Лев Пучков – Приказ – огонь на поражение (страница 25)

– Но позвольте! – Иванов был откровенно поражён таким легковесным подходом к делу. – Ваш принцип комплектования команды основан на чём? На неординарных качествах её членов, предоставляющих им доступ к неформальной, так сказать, низовой информации внутри среды… Разве не так?

– Да, он основан, – гордо тряхнул головой Витя. – И что с того?

– Гхм… Но для работы, как вы выразились, «в тылу» нужны совсем другие люди! Наши разбойники в данном случае совершенно неуместны. Нужна глубокая, хорошо проработанная агентура, опытные оперативники…

– Оперативники! Аперетивники – хи-хи… Ну и много они наработали, ваши оперативники? Назовите мне хоть одну успешную операцию за последние десять лет? Молчите? Правильно, нет такой операции. Мой принцип верен по всем статьям. Мы отобрали действительно неординарных личностей, годных для работы на всех направлениях. И напрасно вы так о своих людях. Я вам намекну – есть такой старый неформальный принцип: «Чтобы поймать одного разбойника, нужен другой разбойник». Видока помните? Вот-вот, это оно самое. В общем, поезжайте и потихоньку заходите с тыла. И помните: я умею быть благодарным…

…Распорядок команды № 9 был примерно таков: с восьми до двенадцати – боевое слаживание, обед, затем – борьба со шпионами до упора. Хихикать не обязательно, это только выглядит так весело, на самом же деле всё было очень серьёзно, а местами даже сурово и драматично.

На необходимости боевого слаживания настаивал гестаповец Петрушин. Точнее, не настаивал, а выдвинул требование в ультимативной форме.

– Каждый член группы должен с полунамёка, почти интуитивно понимать манёвр другого члена. Вся группа должна работать в унисон, как единый организм. В общем, пока не буду уверен, что товарищ сзади меня чувствует и не прострелит ненароком мою шершавую задницу, работать не буду.

– Организм – это да, это верно, – поддержал коллегу разведчик Вася Крюков. – Организм ведь не весь одинаковый. Бывают такие организмы, у которых, помимо рук, ног и головы, ещё кое-какая часть есть!

– Вообще-то нас собрали до кучи, чтобы мы поработали головой, – возразил Иванов, объективно признававший, что парни правы, но не желавший зря тратить время. – И, может быть, за всё время функционирования команды нам даже стрелять ни разу не придётся.

– О! Видите – «может быть»! – сразу прицепился внимательный Петрушин. – «Может быть», ага… Не верю я, чтобы в таком деле обошлось без боестолкновений и жёстких акций. И вообще, трудно работать головой, если её тебе прострелит неправильно понявший тебя соратник…

– Который окажется именно той частью организма, которая называется жопа, – подхватил Вася Крюков. – Правильно, лучше немного позаниматься, чем потом ходить с ног до головы в дерьме. С утра время есть, лучше сейчас поменьше поспать, чем потом всегда спать вечным сном. В нашем деле ведь как: окапывайся как следует, иначе тебя закопают…

Ну что тут возразишь на такие веские доводы? Пришлось скрепя сердце согласиться и потратить некоторое время, чтобы выбить команде статус единицы «боевого применения»[60]. Потому что заниматься боевым слаживанием в тепличных условиях лагеря Петрушин считал позором.

С утра команда завтракала, садилась в полном составе на Васин «бардак» и покидала базу. «Бардак» совместно с водителем Вася самовольно прикрепил к команде на всё время своего в ней пребывания. А когда Иванов поинтересовался, как он решил данный вопрос с командованием, ответ был таков: никак. Перетопчется командование, «бардак» этот давно списан, типа, взорван, и документы с фотками лежат у зампотеха.

– Ещё на этом чме я не ездил, – вот так Вася выразился по поводу табельного «66-го», даденного команде под транспортные нужды. – Ещё я «броник» на дверку не вешал!

– Правильно, без брони нам – никак, – согласился Петрушин. – Эти уроды вообще что думали, когда такой транспорт нам пристегнули?! Но, по-моему, слово «чмо» не склоняется…

На первое занятие Лиза накрасила губы и выволокла из кунга свою неподъёмную дорожную суму. Джентльменски ориентированный лейтенант Серёга тотчас бросился помогать, а психолог Костя поинтересовался:

– Даме с нами скучно? Дама нас покидает?

– Задачу не ставили, – флегматично пожала плечиками дама. – Взяла на всякий случай всё, что может пригодиться при проведении полевой операции…

Иванов попросил огласить весь список: и что же, по мнению дамы, может пригодиться? Лиза огласила. Соратники присвистнули и почесали затылки: с таким комфортом им ещё работать не доводилось.

– Надо всё это получше спрятать, – решил Иванов. – Это нам вообще вряд ли пригодится, а поломать – бегом.

– Возьми камеру, снимем тренировку, потом разберём, – посоветовал психолог.

