рекс. — Убираю…

После короткого ночного боя прошло немногим более получаса. Свет в усадьбе вновь горел, из леса подтянулась починенная «таблетка». Рекс доложил со своей сосны, что трупы погрузили в одну из «Волг» Турды. Затем Умник сообщил со своего поста, что из дома вынесли на носилках человека и загрузили в «таблетку».

— Как он выглядит? — разволновался Март. — Возраст, лицо… ну же!

— Бинокль — фонарь — блики, — лаконично перечислил Умник. — Ни лица, ни возраста. Но руками шевелит. Может, пока не поздно, зайдем и пообщаемся?

— Ну уж нет, — отказался Директор. — Не поймут хлопцы. Они и так сейчас в недоумении — по поводу тех типов, что Рекс снял…

А еще через пять минут колонна в составе «таблетки», «уазика» и превращенной в катафалк «Волги» покинула усадьбу.

— Ну и нам пора ехать, — задумчиво резюмировал Директор, наблюдая за экраном приемника, который висел у Дока на груди. Две яркие точки медленно ползли к верхней границе экранного поля, оставляя за собой призрачный светящийся след. — Уж теперь, я надеюсь, мы приедем куда надо…

И суеверно сплюнул трижды через левое плечо…

Глава 9

…Лиховский приехал домой под вечер. Не удосужившись загнать пропыленную насквозь «99» — ю в гараж, бросил ее во дворе, закинул на плечо набитый деньгами чехол для спиннинга и начал триумфальное восхождение по ветхой парадной лестнице. Усталости Серж не чувствовал — как будто не было утомительной дороги и предшествующей ей выматывающей игры с профессионалами, ставкой в которой была его жизнь.

Душа пела. Эйфория, посетившая архивариуса в тот момент, когда он понял, что-таки объегорил Директора, проходить не желала — за сутки дороги она лишь чуть сгладилась и плавно перетекла в состояние стабильного радостного возбуждения, вызывающего общий повышенный тонус организма.

— Я могу, — гордо бормотал Лиховский, открывая ногой входные двери. — Я — гений… Я Виктор. Не Витек, в смысле, а победитель. Ударение на втором слоге. А впрочем — неважно. Быдлу не дано…