– И этот тепловизор английский возьми, – попросил Петрушин. – И направленный микрофон. Посмотрим, как эта их хрень работает в наших условиях.

– А остальное – под замок. – Это Иванов, залезая на броню и протягивая руку Лизе, скомандовал остававшимся на «хозяйстве» братьям Подгузным (те самые прапора, что наконец-то протрезвели). – Если хоть один проводок пропадёт – расстреляю!

– Оп-па! – воскликнул Петрушин. – Вы тоже едете?

– Что ж я, хуже Лизы? – хмыкнул Иванов. – Если вдруг действительно придётся работать не только головой… не хочу быть некой нехорошей частью организма.

– Это была шутка, – потупился Вася Крюков. – Это не про вас.

– Так… Как власть делить будем? – озаботился Петрушин.

– Никак. – Иванов пожал плечами – великодержавные амбиции в список его недостатков не входили. – Стратегия и общее руководство – моё, тактика – твоё. Выражаясь понятиями Васи: ещё я отделением не командовал!

– Годится! – облегчённо вздохнул Петрушин. – Поехали, отдохнём как следует!

Понятие «отдых» в мировоззрении спецназовца было извращено до основания. Обычный комбинированный разведрейд (прокатились немного, в пешем порядке обследовали участок, опять прокатились…) по пригородным районам Грозного… это, я вам скажу, такой релакс – закачаешься!

При таком славном отдыхе в любой момент можно запросто угодить под огонь своих. Естественная реакция каждого военного наблюдателя с оптикой, обнаружившего какие-то левые телодвижения в зоне ответственности своего подразделения: с ходу дать координаты на батарею. Или, ежели нет координат (карта безнадёжно испорчена либо проблема с головой – квадрат сосчитать не можем), – дать что-нибудь попроще. Типа, очередь из АГС или зушки.

Однако, даже если наблюдатели вас проспят, не расстраивайтесь, и без них можно напороться на кучу неприятностей летального свойства. Например, на решающих свои проблемы «духов», которые мирно готовятся к ночным акциям. Или на аналогичный рейд нормального спецназа, который за правило хорошего тона держит валить со всех стволов без предупреждения, а потом обследовать трупы на предмет определения принадлежности. Не говоря уже о реальном шансе на каждом двадцать втором шаге поймать растяжку, табельные «ПМН» – «ПОМЗ» – «ОЗМ» – «МОН» либо какие-нибудь коварные самоделки. Развалины эти не минирует только ленивый – как с той, так и с другой стороны.

– Психопатия по клиническому типу, – компетентно заметил по этому поводу Костя Воронцов. – Мои соболезнования, Евгений: тебя воспитывали злые и коварные товарищи. Они тебя жестоко обманули насчёт отдыха, отдыхать надо немножко по-другому…

С элементами боевого порядка определились в ходе первого же занятия. Получился он почти как в американской «Дельте», хотя вышло это ненароком, без злого умысла. Группа «А»: самые шустрые и кровожадные – Петрушин, Вася Крюков и лейтенант Серёга. Группа «В»: ленивые старпёры – Глебыч и Иванов. И группа «С» – снайперская пара, дипломированный псих Костя и задумчивая Лиза. Вернее, наоборот – Лиза и Костя.

В ранг снайпера Лизу посвятили коллегиально: дали пострелять из Васиного «вала», оценили на пять баллов и посвятили.

– Так будет правильно, – пояснил засомневавшемуся было Иванову Петрушин. – Ну и что – спецтехника? Её шпионские прибамбасины нам когда ещё пригодятся! А хороший ствол может понадобиться в любую минуту…

Однако хороший ствол новообращённой снайперше так и не дали: отвечающее требованиям обстановки бесшумное оружие было только у лихой троицы, остальные пробавлялись табельным. Увы, программа обеспечения команды достойной экипировкой пока что буксовала. Надо было продумать, как поделикатнее нажать на жирных тыловиков сверху, чтобы и делу не повредить, и результат получить…

При отработке слаживания действовали просто и без затей. По порядку перемещения первой следовала группа «А», вслед за ней – прикрытие (группа «В») и совсем на отшибе – снайперская пара. Насчёт обнаружить МВУ (минно-взрывное устройство) хлопцы из троицы и сами были не промах, а если требовалось обезвредить что-то особо вредное либо возникала нужда в экспертной оценке степени опасности устройства, приглашали Глебыча. Впрочем, к услугам мастера прибегали редко, в основном попадались рутинные растяжки, рабоче-крестьянские самоделки и «лягухи», которые старательно обходили стороной, помечая лоскутами.

Группа «С» вообще простаивала. Костя с Лизой торчали поодаль, вели наблюдение в бинокли и заумно беседовали на философские темы. Психолога определили стрелком прикрытия к даме вовсе не из-за хилости либо крайней непригодности – насчёт пробежаться по пустошам и пострелять исподтишка некурящий крепыш запросто дал бы фору старпёрам из второго эшелона.